по сторонам. Светящиеся следы обрывались в темном закоулке станции, войдя в который, он наткнулся на старенький турникет, преграждавший проход. Угловатый, местами поржавевший, он освещал пространство вокруг себя красным свечением кнопки «Стоп», а чуть левее на приборной панели находился и сам жетоноприемник. Нечто похожее он видел на автоматах с игрушками в магазине у дома.
Егор опустил один из жетонов в отверстие приемника, и табло вмиг ожило, выводя на экран надпись:
«Количество жетонов: 1 шт.»
Красная лампочка при этом потухла, уступая место другой — зеленой. Тогда Егор достал оставшиеся два жетона и один за другим следом опустил в жерло жетоноприемника. На экране высветилось:
«Количество жетонов: 3 шт.»
«Пора». Егор решительно вошел внутрь, услышав, как захлопнулись за спиной створки старого турникета, отрезая путь назад.
* * *
За турникетом, пройдя несколько метров в кромешной тьме, Егор вышел в просторную залу с высоким потолком и массивной деревянной дверью в центре. Створка двери была приоткрыта, приглашая гостя войти. Из образовавшегося проема лились лучи мягкого света. Он попытался осторожно заглянуть внутрь, но свечение мешало рассмотреть его содержимое. Тогда он шагнул вперед, подставляя лицо теплым лучам, и оказался в волшебном месте, о котором говорил старик. Посреди абсолютной белизны зала стояла высокая пушистая ель, украшенная разноцветными шарами и гирляндами. В каждом шаре лежали его, Егора, желания и мечты. Вот и заветная приставка, а вот смартфон с тремя глазками камер, а рядом — желание детства, когда маленький Егорушка хотел стать супергероем. Все здесь, висит на ветвях пушистой ели, стоит только протянуть руку — и желание будет исполнено.
Но Егор медлил. Он закрыл глаза, прислушиваясь к голосу собственного сердца. Чего же он на самом деле хочет? А когда наконец-то понял, на елке добавились три новых шара.
В одном из них — зеленом — играла на скрипке девочка Вика, танцуя при этом на стройных ножках, обутых в блестящие туфельки с тоненькими каблучками. В другом — ярко-красном — мальчик Матвей шел со счастливыми родителями по летнему парку. Глядя на них, на глаза наворачивались слезы радости и счастья. От этого шара исходила такая любовь, что хотелось пуститься в пляс, как девочка-скрипачка. Тогда Егор заглянул в третий шар. Сквозь желтое стекло на него смотрели большие щенячьи глаза, печальные и умные, как и подобает щенку, спасшему человека ценой собственной жизни.
Перед глазами вдруг возникло лицо загадочного старца, вручившего ему мешочек с волшебными жетонами. Его слова звучали, как раскаты весеннего грома: «Все, что имеет цену, уже дешево, а что действительно важно, то бесценно!»
Егор протянул руку и сорвал заветные мечты с елки желаний, а в следующий миг мир взорвался всполохами разноцветного фейерверка.
* * *
— Эй, Егор! — позвала сына мама, входя в квартиру. — Смотри, кто тут к нам пришел. Представляешь, сидел возле двери с самого утра.
В квартиру, оглушая пространство звонким лаем, вбежал маленький лопоухий щенок.
— Королевская собака! — авторитетно заметил папа. — Неужели у кого-то поднялась рука выбросить на улицу такое чудо?
Топая крохотными лапками, щенок бросился к Егору, ловко запрыгивая на руки мальчишки и пуская в ход длинный шершавый язык. Мальчик засмеялся.
— Как ты его назовешь? — спросили родители хором.
Егор серьезно посмотрел на щенка и произнес:
— Дружок, ведь нет на свете ничего важнее настоящего друга.
— Похоже, наш мальчик незаметно вырос, — сказала мама на ушко отцу, и тот, соглашаясь, кивнул.
А вечером в дверь позвонили. Открыв дверь, мальчик замер, не веря собственным глазам. На лестничной площадке стояли его новые друзья — скрипачка Вика и Матвей. При виде Егора, дети расплылись в улыбках и принялись наперебой рассказывать о произошедших с ними чудесах. Проснувшись утром, девочка вдруг обнаружила, что вновь может ходить, чуть не доведя до инфаркта бедного дедулю, а родители Матвея помирились и вновь стали жить вместе, любя друг друга крепче прежнего.
— А мы тут тебе подарки принесли, — сказал Матвей, протягивая другу коробку с новенькой консолью. — С Новым годом тебя! С новым счастьем!
Родители Егора смотрели на счастливых детей сквозь улыбки и выступившие на глазах слезы. Они очень гордились, что их мальчик наконец-то нашел своих настоящих друзей.
* * *
Во дворе дома, из которого раздавался веселый детский смех, стоял человек. Он смотрел в окно, за которым праздновали Новый год Егор и его друзья, и улыбался. Хлопья снега, кружа, падали на лицо старика, покрывая его белым покровом. В руке человек держал посох с мерцающей холодным свечением звездой на самой макушке. Человек поднял посох и ударил им по земле. Раз. Два. Три. В воздух поднялись снежные вьюги, а в следующий миг шляпа, покрывавшая голову старика, превратилась в отороченный мехом красный колпак, а длинное черное пальто — в украшенную зимним узором длинную алую шубу.
— Здесь моя помощь больше не требуется, — сказал старик, подбрасывая на ладони увесистый холщовый мешок. — Что ж, пора идти дальше. Еще много людей на планете ждут свои жетоны счастья.
Евгений Майер
Фарфоровая сказка
На высокой кухонной полке, среди больших и разноцветных банок, у самого её края одиноко стояла маленькая фарфоровая фигурка балерины. Никто уже не помнил, как она там оказалась и кто именно поставил её на эту полку. Казалось, она была там всегда, и никому не приходил в голову вопрос: что делает фарфоровая кукла среди кухонной утвари. Иногда её брали в руки, но только лишь затем, чтобы достать стоявший за ней пакет с лавровым листом или банку с душистым чёрным перцем, и, достав необходимое, возвращали балерину на место. Ах, как она хотела, чтобы хоть кто-нибудь достал её с полки для того, чтобы поиграть с ней в театр, где она танцевала бы на сцене в ярком свете софитов, но хозяйка была уже слишком стара, чтобы заниматься такими делами, а её два сорванца внука вряд ли знали, что такое театр. Так и стояла бедная балерина на своей полке, с высоты наблюдая за всем происходящим на кухне. Её некогда белоснежная балетная пачка уже давно покрылась толстым слоем серой пыли, а нежно-розовые пуанты засалились от частых прикосновений жирных рук хозяйки. Всё это очень печалило балерину, и она, наверное, уже давно погибла бы от тоски, если бы не праздники, которые часто проводили в этом доме. В эти дни в доме собиралось много народу, все веселились, смеялись и включали музыку. Это было самое приятное. Балерина
