— Какой же? — Она остановилась у двери в ванную с одеждой в руках.
— Ты поняла, что «как там его звать» не смог разбить твоего сердца.
Ему не нужно было пояснять, что означал ее очередной взгляд. Дверь ванной решительно захлопнулась за ней.
Когда Бетси вышла из ванной, она застала его одетым. На столике стояла чашка кофе, которую он принес для нее из фойе. Все, казалось, шло обычным чередом.
Пока она стояла перед зеркалом, подкрашиваясь и отхлебывая кофе, он принимал душ. Потом, когда он брился, она красила губы.
Потом он сказал:
— Знаешь, малышка, можешь ехать, куда хочешь — в Менсфилд или Тимбукту. Можешь жить с кем хочешь и иметь детей. Но в один прекрасный день ты вернешься ко мне. И я буду сидеть и ждать тебя.
— Можешь начать это делать прямо сейчас, а я пойду позавтракаю.
Она покинула номер, даже не взглянув на него.
Как же так, думал Деннис, они так хорошо понимали друг друга, им было весело и интересно вдвоем, они вместе пережили столько теплых моментов, и вот теперь, в последний день, вдруг поссорились.
Он подошел к окну, отодвинул штору и увидел Бетси, марширующую через дорогу к ресторану. Она шагала уверенно, гордо задрав нос, и ее круглая попка грациозно покачивалась в такт ее шагам. Ах, он мог любоваться этой миниатюрной соблазнительницей всю свою жизнь!
Какую жизнь? Что он будет делать, если Бетси уедет в Менсфилд?
Насколько он знает, у него есть два выхода.
Он может остаться «привидением отеля». Тогда охотники за привидениями съедутся сюда со всех уголков страны и будут пытаться изгнать его.
Или... Он может вернуться на ранчо.
Бетси исчезла за дверью ресторана. Деннис выпустил штору из руки и повернулся. В комнате было пусто и одиноко.
11
— Не подбросишь меня до ранчо?
Фраза достигла ушей Бетси, когда она доставала из гардероба свой чемодан. Она обернулась и застыла с чемоданом в руках, проницательно глядя на него.
Он сидел на краю кровати, укладывая сосиски в рядок на дне контейнера с завтраком. Похоже, он ни к чему из содержимого контейнера даже не прикоснулся.
— Сейчас? — спросила она.
Он пожал плечами.
— Не могу видеть, как ты собираешь чемодан.
— Верю.
Ей тоже нелегко было делать это на глазах у мужчины, к которому ей хотелось приклеиться, по крайней мере, на ближайшие сто лет.
А это значит, что она тоже должна смотреть, как он укладывает вещи. Хотя то, что она увидела, трудно назвать словом «укладывать».
Обычно аккуратный и щепетильный ковбой небрежно запихнул скомканные рубашки, джинсы и носки в дорожную сумку, безжалостно сдавил ее и застегнул змейку.
Наконец сборы закончились. Деннис взял в руку свою сумку, а она перебросила через плечо свою и взяла с туалетного столика ключи.
У двери она остановилась, глянула на него, обвела взглядом комнату. В этой комнате они встретились, стали друзьями и полюбили друг друга.
— Ты забыл шляпу, — сказала она.
Деннис молча вернулся к туалетному столику, снял с зеркала шляпу и посмотрел на перья, выглядывающие из-под ленты.
— Ты хочешь забрать свое перо? — вдруг спросил он.
Ей и без того будет трудно забыть этого ковбоя.
Она покачала головой.
Деннис надел шляпу, снова взял в руку сумку, и они вышли.
За весь долгий путь до ранчо они едва обменялись парой слов. Они ехали по краю каньона, вдоль той же извивающейся по дну ущелья речушки.
Когда они оказались глубоко в горах, Бетси увидела вдалеке купола обсерватории Маккензи — местной достопримечательности, которую она не успела осмотреть. Что ж, не беда. Деннис подарил ей персональную вечеринку под звездами, и, когда ей будет лет восемьдесят, она будет мечтательно поднимать глаза к небу, искать ковш Большой Медведицы и вспоминать его. И тогда у нее будет подскакивать давление и бешено колотиться сердце.
Они проехали мимо того места, где Деннис врезался в сосну, и она вспомнила, как они сидели на камне и как она, положив голову на его плечо, изливала ему свои беды. И как Деннис хотел поцеловать ее, но не решился.
Теперь же они сидели молча, как будто вдруг стали друг другу чужими.
Наконец они въехали в ворота ранчо и направились к главным постройкам. Там, возле дома он впервые поцеловал ее, и тогда странное чувство закралось ей в душу: ей показалось, что с этого момента ее жизнь круто изменится.
Они приблизились к дому. На площадке стоял пикап Джорджа, а рядом — Деннис, который собирался запрыгнуть в машину. Бетси подкатила и остановилась рядом с пикапом.
Густые клубы поднявшейся пыли на миг окутали их. Окружающий мир исчез из вида.
Бетси продолжала сидеть в машине, ожидая, пока осядет пыль. И тогда Деннис, сидящий рядом, вдруг снял с головы шляпу и протянул ей.
— Думаю, эта шляпа принадлежит ему, — тихо проговорил он. — Представляю, как ему трудно сейчас: приходится продавать землю и отпускать на вольные пастбища старого друга. Но еще труднее продолжать жить, зная, что ты это сделал.
Пыль постепенно осела, и они снова увидели Денниса, стоящего рядом с пикапом. Он усердно колотил о колено свою старенькую соломенную шляпу, пытаясь стряхнуть с нее пыль.
Деннис в машине тяжело вздохнул.
Иногда человеку приходится делать то, что он должен, и не важно, хочет он этого или нет.
На его губах дрогнула робкая усмешка.
— Я люблю тебя, Бетси, — добавил он и вышел из машины.
Бетси посмотрела на шляпу в своей руке, а потом на Денниса, стоящего у пикапа. Он тоже теперь смотрел на нее.
Откуда-то со стороны послышался звонкий лай Динамита, и другой Деннис присел на корточки и принялся что-то бормотать развеселившемуся псу. В это время из-за дома появился Джордж — выяснить, что за шум во дворе.
Бетси медленно вышла из машины.
— Привет, малышка!
— И тебе привет.
Впервые в жизни она не знала, что говорить.
— Как ты нашла меня? На воротах ранчо нет моего имени.
— Я уже была здесь однажды, — ответила она. — Сказать по правде, я второй раз привожу тебя домой.
Он почесал затылок. Шляпа слегка съехала набок и сползла ему на лоб.
— Опять к старой теме?
— А мы с ней и не расставались. Вот твоя шляпа. — И она протянула ее ему.
Он взял ее так же непринужденно, как в номере отеля, и так же уставился на голубые перья.
— Спасибо, — наконец поблагодарил он.
— Ты не меня должен благодарить.
— Хочешь забрать свое перо?
— Нет.
Опять отголоски уже происшедших эпизодов. Она повернулась, собираясь сесть в машину, но вдруг вспомнила что-то и снова повернулась, обращаясь к Джорджу.
