все еще привыкаю к таким частым путешествиям, так что пока не успела.
– Фигня это, Джиллиан. Просто ты запала на того парня с вечеринки на крыше, правда же?
– Что? Вот уж точно, что нет. – Я даже не попыталась говорить убедительнее. – Мне очень трудно с разницей во времени и работой в первом классе, вот и все.
– Ну да, конечно, – засмеялась она. – Даю тебе еще неделю пофантазировать об этом парне, но когда ты на той неделе вернешься в Нью-Йорк, мы подберем тебе кого-нибудь еще. Срочно.
– Знаешь, я так рада, что у меня есть такая подруга, как ты, которая думает о посетителях моей вагины. Большое, большое спасибо.
– Большое, большое пожалуйста, – ответила она. – Да, и еще. У тебя опять какой-то бардак с почтой. Медведь Винни-Пух, Энн из Зеленого Леса, Б. Кеннеди и Кэтнисс Эвердин – каждый прислал тебе по десять писем только на этой неделе. Я сложила все конверты в углу вместе с сотней других, которые ты не открываешь, но, Джиллиан, если честно… Тут по всему дому валяются кучи писем. Может, ты все-таки что-нибудь с этим сделаешь?
– Это зависит от тебя. Когда ты собираешься перестать приводить домой незнакомых парней и трахаться с ними до полусмерти, будя криками всех соседей?
Она тут же отключилась, но я успела услышать ее хохот в трубке.
– «Следующая остановка Терминал А. Гейты 1-21, – объявил голос из динамика, когда я вошла в вагон. – Осторожно, двери закрываются».
Скользящие двери закрылись, и вагончик закачался на рельсах, вынудив всех пассажиров покрепче уцепиться за поручни, и, взглянув на схему над дверьми, оценить, через сколько остановок мы снова окажемся на твердой земле.
За окнами несколько самолетов готовились к выезду на дорожку, служащие наземного контроля размахивали яркими сигнальными флажками, помогая пилотам припарковаться к нужному гейту. Напротив меня двое влюбленных держались за руки и смеялись, а какая-то женщина рядом кричала в телефон что-то про «грубых нахалов на досмотре».
– «Остановка Терминал С. Гейты 21–39».
Вагончик замер, я отпустила поручень, чтобы пройти в другой конец салона, но тут прямо передо мной раскрылись двери, и я застыла на месте.
В вагон собирался войти человек, который был главным героем моих ночных фантазий последние несколько недель, человек, на которого сворачивали головы все присутствующие женщины. Он смотрел в свой телефон, не обращая внимания ни на чьи взгляды, и я быстро отступила на несколько шагов, оказавшись на своем прежнем месте.
Не понимая, что происходит, я смотрела на него, а он казался еще круче, чем мне помнилось. Сердито сжав полные губы, он постучал пальцами по экрану, и я вспомнила, как эти же пальцы ласкали мою кожу, как проникали внутрь…
С тем, как он выглядел, была лишь одна проблема. Он был пилотом. Настоящим пилотом.
На плечах его темно-синей формы блестели четыре золотые капитанские нашивки. Идеально сидящий пиджак не скрывал мощных грудных мускулов. Когда он ухватился за поручень, фуражка слегка съехала вперед и заслонила его прекрасные голубые глаза.
Я несколько раз моргнула, пытаясь осознать увиденное и отказываясь признать, что все это не было игрой моего воображения. Но чем больше я думала об этом, тем лучше все складывалось в единую картину. Его никогда не бывало дома, он не сильно заботился о домашнем уюте – кроме тех аэрофотографий, – и тот наш первый разговор на крыше теперь тоже приобретал новый смысл. Просто я не хотела это признавать.
Вагон резко остановился возле очередного гейта, но Джейк продолжал смотреть в телефон. Я попыталась отвести от него взгляд, снова начать смотреть в окно, но он, стиснув челюсти, провел пальцем по экрану, и я, сама того не желая, продолжала смотреть на него.
В вагон вошли новые пассажиры, и в тот момент, когда я уже отворачивалась, он поднял голову и обернулся в мою сторону.
Приподняв бровь, он не спеша оглядел меня сверху донизу. Выражение его лица изменилось с непроницаемого на удивленное. А затем по губам скользнула знакомая усмешка.
Он шагнул ко мне и ухватился за поручень. Его рука скользнула по моей.
– Привет, Джиллиан!
– Джиллиан? – изобразила я удивление. – Нет, мне кажется, вы меня с кем-то спутали.
– У тебя на бейджике написано «Джиллиан», Джиллиан, – ухмыльнулся он шире. – А еще мой член побывал в тебе четыре недели назад, так что я совершенно уверен, что ни с кем тебя не путаю.
Женщина, стоящая у нас за спиной, ахнула и отошла подальше.
– Тебе… – покраснела я, не веря, что он сказал все это, – тебе непременно надо сказать это вслух, Джейк?
– А тебе непременно надо было притворяться, что мы незнакомы? – приподнял он бровь. – После нашего последнего разговора я перемотал записи с камер безопасности. И не нашел там тебя с тем парнем, о котором ты говорила, с тем, который якобы лучше меня.
– Он не якобы лучше.
– Определенно якобы. – Он так и не понизил голос. – И какая-то часть меня начинает думать, что ты вообще его выдумала. А в случае, если нет… – казалось, он ревнует. – Если бы он был так хорош, ты бы вообще не пошла тогда со мной.
Человек, стоявший справа от меня, придвинулся поближе к нам.
– Я его не придумала, и мы просто пошли в отель, – прошептала я. – Я решила, что мне не нужны зрители, и что ты не достоин смотреть на нас.
– Какая жалость. А я-то надеялся узнать что-то новенькое, чего не следует делать, – прищурился он. – Тебе бы стоило поучиться врать, Джиллиан. У тебя никогда хорошо не выходило.
– Я так понимаю, ты-то большой специалист.
– Во вранье?
– В отрицании, – сказала я. – Думаешь, ты слишком крутой, чтобы кто-нибудь оказался лучше тебя?
– Только в одном определенном смысле. – Пассажиры начали протискиваться мимо нас к выходу, и он подошел поближе. – Никогда бы не подумал, что ты можешь быть стюардессой.
– Это оскорбление?
