– Ну, во-первых, не стоит оставлять эльфам меч, а во-вторых, не мешало бы помочь вернуть Дорну лук, наследие предков все-таки – Великий Черный лук.
Глава 6
Эльфийский бал
Сидя на дереве, как какой-нибудь распоследний эльф, Хог размышлял. Разные зверюшки, а также мелкая нечисть, шуршали в кроне, наблюдая за северянином, но, судя по спокойствию Гривастого, пасшегося под деревом, ничего опасного вокруг не было. Гораздо больше, чем окружающий мир, Хогу причиняли беспокойство собственные мысли. Уже не впервые за последние несколько месяцев северянин не знал, что ему делать. Он больше не обижался на Рыжую. Осталась только какая-то глухая глупая обида на собственную судьбу. Вечно получалось так, что он выбирал не ту дорогу.
Хог достал листок со стихами, который хранил с той самой ночи, когда, как он считал, он избавил Рыжую от проклятия.
Мне не остается ничего,Кроме как просто слушать.Сумерки разбавляет зелень луны.А мы танцуем в пламени дождяТанец с осенними листьямиИ слушаем песню осеннего ветра,Что, пролетая мимо, треплет мне волосы…
Теперь эти слова стали вполне понятны. Их не мог написать никто, кроме кельдирка. И все: Эльф, Дорн, Волчонок – они знали, они всё знали…
Хог спрыгнул с дерева. Соловый поприветствовал его коротким ржанием. Северянин потрепал коня по шее, и только собрался вскочить в седло, как до его слуха донеслись треск кустов, рычание и грызня.
Северянин приготовил ножи и осторожно двинулся по направлению к источнику звуков. Гривастый шел за ним.
На соседней полянке не на живот, а на смерть грызлись двое псов. Один был белым как снег, и сначала Хог принял его за Арха, но этот был крупнее раза в два. Второй был слегка помельче, с золотистой шерстью. Выигрывал золотой, он был моложе и компенсировал нехватку опыта силой и ловкостью. Но все же победил старый пес. Изловчившись, он добрался до горла противника. Изрядно потрепанный, тот с визгом скрылся в кустах. А белый, гордо подняв голову, презрительно смотрел ему вслед, потом лапы старого зверя подломились, и он рухнул в траву.
Хог осторожно выбрался на поляну. Белый скосил на него темный глаз.
– Не бойся, я не причиню тебе вреда.
– Я знаю, – отчетливо сказал пес, говорил он гораздо лучше, чем Арх. – Я слышал, как ты наблюдал за нами, но не вмешался. Молодец.
– Что вы не поделили?
– Конечно, власть, что же еще могут делить два благородных слипа.[12] Я чувствую, как смерть хватает меня за лапы. Слишком стар я, чтобы играть в игры молодых.
– Может, я чем-то могу помочь тебе?
– Пожалуй, можешь. Найди моего сына и расскажи ему, что случилось со старым Вармом.
Хогу на миг показалось, что перед ним не собака, а умирающий старый воин.
– Я сделаю, как ты хочешь, но где мне его искать?
Слип не ответил. Розовый язык вывалился из пасти. Северянин склонился к нему, в надежде услышать что-нибудь еще. Их взгляды встретились. Глаза зверя расширились, он захрипел, стремясь что-то сказать, дернулся несколько раз и умер. Мертвые глаза продолжали смотреть в глаза северянину.
Могилу в лесной земле было тяжело копать ножом, но Хог справился. Он нагреб поверх могилы большой холм земли и посадил маленькую рябину, выдранную у соседнего ручья.
В Альвхейм северянин возвращался еще задумчивей. Оказывается, даже имея собачий облик, можно быть человеком.
Первым Хога встретил Арх, пес с радостным тявканьем выскочил за ворота и закрутился под ногами у коня.
– Прекрати вести себя по-собачьи! – строго сказал Хог.
– Чего? – Арх удивленно уставился на человека.
– Я сегодня видел твоего отца, он просил рассказать тебе о его гибели.
Арх отвернулся.
– Что же случилось? – голос его был нарочито равнодушен.
Хог спешился и, отводя Гривастого на конюшню, все рассказал. Некоторое время пес стоял неподвижно, потом умчался куда-то, только мелькнул пушистый белый хвост. Хог же принялся чистить жеребца. Гривастый благодарно пофыркивал и смотрел на северянина добрым взглядом.
Хог вздохнул. Ярл и так стал косо смотреть на того, кто сманивал его лучшего коня. Ну ничего, это ненадолго. А жаль, северянин успел привязаться к благородному зверю. Он не отказался бы от такого соратника.
– Хог, ты здесь? – в конюшню заглянул Эльф.
– Да.
– Пойдем, уже все собрались.
Они должны были сегодня отправиться за мечом Хога к эльфам. Но для этого нужно было подготовиться. Эльф вывел его из Альвхейма, и они направились куда-то в лес.
У огромного дуба альв остановился и несколько раз стукнул по стволу. Кора дерева со скрежетом раздвинулась, и перед ними предстал темный вход. Эльф прошел первым, на пальцах юноши возник теплый желтый огонек, осветивший крутые ступеньки, уходящие куда-то вглубь.
Они молча спускались некоторое время, потом Хог заметил внизу свет, Эльф потушил свой огонек. Их взгляду в конце спуска открылась небольшая комнатка, она была завалена всевозможными тряпками, они лежали на скамьях и высовывались из сундуков, одну из стен занимало зеркало, такое чистое, что Хог изумился. В комнатке уже находились Рыжая, Дорн и Лэстриль.
Девицы успели принарядиться. На Рыжей было зеленое платье из тяжелой бархатной ткани, вышитое золотом по подолу, там кружились в вихрях осенние листья. Волосы девушка оставила распущенными, а вместо драгоценных камней украсила ее венком из пестрых кленовых листьев – и где она их нашла посреди лета? Бенши, напротив, предпочла воздушные легкие шелка, они придали невесомость ее крупной фигуре, юбка была сшита из лоскутков разной длины и всевозможных оттенков серого. Волосы она распустила, слегка скрепив сеточкой из серебряных цепочек.
Дорн сменил свой костюм на черный.
Хог догадался, что ему тоже придется переодеться, ведь они собрались на эльфийский бал. Северянин принялся рыться в вещах, выискивая наряд по нраву. Эльф занимался тем же.
Когда они в новой одежде стали перед зеркалом, то себя не узнали. Хог увидел вместо простого северянина какого-то строгого величественного воителя. Эльф из мальчишки превратился в настоящего сказочного принца.
Поднявшись наверх, северянин с удивлением заметил, что уже наступили сумерки, самое время кельдирков.
– Как же мы доберемся до Галена? – спросил Эльф.
Рыжая в ответ улыбнулась и подняла руку, в которой что-то лежало. Она раскрыла пальцы, и взгляду предстали: маленький уголек, горстка пыли, белый лепесток какого-то цветка, кусочек кремня и камешек янтаря. Кельди дунула на ладонь. В разноцветном сиянии под дубом возникло пять лошадей.
Эльф, не задумываясь, двинулся к мощному соловому жеребцу, почти близнецу Гривастого. Хог выбрал угольно-черного коня, Дорн – серого, как пыль, Эсти – белоснежную кобылицу, а Рыжая – золотисто-огненную.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
