на английском языке, — нам нужно выйти наружу и посмотреть, что там.
Четверо меня, вроде бы, поняли, а азиат не знал ни русского, ни английского, просто продолжал пялиться на всех с непонятным выражением лица.
В голове у меня возник интересный вопрос: старается ли система вытягивать на испытания людей, преимущественно говорящих на одном языке? Всё-таки большая часть на этом и предыдущем испытании говорили по-русски. Большинство, но не все, а что будет дальше? Как мы должны понимать друг друга? Может быть, существует какой-то универсальный язык? Или навык, что позволит общаться представителям разных народов? Надо сделать себе пометочку в блокноте, посмотреть после миссии в терминале что-то подобное.
Пока Айка отвечала на вопросы напуганных людей, я махнул рукой Толику, и мы вместе с ним вышли за дверь. Перед нашими глазами предстала большая поляна с редкими кустами и ещё более редкими сухими деревьями. Заканчивалась поляна куском невероятно высокой горы, которая отчётливо давала понять, что преодолеть её невозможно.
С нашей стороны поляна плавно переходила в каменистую местность с вкраплениями не слишком высоких скал, за которыми при желании можно было укрыться. Ну и заканчивалось всё с этой стороны тоже горой, в которую была врезана дверь в помещение, где мы и оказались после переноса. Картина получалась полностью не естественная, было совершенно ясно, что эта арена была создана искусственно с вполне определёнными целями.
Заценив обстановку, мы хотели вернуться назад в комнату, но ничего не вышло. Дверь как будто заградила какая-то невидимая стена. Я сначала растерялся, но быстро понял, что так и было задумано, чтобы игроки не пытались спрятаться и обороняться через узкий проход. Ну да, так было бы куда легче. Мы с Толиком принялись кричать и махать руками, чтобы привлечь к себе внимание Айгеры и остальных, однако, звук, видимо, тоже не проходил.
Оставалось уже двадцать минут, когда нас наконец-то заметил чернокожий старик, он стоял ближе всех, и показал остальным. Ещё через пару минут наконец-то к нам вышла Айка.
— Обратно не пускает, — сообщил я девушке о нашем открытии, — надо бы тщательно исследовать долину, пока ещё есть время, возможно, удастся найти какую-то одежду или даже оружие, на крайний случай палок наломать, не с голыми же задницами людям с монстрами сражаться?
Следом за казашкой стали потихоньку выходить и остальные, и часть из них слышала наш разговор. Один из них, крепкий мужчина лет сорока с лёгким налётом седины на висках, подошёл непосредственно ко мне и начал разговор.
— Олег, правильно? — я кивнул, — Меня зовут Андрей, я бывший военный. Как я понял, вы втроём уже не в первый раз оказываетесь в таком положении? Вы и есть добровольцы, как сообщил непонятный текст перед глазами? — я снова молча кивнул, пытаясь понять, к чему он ведёт. — Меня интересует всего один вопрос: зачем? Что такого может дать эта Игра, чтобы вы добровольно согласились вернуться?
— Очень приятно, Андрей, — я снял с пояса мачете, — Айка, покажи, — лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.
Я сделал на руке довольно глубокий порез, после чего подруга взяла в руки посох, проговорила что-то одними губами и направила его на меня. Рану тут же охватило лёгкое чуть зеленоватые сияние, и, спустя всего мгновенье, от неё не осталось и следа. Лицо мужчины исказили гримасы глубокого удивления, а я добавил:
— Это лишь один из навыков, которые можно изучить после завершения миссии, их там великое множество, впрочем, сами увидите, если выживите. Поверьте, от подобных возможностей очень сложно отказаться, и хочется ещё и ещё. Однажды почувствовав настоящую силу, очень сложно от неё отказаться.
— И эти навыки работают на Земле? — он сумел перебороть первоначальное удивление и слушал меня очень внимательно.
— Да, скажу вам больше, — мужик показался мне адекватным, поэтому я решил раскрыть ему некоторые карты, — по завершению миссии, вы получите пакет информации, в котором будет сообщаться о том, что и наша планета теперь станет местом проведения подобных мероприятий. Как человек военный, вы должны понимать, что это означает для человечества. Жизнь больше не будет прежней. К тому же, имеется возможность обменять ИБ на доллары. За один балл дают тысячу баксов, деньги на счёт приходят сразу, проверено.
— Получается, если мы переживём эту миссию, каждый участник получит по 180 тысяч долларов? — Андрей, кажется, выхватил из моей речи самое интересное для него.
— Всё так, только не рекомендую обменивать всё на деньги, системные вещи и навыки куда ценнее, — поделился я с ним мудростью.
— Ну да, ну да… — кажется, он мне не поверил, — тогда прошу, располагайте мной. У вас определенно больше опыта в борьбе с иномирными формами жизни. Я неплохо владею армейским рукопашным боем, отлично знаком с тактикой, умею пользоваться практически любым оружием и неплохо организую людей, знаком с теорией управления массами.
— В таком случае, необходимо определить, кто из людей готов сражаться, — я принялся загибать пальцы, радуясь столь инициативному союзнику, — разделить всех по группам, чтобы прикрывали друг друга, обследовать как можно больше территории, есть мнение, что тут можно найти одежду вроде той, что на нас, и какое-никакое оружие. У деревьев можно обломать сухие ветки и сделать из них дубинки, на прошлой миссии мы изначально сражались такими.
— Принято, задачи ясны, — по-армейски отрапортовал он и побежал выполнять.
— Интересный дядька, — Толик оценил рвение Андрея по достоинству, — такого бы к нам в команду, танком.
— Интересная мысль, — в принципе, я был согласен с парнем, — для начала посмотрим, как он себя проявит на деле, а то словам я не очень-то доверяю.
Пока мы разговаривали, за нами пристально наблюдают двое мужчин-иностранцев, а когда Андрей убежал заниматься организацией людей, наконец решились подойти.
— Эй, парень, поделись оружием, у тебя и лук и мачете, а у нас ничего, — нагло заявил один из них на ломаном английском. Сложно было определить его национальность, но больше всего походил на немца или австрийца. И несмотря даже на то, что одет был в одни трусы, вёл себя очень нагло.
— Нет, я это оружие добывал потом и кровью, и делиться непонятно с кем не собираюсь, — твёрдо ответил я.
— Уверен? — он нагло ухмыльнулся.
— Уверен, — я угрожающе посмотрел ему в глаза, — и рекомендую не лезть к нам.
— С
