себя комфортно даже ради спасения жизни.
Все потому, что рядом не было Карсена. Потому что привыкла лежать в его объятиях. Потому что вся эта чертова комната пахла им. Пахла безопасностью. Я и чувствовала себя тут именно так. Этот маленький кусочек Вселенной не мог быть запятнан грязью. Ни грубыми словами Джейса, ни его придурковатых друзей. Ни постоянно скрываемым гневом Карсена. И уж точно ни Уильямом Уитли, который стал причиной всей этой боли.
Я протянула руку и щелкнула по пульту, который всегда лежал на прикроватном столике. Комнату озарило сияние ночного неба, и на душе сразу стало легче.
Звезды. Все всегда возвращалось к звездам.
Я пыталась отгородиться от образов, угрожавших завладеть моим разумом, но безуспешно. Они словно врезались в голову, и я не смогла сдержать дрожь, пробежавшую по телу при воспоминании о диких глазах Карсена. Он выглядел таким… свирепым и напуганным. Очень напуганным, черт возьми. Будто Карсен хотел остановиться, знал, что хруст носа Джейса под его кулаком был неправильным, но не мог. Не мог перестать избивать его до тех пор, пока Джейс не почувствовал бы такую же боль, с которой жил Карсен.
Но Джейс никогда не поймет этого. Не ощутит того, что пережил Карсен. Он потерял троих человек за одну ночь.
Маму.
Отца.
Себя.
Карсен уже никогда не будет прежним, и это нормально.
Я лишь хотела, чтобы он тоже это понял.
Может, Фейт была права. Возможно, все написано на звездах, а, может быть, мы и есть звезды. Мы можем существовать довольно долго, но не вечны. Проходим через циклы рождения, зрелости и даже смерти. Подобно газовым шарам, плавающим по Вселенной много лет, мы менялись.
Я полагала, что Фейт, как и Карсен, объясняли это тем, что хотя звезды умирали, их материя не исчезала. Она образовывала новую туманность или же примыкала к уже существующей. И так материя завершала свой цикл, чтобы снова стать звездой.
Может, звезда Карсена и была уничтожена в ту ночь, но материя никуда не делась.
Ему просто нужно найти для нее новый дом.
ГЛАВА 12
Карсен
Можно было подумать, что, уже не первый раз просыпаясь на кладбище, я привык к этому.
Но это не так.
Мою кожу ласкало яркое утреннее солнце. Я приоткрыл глаза и огляделся, ища смотрителя. Его нигде не было видно, но я был почти уверен: ему плевать, что я оставался тут на ночь. У нас было негласное соглашение.
Я заставил себя сесть и прислонился спиной к надгробию, у которого отдыхал.
— Я облажался, мам.
Сорвав несколько травинок и покрутив между пальцами, я выбросил их, наблюдая, как ветер подхватил те и понес прочь.
— Серьезно облажался. Прошлым вечером я влез в драку. Знаю-знаю. Как мне не стыдно, да? Но, ма, этот парень… — я стиснул зубы, вспомнив об этом идиоте Джейсе и всем, что говорили его друзья. — Он просто высококлассный придурок. Это не оправдывает меня, но парень действительно сам напросился.
В голове пронеслись события прошлой ночи, и сердце быстрее заколотилось в груди. Эллиот. Выражение ее лица убивало меня изнутри. Я сорвался. Потерял контроль. И в ходе всего этого она получила травму.
— Вчера мне звонили друзья, они страшно перепугались, столкнувшись с Эллиот возле ресторана, где собирались устроить себе свидание. Они сразу привели ее ко мне домой. Нейт был вне себя от ярости. Если бы я был там, он бы точно меня ударил. И я заслужил это.
— После того, как мне сказали, что Эллиот отключилась в моей постели, я понял, что не смогу вернуться домой на ночь, потому выбрал лучшее место, — я похлопал по надгробию. — Здесь, с тобой, ма.
Я опустил подробности произошедшего, такие как травма головы Эллиот и то, что Джейс и его друзья говорили обо мне.
— Думаю, я…
Пришло оповещение о полученном сообщении.
Эллиот: Ты в порядке?
Я: Это мне нужно спрашивать.
Эллиот: Ты вернешься домой?
Хотя я сознавал, что она имела в виду совсем не то, что мне хотелось, когда упомянула «дом», но сердце замерло, на миг воспарив. Однако в следующий секунду оно словно рухнуло обратно на землю, ведь у нас с ним больше не осталось надежды. Я все испортил.
Эллиот: Приходи. Нам нужно поговорить.
Я: Буду через пять минут.
Эллиот: Ты с ней?
Я: Да.
Эллиот: Передавай от меня привет.
Несмотря на царящее внутри смятение, я усмехнулся, потому что готов был поклясться: эта девушка очень походила на мою мать. Ее доброта и терпение не знали границ.
— Эллиот передает привет, ма.
Я поцеловал пальцы и опустил на надгробие, а потом направился к дому.
Шаги выходили какими-то тяжелыми от волнения. Я не знал, во что вляпался. Лучшие друзья теперь вполне могли от меня отвернуться. А прекрасная девушка, в которую влюблялся, наверняка уйдет от меня, и я не стану ее винить.
Была маленькая вероятность, что я мог войти и выйти с одной лишь царапиной.
Но, скорее всего, я погрязну под обломками после катастрофы, которую сам же и создал.
Когда я дошел до дома, друзья уже стояли на крыльце. Нейт щурился, скрестив руки на груди. Рука Блейка лежала у него на спине, удерживая от возможных действий.
— Что-то произошло, черт тебя задери.
Это был не вопрос, но тот подразумевался.
Я огляделся, отметив, на мой взгляд, слишком много людей на улице.
— Мы можем поговорить внутри, пожалуйста?
— Нет. Тут Эллиот. И я не впущу тебя, пока не буду убежден, что ты собственноручно не бил ее, из-за чего на голове Эллиот теперь повязка.
Я отшатнулся от его обвинения. Неужели Нейт считал меня способным на такое? А может, это и так. Мой отец точно вытворял подобное. Он задушил мою маму голыми руками, отнимая воздух из легких. И не отпускал, пока она не умерла.
«Нет. Я не он. И не стану таким».
— Нейт… Ты правда… — мне было больно давить из себя эти слова, как, впрочем, ранило и то, что Нейт мог счесть меня способным намеренно ударить Эллиот. — Ты правда думаешь, что я избил ее?
— А разве нет?
— Нет, мать твою, — выплюнул я. — Ты серьезно в это веришь? Действительно так обо мне думаешь? Если да, то нам стоит пересмотреть нашу так называемую «дружбу».
Нейт глубоко вздохнул и заметно расслабился, опустив руки. Блейк переплел их пальцы.
— Нет, я не думаю, что ты на такое способен. Однако ты ведь не был собой прошлым вечером, верно?
Хотелось бы мне ответить ему,
