— Очень болит? — провела пальцами по отклеенному краю пластыря и слегка прижала его, попытавшись прилепить обратно. Я непроизвольно зашипел. Нога не позволяла забыться. Девчонка испугалась, отдёрнула руку и призадумавшись о чём-то своём, озвучила:
— Перед тем, как я окончательно стану падшей женщиной в твоих глазах, я бы хотела выпить глоток вина, — смотрит на меня невинным взглядом сверху вниз.
Не могу решить, куда пристроить свои руки в первую очередь и как её успокоить: словом или же прикосновениями. Её бархатистое тело так близко. Соблазняет, опьяняет, напрашивается трогать везде. С наслаждением изучаю глазами каждый изгиб в ярком свете ламп, каждую родинку, каждую особенную черточку под тонкими, как пух, волосками на её коже. Под влажными прядями божественно вздымается грудь, то приближаясь, то отдаляясь от моего лица. Розовые соски, то и дело, выглядывают и сразу же прячутся под тёмными сосульками волос.
— Ты просто недооцениваешь себя. Тебе до падшей женщины, как до неба пешком или ползком, впрочем, неважно. Только ты не зазнавайся, красавица — улыбаюсь, прижав ладони к зардевшимся румянцем щекам. Притягиваю лицо к себе и трусь носом о её нос, как часто в детстве делала бабушка, играя с нами. — И не питай иллюзий, Елена. Я планирую тебя развратить в максимально сжатые сроки.
— Тебе, случайно, сказку о «Елене Порочной» дед не читал на ночь? Боишься, уеду несостоявшейся жрицей любви, и ты не поставишь ещё одну галочку в книге «любовных достижений»?
— Дед много работал, как и отец. Да и нет такой сказки, выдумщица, иначе бы я знал, как проще справиться с твоей внезапно возникшей застенчивостью. С утра ты вела себя намного…
— Развратней? — прервала мою мысль. — У меня случился выброс адреналина. Шок. Понимаешь? Кстати, он до сих пор ещё не прошёл. И деда твоего прощать я не собираюсь. Пусть не смеет показываться мне на глаза! Я хочу встретиться с подругами, Артём.
— Завтра поговорю с дедом. Братья их не обидят. Тебе не стоит волноваться по этому поводу.
Действительно, захвати я с собой вино, наш откровенный вечер протекал бы в более спокойной и раскрепощённой манере. Женщинам проще расслабиться с бокалом хорошого, благородного напитка. Поэтому, я встаю, нависая теперь уже над ней, чтобы исправить ситуацию и продолжить наш увлекательный вечер без напряга и лишней суеты.
— Ты куда? Я ещё не договорила, — медленно провела взглядом от моих колен к паху и сглотнула, залипнув изумленными глазами на татуировке быка.
— Ты просила вина. Каждый раз смотришь, будто впервые видишь, — не удержался от иронии. — Нравится?
— Если ты о члене, то да. Артём, он у тебя на батарейках? — внимательно изучает напряжённый ствол, который хорошо просвечивается под тканью мокрых трусов. Вплоть до мельчайших выпуклых венок и цвета кожи. — А где можно посмотреть уровень заряда? Насколько его хватает? И какая приблизительная гарантия срока службы сего дивного рабочего инструмента?
— Ты передумала насчёт вина? — вкрадчиво спрашиваю, поправляя демонстративно «стояк». — Если да, тогда усаживайся на бортик, мы не закончили с…
— Я не передумала! Я очень хочу пить, — пролепетала, лизнув нижнюю губу острым язычком.
— Ладно, — неохотно соглашаюсь. — Жди. Сейчас вернусь, — набросившись на её рот, украл жадный короткий поцелуй и принялся выбираться из ванной.
Наверное, я бы уже проигнорировал её желание и тотчас бы исполнил свои, но чертов Бублик, будь он неладен, испортил все мои планы на ночь. Ногу прострелила острая боль, как только я принял на неё весь свой вес, ступая на пол. Стараясь не подавать виду, обернувшись махровым полотенцем, пошлёпал в спальню за бокалами и таблеткой обезболивающего. Купаться в джакузи пропала охота, поэтому убираю с кровати все лишнее и стелю чистую постель.
— Захватить тебе пиццу? — спрашиваю, доставая из аптечки таблетки.
— Я не против, если ты составишь мне компанию. Зачем ты притащил ремень?
— Тебя до сих пор волнует этот вопрос?
— Да.
— Чтобы сделать внутривенную инъекцию, Елена. У меня пропал жгут. А если быть точным — Сильвия его утащила.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— А галстук тебе зачем?
— Скоро узнаешь. Может переберёмся на кровать? — стоило мне закончить фразу и обернуться, как дверь ванной с грохотом захлопнулась перед моим носом и послышался щелчок замка.
Вот ведь чертовка!
— Merda…
Глава 14. Из двух зол всегда выбирают меньшее
Артём.
— Я не слепая, Артём, — послышался бодренький голос из-за двери. — Звони врачу, либо спать будешь в гордом одиночестве!
Маленькая мерзавка! Честное слово, я рассчитывал как минимум на оральный секс, и как максимум на позу «наездницы», чтобы хоть как-то разгрузить больную ногу и расслабиться. Такого богатого на психологические встряски дня у меня ещё не было. Как же ловко она всё просчитала! Обвела меня вокруг пальца, как мальчишку.
— Может передумаешь? Я всё ещё хочу тебя, малыш, — вопросительно поднятые брови после временного замешательства опустились на прежнее место. Разглядываю деревянное полотно в пяти сантиметрах от моего лица и радуюсь целому носу. Хорошо хоть не расквасила его в лепёшку. Удивила в очередной раз своей непосредственностью. И, черт возьми, мне это нравится! То, как она мастерски кружит голову, то, как в ней цветёт сама природа. Скованность и напускная сдержанность слишком правильных, вычурных женщин стала поперёк горла. Приторно. Тошно. А эту вертихвостку хочу до безобразия каждую минуту. Начинаю подозревать, что и впрямь помешался на её взбалмошном характере.
— Не-а. Не передумаю! И если тебя это успокоит, то секс с тобой просто отпадный, Артём, но всему своё время. Ты не против, если я воспользуюсь твоим махровым халатом?
— Нет, конечно, — соглашаюсь, уперев лоб в дверь. Какой же я идиот! — Лен, давай ты меня полечишь? А?
— М-м-м… Вот блин, зря я это сделала, — раздалось тихое, недовольное ворчание. — Запах несносного аборигена повсюду, — разочарованно выдохнула огорчённый стон.
— А если я не стану звонить? Устроишь забастовку? — разворачиваюсь, прислоняясь спиной к двери. Отпиваю глоток вина. Злиться на неё почему-то совсем не хочется. Разрушительное чувство на сегодня исчерпало лимит. Прихожу немного в себя, несмотря на то, что член до сих пор не отпускает желание погрузиться в её охренительную тесноту и наслаждаться слишком острыми ощущениями. Задаюсь вопросом, насколько хватит её выдержки оставаться в добровольном заточении? Внутренний голос подсказывает выбить эту чёртову дверь и напором взять своё, но здравый смысл сдерживает на месте. Рано или поздно девчонка сама сдастся на милость любопытству, вот тогда я действительно получу ментальный оргазм. Осталось только набрать номер.
Предвкушая назревающую бурю, растягиваю хищную улыбку, оглядываясь в поисках смартфона. Хочешь врача, моя хорошая, будет тебе врач. Мобильный попал под руку как нельзя кстати. Лежал на прикроватной тумбочке. Делаю ещё глоток вина и отправляю туда же бокал. Стоило представить, как Елена заводится от гнева, и пах ещё больше налился свинцом, готов вот-вот разорваться в клочья. Одной ладонью сжимаю ствол, пытаясь унять бешеный зуд, второй рукой, подхватив телефон, набираю смс. Отправив, схожу с ума, предвкушая очередной бурный секс, подзаряженный её ревностью.
— Забастовку? Хахааа… — привлекла снова к себе моё внимание. — Если ты захочешь прервать бунт, Артём, то запросто это сделаешь. Стоит сильно приложиться плечом к двери. Но я всё же надеюсь на твоё благоразумие, — прозвучал спокойный, сдержанный голос малышки совсем рядом, по ту сторону преграды, как будто Елена прислонилась к двери.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Думаешь, на влажном коврике спать удобнее? — чувствуя её близость за спиной, не могу усмирить ускоряющийся пульс. — Я постелил чистые простыни, достал новую подушку, может передумаешь и мы займёмся приятными вещами? Если тебя так сильно беспокоит состояние моего бедра, могу предложить компромисс!
