громко произнёс Эрик, и оглянулся на Изенгрима, ехавшего неподалёку, ожидая от него моральной поддержки. Тот с присущей ему невозмутимостью проигнорировал риторический вопрос, глядя куда-то вдаль, а Агнесса лишь громко фыркнула. Остальные лишь вежливо промолчали.
Отряд в очередной раз изменил свой состав, к вящему неудовольствию тайранцев. Викар и Гэлин остались в плену у шаноэ. Официально им просто вежливо, но непреклонно предложили "долечиться" от полученных ран — хотя Викар в течение короткого боя всё еще был без сознания, а следовательно не участвовал в сражении, а Гэлин лишь слегка контужен. Но с "гостеприимными хозяевами" было спорить невозможно, по крайней мере без смертоубийства. Зато вместе огненного мага и стрелка им предложили в спутники замену, более чем странную, на взгляд Хеля.
Танара не могла не подсунуть свою шпионку — рыжеволосую девушку по имени Иса, тихую и улыбчивую. Менталистку, конечно же. Её задачей было обеспечить благосклонность степных ханов.
Второй же спутник не только не был шаноэ, но даже магом не являлся. Хель окрестил его воронёнком, так как имя Тари, "ворон", было пожалуй слишком громким для этого салдорца. В парне не было ничего интересного, кроме шрамов, и больше всего он напоминал слугу — впрочем, если вспомнить рассказ Агнессы, он и был слугой у мага хаоса. Хель бросил задумчивый взгляд на салдорца, и тот испуганно сжался, почти вплотную приблизив своего коня к лошади арэнаи.
Та недовольно покосилась на воронёнка, но промолчала. Она вообще была более чем благосклонна к этому пареньку, которого шаноэ притащили непонятно зачем после боя.
Внезапно ехавшая впереди Уна остановилась, и по-звериному потянула носом воздух. Глаза её возбужденно блестели.
— Чувствуете? — спросила она. — Наконец мы выбрались с этих проклятых земель. Никакого гадкого тумана, лишь только чистый ветер. Здесь начинается Великая Степь.
— Кажется, даже солнце начало светить гораздо ярче, — пробормотал Эрик, на чьём лице расцвела совершенно идиотская улыбка.
Оживились даже Изенгрим и салдорец. Лишь Агнесса Эйнхери молчала, тоскливо вглядываясь вдаль. Будто, как и Хель, чувствовала, что колесо событий уже покатилось, подминая под себя человеческие судьбы и жизни.
Джаред Хаккен, Гарм.
Правую руку второго консула, Джареда Хаккена, едва ли можно было назвать увлекающейся натурой. Но все же тайранка Агнесса его чем-то зацепила. Возможно тем, насколько легко и просто она завязала с ним приятельские отношения, зная, что он может оказаться врагом. Или той тайной, что скрывалась за её удивительная умением оказываться в центре всех неприятностей. Повелительница Перекрестков, эмиссар хаоса… Будто ожившая легенда.
И оружие, которое ему было не по зубам. Хаккен почти не расставался с амулетом слежения, даже когда он перестал работать. А когда снова появилась связь, готов был кинуться её искать, чтобы найти ответы на вопросы, которые его мучили.
Например, почему он не мог перестать о ней думать. И почему она приснилась ему.
Тёмный скалистый берег, изрезанный волнами — неприветливый, угрожающий, но удивительно прекрасный. Еще прекраснее было море.
Тяжелые волны накатывали на скалы, разбиваясь вдребезги и рассыпаясь мириадами брызг, только лишь для того, чтобы через несколько мгновений вернуться вновь, и снова попытаться взять осадой этот неприступный берег. Эта война длилась несколько тысяч лет, но море всё же отвоевывало себе пространство. Часть камней почти полностью ушла под воду и лишь бледные остовы насмешливо скалились то ли над своей судьбой, то ли над судьбой самого мира, которого ждала та же участь, что и их — утонуть в безбрежном море хаоса.
Джаред сидел на камне, слушая песни ветра и волн, устремив свой взгляд на далёкий горизонт, поэтому тепло чужого дыхания, коснувшееся его кожи, стало для некромага сюрпризом.
— Не оборачивайся, — шепнули ему, и мягкие руки обвили его плечи, прижимая к себе. — Не оборачивайся…
— Агнесса? — недоверчиво спросил Джаред, узнав интонации, но всё же послушался. — Что ты здесь делаешь?
Невесомый смешок.
— Я пришла, потому что ты этого хотел.
— И ты всегда собираешься делать то, что я хочу? — хрипло спросил Джаред.
— "Героя будет ждать награда, но должен знать — что есть и плата", — процитировала арэнаи стишок из детской сказки, которую когда-то читала ему мать.
— И чем мне придётся платить?
Она рассмеялась:
— Сначала определись с тем, что ты хочешь.
— Ты знаешь, чего я хочу. Я хочу тебя, — рука некромага легла поверх женских ладоней, легко поглаживая.
Во сне он мог быть честным с собой и с ней.
— И только? А как же власть, свобода… Разве не об этом ты мечтал десятки лет? Освободится от своего господина, став самому себе хозяином, и следовать только своим желаниям?
— К чему этот разговор? — голос Хаккена должен был звучать холодно, но звучал почему-то беспомощно.
Тайранка мягко потерлась щекой о его плечо, еще теснее прижимаясь к нему. Под её ладонями нервно стучало сердце некромага, выступая лучшим свидетельством того, что даже магам смерти свойственны страсти живых.
— Джаред, — мурлыкающими интонациями произнесла Агнесса, — пришло время менять свою жизнь. Ты знаешь, что это так — иначе бы ты не встретил меня. А теперь… просто попроси, и я сделаю тебя по настоящему свободным.
— Я не понимаю, — растерянно произнес Джаред, склонив голову вниз. Его взгляд упал на обнаженные руки тайранки, и на секунду его сердце замерло.
От её предплечий к тонкому запястью стекались вниз тонкие струи тёмной энергии, переплетаясь между собой в сияющие пряди мрака, и уже там, у самых кончиков пальцев, они расцвечивались яркими красками — красным, лиловым, синим…
Ни один художник не мог бы отобразить всю палитру оттенков этих цветов.
Некромаг отшатнулся, и арэнаи с сожалением позволила себе его отпустить, лишь на прощании мазнув острыми, чернильно-синими когтями по груди, оставляя напоминание о себе и своей силе. Джаред встал спиной к краю обрыва, не сводя с неё желтых глаз, сейчас почти почерневших из-за неестественно расширенных зрачков.
— Это сон, всего лишь сон.
— Да, но для наших целей он ничем не хуже реальности, — обворожительно улыбнулась Агнесса.
Джаред лишь побледнел и отступил на еще один шаг назад.
— Ты не Агнесса Эйнхери.
— Разве нет?
— По-крайней мере, не только она, — уже более твёрдо ответил он. — Что тебе нужно от меня, Повелитель Перекрестков?
— Я уже сказала тебе, некромаг. Я пришла сюда, привлеченный запахом твоего желания свободы, и твоими мыслями… обо мне.
— Не о тебе, Повелитель, я думал, а о тайранке.
— А такая уж большая разница? — губы девушки скривились в ироничной усмешке. — Я, она… мы одно целое. А теперь, не трать моё время, призвавший меня. Мне нужно завершить то, что началось еще с первой
