— А зачем, по-твоему, я разыскиваю Яра?
— Думаешь, он проведет для тебя мастер-класс? — усомнился черт.
— Другого пути у меня нет.
После небольшой паузы, заполненной заунывным пением цикад, Ю-Ю тихо произнес:
— Зря ты ввязалась во все это.
Я возмутилась:
— Разве не твоя мамочка подталкивала меня?! А ты?! Никто ведь из вас не подумал предупредить меня о том, что мне придется иметь дело с самим… Лютым Князем!
— А своя голова тебе на что? — спокойно осведомился доктор.
— Да что голова, Ю-Ю! — вспылила я снова. — Ты не знаешь, в каком я была состоянии! Я ведь… собиралась топиться.
— Отчего? — удивился черт.
— Ты будешь смеяться, но из-за несчастной любви.
Ю-Ю не засмеялся, зато мне самой стало смешно необычайно. Знать бы мне тогда, с чем и с кем я столкнусь. А тут какие-то пустячные житейские дела, какой-то мальчик-зайчик, глупый и наивный. Муромский! Знал бы он, кто я теперь и где! Кирилл это ведь не… Гавр.
Ю-Ю молчал, созерцая звездное небо. Водяной и кикимора уснули возле костра. Подошла Троя и сказала, что в зарослях у ручья кто-то ухает.
— Это филины, — успокоил ее Ю-Ю.-В этих местах их полно.
В эту ночь, несмотря на отличную погоду, я спала тревожно. Мне снились большие серые птицы, которые летали вокруг меня и мешали мне двигаться. Потом я как будто просыпалась, но на самом деле продолжала спать, потому что ото всюду снова появлялись филины и окружали меня. Одна очень крупная птица подлетела к моему лицу и захлопала крыльями. Я упала и проснулась.
Было тихо. Троя спала рядом и, в случае чего, тут же ринулась бы на помощь. Я снова легла на траву и прикрыла глаза. И вдруг — шорох, легкий, едва слышимый. Я почувствовала, как волосы на затылке зашевелились от движения воздуха. Прямо у моей головы тихо приземлилась большая ночная птица. Это был тот самый филин, которого я только что видела во сне. От удивления я даже рот открыла, уставившись на это чудо. Филин вдруг отпрыгнул от меня и захлопал крыльями, явно приглашая следовать за собой. Что бы это могло значить?
Я тихо встала и осторожно шагнула в сторону птицы. Она взлетела и села на ближайший камень, снова указывая мне путь. В нерешительности я оглянулась на свою спящую команду, но что-то подсказывало мне, что я должна идти одна. К тому же я очень боялась, что проснувшаяся Троя спугнет филина, и я так и не узнаю, чей он был вестник.
Было довольно светло, потому что в темно-синем небе горел юный месяц. Я хорошо видела, как мой провожатый, ухая и фыркая, перелетал с деревьев на камни, с камней на кусты, дожидаясь меня. Я следовала за ним, все еще сомневаясь и пытаясь запомнить дорогу. Потом мне пришло в голову, что можно оставлять заметки. На моих руках было множество разноцветных и разномастных браслетиков. Я стала снимать их и вешать на наиболее заметных приметах: сломанной березе, большом камне, гнилом остове лодки, когда мы проходили берегом реки. Я не хотела заблудиться в незнакомой местности. Хотя я и считала, что мне нечего бояться, но осторожность никогда не помешает.
Когда мы вышли на обширный луг, окруженный скалами и кустарником, я вдруг потеряла филина из виду и остановилась. Мне вдруг пришло в голову, что я совершенно напрасно решила, будто птица меня куда-то звала. Похоже было, что я просто-напросто заблудилась, причем по собственной глупости. Бессознательно я сделала еще несколько шагов вперед, трава доходила мне почти до пояса. Стояла тишина. Больше не было слышно ни шума ветра, ни пения цикад. У меня возникло страшное подозрение: возможно меня заманила в ловушку!
Вдруг в траве, справа совсем рядом, я услышала сначала шорох, а потом злобное шипение. Змея! Я резко отпрыгнула в противоположную сторону и, а-ах!!!
С треском проломив какой-то хрупкий настил, я рухнула вниз и оказалась на дне глубокой ямы. Придя в себя через несколько секунд, я тут же вскочила на ноги и сразу почувствовала боль от ушибов: на дне ямы валялось множество гладких камней. Смерив глазами расстояние до поверхности, я пришла к выводу, что мне ни за что не выбраться отсюда самостоятельно. Оглядевшись и ничего не заметив, кроме темных земляных стен, камней и обломков сухих веток под ногами, я стала оценивать ситуацию.
Теперь уже не было сомнений: меня заманили в ловушку, причем сделать это было проще простого. Я сама пришла к ним в руки. Интересно только, к кому? Если это Гавр, то для чего ему завлекать меня в яму? Неужели нельзя дождаться назначенного финала? Убивать меня сейчас он не посмел бы: я действующая наместница с дозволения самого Хозяина. Василиса? Но она-то на что надеется? Запугать меня до смерти? Напустить на меня Горгону или Ладо? У меня вдруг возникла идея: нужно было дождаться здесь того, кто заманил меня сюда и поквитаться с ним. Наместникам или кому-то другому, но я должна была отомстить за это унижение.
В надежде на то, что кто-нибудь явится за мной, я просидела на дне холодной ямы битых три четверти часа, пока не услышала шарканье по траве. Сначала вдалеке, потом все ближе и ближе. Очевидно было, что некто двуногий, судя по характеру шага, направлялся в мою сторону.
Я забилась в неосвещенный угол ямы и достала скипетр, готовясь поразить любого, если он проявит агрессию. Если один из наместников или оба сразу заманили меня сюда, зная, что у меня есть сила, на что они надеялись? Не подготовили ли они мне какого-нибудь сюрприза? А если это и не они? Черт знает, кого тут можно было встретить, в чужом мире, в незнакомой местности.
Шаги остановились у самого края ямы и затихли, но я никого не увидела, как ни пыталась всмотреться. Мне мешал еще и яркий свет месяца, от которого расходились фосфорицирующие круги и били в глаза. Наконец, прищурившись, я стала различать чьи-то очертания. Смутно, потом все четче и четче на фоне темного неба стала вырисовываться закрывающая звезды фигура.
Это был человек, грузный, закутанный во что-то, с копной белых волос. Он склонялся над ямой и разглядывал меня, молча и не шевелясь. Через минуту я решила подать голос:
— Эй! Ты кто?
Человек ничего не ответил и не шелохнулся. Я сменила тон на более резкий:
— Кто ты такой? Отвечай сейчас же или я тебя изжарю! — вскричала я, занимая боевую позицию.
Незнакомец чуть шевельнулся, и я услышала, наконец, его голос:
— А, госпожа Первая наместница, — произнес он спокойно, потому что мои угрозы его ни капли не испугали. — Как неосторожно с твоей стороны и как глупо попасться в мою ловушку.
Я не смогла придумать, что ответить, только настороженно следила за ним, сжимая в руках скипетр. И тут к моим ногам упала веревочная лестница.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
