магессы шестого уровня, а седьмого так вообще никого, так что появление такого великого меня неслабо бы всколыхнуло местное магическое сообщество.
Мое явление в тот день произвело немаленький фурор в нашем студенческом пансионате. Девушки неверяще смотрели на браслет, что меня совсем не радовало, так как я опасался, что здесь может быть кто-то, стучащий в Тайный Департамент, хотя бы та подозрительная студентка, которая в полуголом виде грузила единственный императорский торговый корабль. Не просто же так ее допустили до такой ответственной работы? Но делать было нечего, мне все равно надо было устраиваться на работу, так что я просто надеялся, что несильный маг никого лишнего особо не заинтересует. А у кого спрашивать про работу, как не у студенток-магичек?
— Ну да, — дала ответ на мой вопрос Нарика. — Я точно знаю, что герцогиня Борсянская ищет магесс. Она даже оправляла запрос в наш деканат, но ей ответили, что всех забирает на службу императрица. Так что завтра иди со своей невестой на прием к графине Бино, герцогиня там часто бывает. Она дама видная и довольно молодая, так что не теряйся. Если уступишь ее намекам прямо там, то и повышенное жалованье получишь. Тебе проще. Я даже жалею иногда, что не мужчина, ведь для вас многие вопросы могут решаться намного выгоднее.
— Ты, Нарика, девушка хорошая, — поморщился я, — но язык к тебя, как у змеи. Впрочем. спасибо тебе за подсказку, но я все-таки постараюсь устроиться на службу за магические умения. А видные дамы меня мало интересуют.
— И очень зря! — хохотнула Нарика. — Этой герцогине, между прочим, предлагали зажен взять целого принца, но она сама отказалась. Скандал тогда был знатный. Ее даже отлучили от двора и хотели вообще в ссылку отправить, но у нее много сторонниц, так что конфликт как-то замяли.
Я просто махнул рукой на дурную студентку, а потом и не до планов стало.
Когда явилась Аниса, то не успела она восхититься моим магическим браслетом, как я молча показал на повязку, стягивающую рукав ее мундира чуть повыше локтя.
— Ну это, дорогой, — замялась девушка. — Меня маленько проткнули. Я дралась на дуэли, и меня ранили. Но ничего страшного, я даже почти не визжала. Мы же вместе смотрели дуэльный кодекс империи. Здесь почти не убивают на дуэлях, и даже почти не калечат, так как есть жесткая такса… убила кого на дуэли — сиди десять лет в тюрьме, покалечила — от трех до пяти. Даже за это пустяковое ранение ту козу отправили на месяц на нары.
— Ты сдурела? — не ведясь на бодрый тон супруги, спросил я.
— Я Леди! — надулась красавица. — В этот раз меня оскорбили, не ограничившись намеками на «штабных крыс», поэтому я бросила вызов. Плохо только то, что у меня шрам останется… Если бы меня хорошенько проткнули, то сработало бы мое ведьмовское умение, и все зажило бы как на собаке. Да еще и у мундира теперь дырка на рукаве. Но в плюсе то, что на меня теперь смотрят с уважением даже штабные овцы из мелочи. Вызов все-таки не все бросают. А насчет самой дуэли, то тут, конечно плохо. Я ничего не смогла сделать толком, как соперница ткнула мне острием в руку. Но я же у тебя маленькая и слабенькая.
Жена еще раз бросила взгляд на мое не смягчившееся лицо и добавила:
— И глупенькая.
Тут уже мне ничего не оставалось, кроме как начать делать то, что она от меня и ожидала, а именно обнимать и жалеть свою обожаемую супругу. А потом я почистил и зашил ее мундир, так как рука у Анисы хоть и работала, но ее стоило поберечь. Попутно открылась и странность, почему повязка была поверх рукава. Просто основной бинт был на руке, а сверху рукава Аниса намотала тряпку, чтобы скрыть кровавое пятно и дырку. Хитрый прием.
Вечером, уже в кровати, мы обсудили план отлова герцогини.
— Приемы у этой графини Бино, сплошная скука, — размышляла Аниса. — У нас есть приглашение с открытой датой, так что мы сможем пойти уже завтра. Там собираются всякие старпёрки, но есть и молодежный зал. Проблема в том, чтобы нас представили этой вельможе. Придется искать подходящий момент.
— А почему герцогиня общается со старпёрками? — удивился я. — Она же вроде молодая.
— Да, ей лет тридцать, — согласно кивнула жена. — Но это я просто так сказала. Там собирается влиятельное общество, среди которого молодежи нет. Они там обсуждают разные серьезные темы управления государством. Есть даже шутка, что у Бино собирается реальное правительство, и если есть важный и срочный вопрос, то его проще решить там, а не пуская по инстанциям. Вот потому там и нельзя просто подойти к кому-то из старших, чтобы поговорить. Может тебе даже будет лучше просто отправить письмо к герцогине с предложением услуг? Но на приеме, конечно, поговорить проще.
— Письмо это плохой вариант, — вздохнул я. — По правилам магического департамента, прежде, чем предлагать услуги вельможам, я обязан уведомить о желании работать имперский магический департамент. А те мне точно что-нибудь найдут, но за копейки, и с высокой вероятностью отправят служить в джунгли, что меня совсем не устраивает. Письмо же могут прочитать кто не надо и донести куда следует, не сама же герцогиня разбирает почту, а в ее окружении могут быть и шпионки.
— Значит будем ловить ее завтра, — хихикнула Аниса. — В крайнем случае, перехватим по дороге в дамскую комнату, что считается очень неприличным, но если изобразить случайное столкновение, то почему нет?
Следующим вечером я сидел в кресле, одном из полудюжины, установленных вокруг низкого столика в маленьком зале, основным достоинством которого являлось то, что он разделял большой зал для танцев, где бродило много крайне напыщенной, но невлиятельной публики, и залом для игры в джуг, где и собиралось оперативное правительство империи. Краем глаза я через распахнутые двери наблюдал за кучкой женщин вокруг герцогини, очень ухоженной, красивой и властной женщины, одетой очень странно, а именно в расшитый колет и юбку в косую клетку, не достающую даже до колен.
Эта дама не была ни министром, ни придворной, но к ней постоянно кто-то подходил с папками и они иногда громко, чтобы слышала ее свита, а иногда и очень тихо, отогнав сопровождающих на несколько шагов, обсуждали свои важные дела.
Я покрутил в руках почти не начатый бокал фиолетового вина и вскользь окинул взглядом моих соседей. Двое томных юнцов на год-два старше меня и в необъятных шароварах лениво развалились в креслах, распространяя волны удушливого запаха благовоний. Эти два никчемных типа ожидали своих матерей, которые что-то решали в зале вельмож, и увлеченно обсуждали каких-то дам в разрезе их богатства и влиятельности при дворе, с
