потеряли его, да?
Рывком поднимаю его на ноги и закидывая руку на плечи (а он капитально так поднабрался) веду к выходу.
— А ты не думал, что таким образом он решил подшутить над нами? — предпринимаю смешную попытку оправдать увиденное на фото.
— Давай может и мы ему отправим фото? Ну наше лично? Разыграем его, чтобы он почувствовал тоже что и я. Подонок, — голос у Антохи постоянно срывается на низкие тона и он чуть ли не рычит. Лезет в карман за телефоном.
— Прекрати, Тох. Это бред. Ты думаешь ему так настолько скучно, что он решил подобным образом подшутить над нами?
— Да! — неожиданно громко раздается голос друга мне в ухо. — Я лучше буду думать так. Чем мой мозг будет разъедать осознание того, что он пидор.
Сижу напротив Лаврова. Нашего юриста. И в разговоре с ним я узнаю, что он уже не в первый раз сталкивается в своей практике с такими уродами как Анин муж. И если на первый взгляд кажется, что лишить такого утырка как он, родительских прав легче легкого, то из опыта Лаврова следует абсолютно противоположное. Судьи очень лояльно относятся мужчинам, которые покинув места не столь отдаленный хотят сохранить семью, а если найдутся еще и свидетели этому…
— Он бьют мать своего ребенка, Лев Александрович, — сказать “свою жену” язык не повернулся.
— А это где-то зафиксировано? Она обращалась в правоохранительные органы? — вскидывает вопросительно бровь мужчина. — И еще вопрос, Володя: ты точно уверен, что эта женщина хочет развода?
Точно ли я уверен?! Наверное. Скорее всего да. Ведь она же его боится. Я видел.
Но с та интонация с которой Лавров задал мне вопрос почему-то неожиданно ставит в ступор. Я точно уверен, что все делаю правильно. И даю руку на отсечение, что Лавров Лев Александрович, землю будет рыть, но сделает то, что от него просят, вот только есть одно “но”. Прежде чем приехать к нему, я не предупредил Аню.
— Да, — пусть “да”, а уж Царевну убедить в том, что она будет в безопасности я смогу.
— Тогда жду твою знакомую завтра у себя, — с благодушным видом отзывается Лавров, потирая руки.
— Завтра? — переспрашиваю. — Завтра не получится, Лев Александрович. — Завтра открытие ”Центра”.
— Тогда… как только будет время. Жду вас. Это займет не больше получаса. Небольшие формальности. Пара подписей и я вас отпущу.
— Постараемся подъехать, — встаю с удрученным видом. — Спасибо, что не отказываешь, Лев Александрович, — протягиваю руку и Лавров приподнимаясь мне навстречу пожимает ее.
— Я не имею права Володь. Ты же знаешь?! — хмыкает. — Вы слишком для меня дороги. Все.
Я невольно задерживаю на нем взгляд. “Все” он сказал это слово, будто на что-то намекая. Словно зная о чем-то или о ком-то.
— Я понял, — киваю и круто разворачиваясь, выхожу из кабинета.
А у самого в голове мысли вперемешку с вопросами роятся, словно потревоженный улей. Я пытаюсь продумать все и сразу. Как убедить Аню приехать к Лаврову. Как убедить ее в том, чтобы она набралась смелости и пошла против Мяты. Как донести до нее, что я, есть тот, кто может вытащить ее из всего этого дерьма.
Сажусь в машину. Сжимаю пальцами руль. Упираюсь лбом костяшки.
Какого черта я делаю? Зачем ввязываюсь туда, куда не просят?
Если кто-то не хочет тебя — отпусти: усмехается мое самолюбие, но если тебе не хочется его отпускать — держи, даже если этот человек заставляет тебя чувствовать себя некомфортно: так говорит сердце.
Меня таращит от этих противоречий. Я как будто сам не свой, не могу прийти к общему знаменателю. И когда кажется, что вот все я решил: но нет, находятся такие как Лавро и снова сеют смуту в душе. Заставляют сомневаться.
Завожу мотор, еду к офису. Знаю наверняка, что Аня и близко меня к себе сейчас не подпустит, но я хотя бы убежусь в том, что она нормально доберется до дома. А потом… потом надо будет вернуться домой и как-то разобраться с тем сюрпризом, который нам сделал Тимоха. Спустить все на тормоза не получится. Да и долго обманывать Кира тоже нет смысла. Нужно все решить сразу. По факту. А уж как будет дальше покажет только время.
Глава 15
— Аня, там гости подъезжают. Вы встретите их? — задает вопрос ведущая появившаяся передо мной, словно из под земли.
— Да, Аврора, спасибо, — бормочу и направляюсь к выходу.
Вот и настал день икс, от которого еще недавно по моему телу мурашки бежали от предвкушения чего-то особенного. Ведь именно он станет показательным в дальнейшей моей карьере. Андрей Валерьевич дал ясно мне понять: справлюсь оставит, а если нет… Все! Аня успокойся. Не буду думать о плохом. Настроение и так не к черту, а еще эти глупые мысли.
— Здравствуйте, рады вас приветствовать, — подхожу к двум прибывшим мужчинам.
Это спонсоры, с ними нужно быть вежливой обходителльной. И мне приходится им улыбаться. На лицо натянута маска любезности. Губы улыбаются, а вот глаза вряд ли. Мне хочется сейчас больше плакать.
Мужчина что постарше оглядывает меня внимательно. Я замечаю, что его взгляд останавливается на всех тех местах, что должны явно выпирать в нужных местах, и разочарованно вздыхает когда не замечает этого. И я облегченно вздыхаю. На мне сегодня одет деловой костюм: юбка чуть ниже колен, пиджак фисташкового цвета и белая блузка. Очень удобно и комфортно, единственное, что отвлекает и приносит дискомфорт, это туфли на высоких каблуках. Но и без них никак. Они мне придают хоть чуть солидности.
Мужчина перекинувшись со мной скупыми любезностями, переправляет все свое внимание на девушек из нашего офиса у которых с “выпуклостями” в нужных местах все нормально. И я облегченно вздыхаю. В данный момент, мне вообще не хочется никак привлекать к себе внимания. Я немного рассеянна, так как все мои мысли находятся далеко отсюда.
Я все время думаю о Грише и о том, как о нем заботятся.
Радует только одно, что сегодня утром видела, как свекровь повела его в садик. Хотела подойти, но женщина увидев меня предупреждающе качнула головой. Кивнула в сторону дома, на свои окна. Перевела взгляд и в окнах заметила Женю. До сих пор чувства страха не покидает: стоит только вспомнить его полной ненависти взгляд. Я так и осталась стоять на месте словно вросший в землю памятник провожая Гришеньку взглядом.
Сердце заходилось от всей несправедливости, что происходит. И с этим телефоном, я так облажалась: думала полиция нагрянет
