отцовский дом. Это меня вполне устраивало.
Я сразу предупредил её, что слишком часто навещать не буду. Конечно, охрана начеку, готова предотвратить любые враждебные действия в мой адрес, но не от всего не застрахуешься. Кто-то может проследить за мной и узнать, что я часто наведываюсь домой к начальнику охраны, где по стечению обстоятельств недавно появилась его новая «родственница». Этого нельзя допустить.
Когда я уезжал, Сатир вышел со мной за ворота.
— Ну что, ваше сиятельство, в тёмную область за артефактами поедете?
— Само собой. И лучше не затягивать с этим.
— Тогда завтра. Что скажете? Леди будет вас сопровождать.
— Отлично. Пускай завтра подъезжает ко мне домой к девяти утра.
Затягивать действительно не стоило. Свободное время у меня было до пятнадцатого сентября, и за оставшиеся три недели мне предстояло сделать многое в том числе подраться на дуэли.
Хорошо бы и с Третьяковыми разобраться, но с этим я торопиться не хотел. Нельзя без веской причины напасть на нейтральный, всеми уважаемый род. Если, разбив армию Любецких, я сразу поднялся в глазах половины первосибирской аристократии, то открытой вражды с родом губернатора никто не поймёт. К тому же у Третьяковых есть связи в Москве, они и полицию на меня могут натравить, и кого угодно.
С ними, если и расправляться, то втайне от всех. В прошлой жизни я знал ряд скрытных техник, как, например, временная дематерализация собственного тела и других физических объектов. Это позволяло мгновенно перемещаться в пространстве и проходить сквозь стены. Весьма полезные навыки, надо сказать. У моего нового тела сейчас было недостаточно возможностей, чтобы эффективно ими пользоваться, однако я не сомневался, что стоит мне возобновить регулярные тренировки и подкачаться на убитых тенебрисах, и эти навыки вернутся в полной мере, как и многие другие, которые я пока не применял.
— По поводу Талевичей есть новая информация? — спросил я.
— Ваше сиятельство, не обессудьте, но здесь мы бессильны, — вздохнул Сатир. — Чтобы иметь полное понимание, кто с кем связан, надо вращаться в высшем обществе. А у нас в этом пробел. Мы узнали, что у Степана Талевича есть ювелирная мастерская — в этом, собственно, секрета никакого нет. Ей он и занимается. Может ли он работать на губернатора или других Третьяковых? Возможно. У него полно знакомств, а ещё неплохая служба безопасности, как, кстати сказать, и у Третьяковых. Не стоит подставлять наших людей.
— Но хоть что-нибудь ты выяснил?
— Я вам отправлю фотографии и кое-какие фамилии. Это всё, что удалось накопать.
Я не успел ответить, поскольку в кармане моих джинсов зазвонил телефон.
На экране высвечивалось «отец». Я не ожидал, что Михаил так быстро выйдет на меня, а с другой стороны, кому он ещё позвонил бы после пропажи Светы? Естественно, ближайшим родственникам.
— Алло, — ответил я.
— Алексей, добрый вечер, как поживаешь? — спросил князь Озёров бодрым, притворно-дружелюбным тоном.
— Добрый вечер, Михаил Сергеевича. У меня всё хорошо. А у вас?
— А у нас тут инцидент случился. Проблемка кое-какая появилась.
— Что за инцидент?
— Да вот сестра твоя пропала. Ушла из дома и не вернулась. Никто не понимает, куда она могла подеваться. Или, может быть, похитил кто. Вы с ней близко общались, насколько мне известно. Она тебе ничего не говорила о своих планах?
— Нет, ничего не говорила. Что значит, пропала? Когда? — я изобразил беспокойство, решив отыграть роль брата, взволнованного пропажей сестры.
— Да буквально вчера, — в голосе Михаила никакой тревоги не чувствовалось. — Вышла из дома, якобы в магазин, и — всё. Мы уже всех её подруг обзвонили, знакомых, родственников. Пусто.
— Её уже ищут? Куда она могла деться?
— Ищут, разумеется. Проверяем камеры, последние звонки, переписку, почту. Всё проверяем.
— Да что ж это такое! Хоть самому поезжай. Что вы с ней сделали? — я решил пойти в наступление, чтобы у Михаила совсем никаких подозрений не появилось.
— В каком это смысле? — голос князя Озёрова изменился, став жёстким и злым. — Что ты мелешь? Что значит, «мы с ней сделали»?
— Не надо претворяться. Я помню, как вы к нам относились. Что вы сделали с моей сестрой?
— Так, Алексей, меру-то знай. Какое ты имеешь право обвинять меня в чём-то? Того, кто взрастил и вскормил тебя.
— Нет, мне всё-таки придётся приехать и разобраться. Света не могла просто так пропасть. Это из-за вас всё!
— Хватит! — рявкнул князь. — Попридержи язык, юноша. Я тебе дерзить не позволю. Как приедешь, так и уедешь. Раз уже сбежал, так не смей больше в моём доме показываться. И про должок, кстати, не забывай. Время идёт. На этом всё.
Михаил повесил трубку, даже «до свидания» не сказав. Кажется, поверил. У него эмоции явно сильнее здравого рассудка, как, впрочем, и у многих. Теперь оставалось надеяться, что Леди сделала всё грамотно, и отъезд Светы не попал ни на какие камеры. Иначе могут вычислить. Князь-то сам, может, и дурак, а вот его служба безопасности — вряд ли.
— Отец её уже ищет, — сказал я Сатиру.
— Разумеется, он будет её искать. Но Леди уверяет, что всё прошло гладко, они со Светланой нигде не засветились. А если даже и приедут шпионы, отвадим. Мы ведь тоже кое-что умеем.
Я поблагодарил Сатира за всё, попрощался и сел в машину.
Когда приехал домой, была уже почти ночь. Первым делом открыл почту, посмотрел, что прислал Сатир. Там действительно оказалось новое письмо, отправленное десять минут назад. В письме имелся прикреплённый архив. Пароль от него Фёдор прислал мне на телефон. В архиве лежал текстовый документ со списком мест, которые посещал в последние пару недель Степан Талевич, и фамилиями людей, с кем он встречался. Но список был не полным, а фамилии эти мне не говорили ничего.
Были и фотографии. На них оказался запечатлён некий господин средних лет рядом со своей машиной и рядом с рестораном в окружении других важных персон. Но понять, тот ли это человек, что напал на нас в лесу, или нет, я не мог. В целом, оба имели весьма обычную внешность: средний рост, среднее телосложение, никаких особых примет. Лицо же нападавшего мага в пылу битвы я толком не разглядел, поэтому и не мог стопроцентно идентифицировать.
Я вглядывался в каждый снимок и гадал: Талевич ли напал на меня тогда в лесу
