неожиданно его равнодушие ранит меня сильнее, чем агрессия.
Наконец-то вываливаюсь на холод. Пробирает до костей, ноги не держат, но гонор заставляет держаться. Очень надеюсь, что ему не видно, как меня ведёт в сторону.
Тут же меня подхватывает сильная рука... Ага — не видно ему. Как он так быстро из машины вылез и возле меня оказался? Может, он оборотень? Или вампир? Какая чушь в голову лезет...
Захар разворачивает меня к себе, обхватывает руками. Мне кажется, что со всех сторон. И сразу же тепло делается. такое ощущение, что он — горячий.
Ловит мои губы, проталкивает язык в рот. Целует так, что ноги совершенно перестают меня держать.
— Дура ты, Лийка... - шепчет после поцелуя. В мои полураскрытые губы, которыми я ловлю его прерывающееся дыхание. И через которые дышу сама. На грани. Толчками, — Могла бы вертеть мной как хочешь...
Не знаю... Не уверена, что говорит правду. Как им вертеть? Он же сложный. Невыносимый. Весь на изломе. И меня такой сделал, когда уже не важно, где черное, где белое.
— А разве... в этом есть какой-то смысл? Вертеть кем-то? Рано или поздно это ничем хорошим не закончится... - говорю свою правду.
Вздыхает. Берёт себя под контроль. Дыхание Захара успокаивается. Но он прижимается своим лбом к моему. Гладит меня по спине, забравшись рукой под куртку.
— Не принимай ничего... Я тебе... Хоть Луну с неба...
Горько усмехаюсь.
— Уже достал. Хватит.
Снова вздыхает. А я... Как тряпка безвольная — жмусь к нему. Тепло... Хорошо... Но что ж так разрыдаться хочется?!
— Давай до квартиры провожу, — утвердительно произносит, уже по привычке не спрашивая моего мнения, — Не позовешь — не зайду.
— Не позову... - всё, на что меня хватает.
Кабирин и правда доводит меня до квартиры. А я — и правда его не зову.
— Пока! — слышу от него, закрывая дверь.
Сама ничего не говорю. Лишь быстро иду к себе в комнату, закрываюсь и, зажав рот ладонью, плачу. Так больно внутри. Так всё неправильно...
И нет — я не хочу от него ребёнка. Завтра же утром зайду в аптеку, в которую хожу обычно, в нашем доме на углу и куплю средство экстренной контрацепции. И выпью!
Захар
Ощущения — что я накатил. И накатил так нехило. Трезвит немного холодный воздух. И зудящее беспокойство внутри.
Пришла... Сама... Хотела... Горела так. А вкусная какая!
Но ведь попрётся теперь дрянь какую-нибудь глотать. И мне приходит в голову совершенно дикая идея. И напрягаю своих. Я уже неплохо знаю её привычки. Знаю, что с утра у неё времени в обрез, поэтому, если будет заходить в аптеку, то в ту, что в её доме. И я прошу сделать упаковку средства экстренной контрацепции из популярных. Мой человек фармацевтом с утра поработает.
Понимаю, что чушь, что тоже так нельзя. Но она же... Если забеременеет, то шипы так выставлять не будет. Ей нужна будет поддержка. И у меня будет шанс доказать ей, что на меня можно опереться.
Шанс, конечно, что залетит с одного раза маленький, но вдруг вселенная будет в этом вопросе на моей стороне?
Вспоминаю про свою провалившуюся миссию "отец". Теперь я переключился. И можно поговорить с Кириллом. Это и к лучшему, что сразу не стал. Я был на взводе и с ощущением, что меня как кутёнка понатыкали в наделанную мною кучу. Ева Батьковна умеет. У неё к этому врождённый талант. Человек я вспыльчивый, и серьёзные разговоры в таком виде предпочитаю не вести. Кирилл в курсе этой моей особенности. Я ему это разъяснял. А так — разобраться, что и как получилось нужно. И выслушать его — тоже нужно. Неужели, у него к этой девочке всё настолько серьёзно? Может, пройдёт?! Хотя, если серьёзно, то не пройдёт. Это у него на всю жизнь.
Отдав необходимые распоряжения, возвращаюсь домой. Только Кирилл меня удивляет. Он спит. Поколебавшись, решаю не будить. Утро вечера мудренее.
Утром встаю с трудом. Кира уже дома нет. Это не вызывает у меня никаких подозрений — показывает характер, не хочет со мной встречаться. Всё равно никуда не денется.
Лийка действует так, как я и предполагал — заходит в аптеку и покупает там витамины под видом экстренной контрацепции.
Неприятно колет, что всё-таки решила поступить так. Но... Если задуматься, то чего ждать от неё? Мне она не доверяет, думает, что это у меня игры такие. Но я как-то уже староват играть. Мне хочется её всю себе. Чтобы дала мне хоть какой-то шанс. После вчерашнего уверен — у нас получится. Тянет нас друг к другу. Не только меня, а её тоже.
Затем погружаюсь в привычный круговорот.
Пока мне не докладывают, что внизу скандалит девушка. Что-то толкает меня изнутри, и я смотрю по камерам, кого именно принесла нелёгкая.
Это Лийка... И она явно в неадеквате. Едва не кидается на охранников драться. Что стряслось-то? Про таблетки узнала? Не могла...
Я приказываю привести её ко мне...
Но едва она показывается на пороге моего рабочего кабинета, как я слышу:
— Это ты во всем виноват! — крик Лии разносится по помещению.
Её колотит, глаза с полопавшимися капиллярами. Бледная.
— Да в чём?!
— У меня Богдана отобрали-и-и, — скрючивается, чуть не падая на пол, и воет, как раненное животное, — Кто-то в сеть слил видео как мы... Мы с тобой... Тогда у тебя на квартире...
Я оказываюсь рядом с ней, подхватываю её, прижимаю к себе. Даже несмотря на то, что она делает попытку ударить.
— Лийка... Не плачь. Сейчас всё разрулим.
Глава 32
Лия
— Ненавижу тебя! — цежу куда-то в грудь Кабирину, потому что он вжимает меня в свое тело, не давая двигаться. И, несмотря на это, в этот момент я его действительно ненавижу сильнее, чем кого-то еще за всю свою жизнь.
Только это не всё.
Что действительно меня пугает, это то, что я пришла к нему, ни куда-нибудь еще, не придумала что-то другое — я пришла к нему.
Может быть, это из-за того, что я считаю, что он во всем виноват, и он же все должен исправить? Только мне кажется, дело не совсем в этом. Дело в том, что я хочу, чтобы он все исправил. Это почему-то для меня важно.
— Так, Лия, успокойся! Расскажи мне по порядку все, что случилось, — слышу я от Кабирина вопрос.
Захар по-прежнему обнимает меня, удерживает от того, чтобы я врезала по его наглой морде.
Я бы
