сказал Гаврилов, лица с княжеским титулом не имели, и союз этот мог стать обычной формальностью, ни к чему меня не обязывающей. А если от брака всё-таки появятся дети, то по закону они в любом случае останутся в семье отца.
Беспокоило меня другое: лица женского пола обычно имели меньшую ценность, чем лица мужского. Девочек рождалось больше, порой в разы, а это значит, в случае необходимости Сафоновы могут легко пожертвовать жизнью одной из дочерей. И какой смысл в таком «заложнике»?
Я не знал, сделают ли они это или нет, но гипотетически это было возможно. Хотя и наследник не давал стопроцентных гарантий. Оставалось надеяться, что от резких телодвижений их сдержит страх перед моей силой.
Но было и ещё одно условие: вместо Артура Сафонова на дуэль выйдет его родственник из Москвы (в настоящий момент он служил на польском рубеже), имевший ранг «великий мастер второй ступени». Не знаю, чем его заманили в Сибирь, вероятно, посулили те же семь процентов акций «Обелиска», но это создавало мне определённые проблемы. Драка будет, как минимум, равной.
В данном случае противник имел полное право выставить против меня другого бойца. Гаврилов объяснил, что это обычная практика, когда у дуэлянтов большая разница в силе, как у нас с Сафоновым.
Если же я проиграю и при этом выживу (такой вариант тоже предусматривался), то должен буду отдать Сафоновым все свои предприятия и землю, да и в случае моей гибели, всё это достанется главе их рода. Пережить подобный позор, конечно, не хотелось бы, поэтому для меня был приемлем лишь один вариант: биться на смерть.
Обдумав ситуацию, я снова позвонил управляющему:
— Я согласен. Только знаешь, что? Пусть пришлют фотографию княжны, которую они за меня собираются замуж выдать.
На это раз пришлось ждать долго. Только через полчаса Гаврилов отправил мне на электронную почту снимок. Девушка, одетая в белую блузку, чёрную жилетку и фиолетовую свободную юбку, закрывающую колени, была сфотографирована в полный рост. Изящная, белокурая. Кукольное личико с тонким носиком, острым подбородком и ничего не выражающим взглядом, вроде как симпатичное, по крайней мере, в макияже. Губки накрашены, глазки подведены — всё, как надо.
Я подумал, сойдёт. Не уродина — и ладно. В конце концов, её главная задача — «оберегать» меня от нападения родственников. Спать мне с ней не обязательно, как и жить под одной крышей, да она и сама, возможно, не захочет.
Не успел я утвердиться в решении, как зазвонил телефон. На экране высветилось имя сестры.
— Привет, Света. Как дела? Тебя можно поздравить с прибытием?
— Привет, — раздался бодрый голосок. — Да, кажется, я в Первосибирске. Мне так сказали. Как же мы долго ехали! Тут какой-то дом. Я здесь буду жить? Ты приедешь?
— Разумеется, приеду, но позже. Да, пока поживёшь в этом доме. Он принадлежит одному из моих охранников. Но это только на первое время, дальше посмотрим по обстоятельствам. Как закончу с делами, сразу к тебе побегу. А ты пока располагайся, отдыхай, душ прими, поешь.
— Ладно, буду ждать.
Свете опять вернулась её прежняя жизнерадостность. Судя по голосу, она как будто даже не устала за пятьдесят часов дороги. И мне сразу полегчало на душе. Со Светой всё в порядке, ей ничего не угрожает, значит, можно спокойно заняться другими вопросами.
Я позвонил Гаврилову и сказал, что согласен. Теперь распорядители должны были составить письменный договор. Дуэль собирались провести утром тридцать первого августа, то есть через четыре дня. Сражаться планировали тоже рядом с Томском, но место ещё предстояло уточнить.
Дождавшись, когда документ будет подписан, я сразу же отправился в гараж, где стояла моя бронированная «Волга». Мне не терпелось увидеть Свету и расспросить её обо всём.
Уже начало темнеть, когда я остановил своё авто рядом с воротами дома Сатира. Вышел, позвонил в звонок. Ждать почти не пришлось. На улицу выбежала Катя и, увидев меня, скривила рот в улыбке:
— Здравствуйте. А мы вас ждём.
— Привет, Катя. Света здесь?
— Да, ваша сестра в доме. Буквально часа полтора назад приехала. Пойдёмте.
Берлога Сатира по габаритам, разумеется, не шла ни в какое сравнение с жилищами аристократов и даже с моим относительно небольшим особнячком, но три человека здесь могли разместиться с комфортом. Дом не отличался архитектурной изысканностью и представлял собой прямоугольную кирпичную коробку с пристроенным гаражом на две машины и застеклённой террасой. За домом зеленел неухоженный сад, заросший высокой травой и кустами, среди которых торчали три яблони. Территория была обнесена кирпичной оградой, по углам висели камеры видеонаблюдения.
В самом доме оказался неплохой ремонт, хотя интерьер не мешало бы обновить: где-то обои отклеились, где-то ламинат поцарапался, да и мебель выглядела не новой. Во всём чувствовалась некая небрежность. Но несмотря на это жилище было чистым и не лишено уюта. А едва я вошёл в прихожую, как в нос ударил аппетитный запах котлет.
Широкая дверь вела в маленькую гостиную, где за столом на угловом диване расположились Света и Леди. Света была одета по-походному, в широкие штаны и бесформенную толстовку. Русые волосы падали на спину длинным хвостом. Увидев меня, сестра вскочила с места и выбежала в прихожую.
— Лёша, привет! Как я рада тебя видеть! А мы тебя заждались. Почему так долго?
— Привет, — улыбнулся я и дружески хлопнул сестру по плечу. — Сказал же, дела были. А я смотрю, ты не скучаешь. Леди тоже здесь, да?
— Добрый вечер, ваше сиятельство, — поздоровалась со мной красноволосая охранница. — Мы тут ужинать сели. Присоединяйтесь.
— Не представляешь, как я замучилась в этом минивэне ехать, — затараторила Света, возвращаясь на своё место. — Целый день сидишь и сидишь, всё затекает. Спать пришлось на дурацком раскладном кресле. А потом ещё шина спустила по дороге!
— То-то и думаю, что вы так долго? — я взял стул и тоже сел за стол.
Тут из кухни вышел Сатир, одетый в брюки и рубашку, видимо, в честь приезда гостьи. Он поздоровался со мной, поставил на стол тарелки с макаронами и котлетами.
— Ну, присоединяйтесь, ваше сиятельство, сейчас ужинать будем. Пища простая, разносолов у меня нет, так что извиняйте. Будете?
— Ещё спрашиваешь? Я не ел ничего с обеда, и от этого запаха истекаю слюной.
— Тогда сейчас и вам наложу.
По поводу отсутствия разносолов Сатир приврал. Вскоре на столе появились и солёные огурцы, и маринованные грибы и даже
