откладывалось. Однажды ТКС вернулся очень поздно вечером из города. Когда он вошёл в холл, Бхагаван сказал ему: "Почему вы сами не напишете предисловие?" ТКС был шокирован, но знал, что всё, что слетает с уст Бхагавана, есть истина и заповедь. Он ответил: "Бхагаван, как я могу? Но с вашей милостью, разве есть что-либо невозможное?" Бхагаван сказал: "Напиши его. У тебя хорошо получится". ТКС сел, посмотрел на Бхагавана, и слова полились. Закончив, он положил предисловие у священных ног Бхагавана, и тот стал читать. Убедившись, что Бхагаван всё прочёл, ТКС собрался было уходить, но Бхагаван вдруг окликнул его: "Погодите. Почему вы написали 'надеемся'? Почему бы не сказать 'мы уверены'?" Сказав так, Бхагаван совершил одно исправление в последнем предложении предисловия: "Мы надеемся, что милость Шри Бхагавана в форме этого сборника его произведений принесёт освобождение и благословение всем ищущим, кто примет этот сборник в своё Сердце". Бхагаван изменил 'надеемся' на 'уверены'. Слово было
'намбугирен' , 'надеемся', Бхагаван заменил на
'тхиннам' , что на тамильском означает 'абсолютно уверенный'. После поправки Бхагавана предисловие оканчивалось следующим заверением: "Мы абсолютно уверены, что милость Шри Бхагавана в форме этого сборника его произведений принесёт освобождение и благословение всем ищущим, которые примут этот сборник в своё Сердце". (До сего дня очень многие руководствуются этой книгой, и много тех, для кого это собрание произведений Бхагавана, на тамильском языке или в переводе, является дыханием жизни. Мой друг, философ и наставник, Артур Осборн, часто клялся
Собранием Произведений Раманы Махарши).
'Мой учитель' ТКС держит 'Нуул Тхиратту'
Изначально сборник был только на тамильском. Артур Осборн почувствовал, что он должен быть переведён на английский и стать доступным по всему миру. Он уже нашёл издателя в Лондоне. Однако переведено было лишь несколько стихов. Необходимо было проделать огромную работу, но у Артура Осборна не было помощников. Именно мой учитель, ТКС, был тем, кто сел за перевод вместе с Артуром Осборном и помог ему. Когда Осборн уехал домой, ТКС диктовал мне, я печатал и потом отсылал Осборну. Таким образом, мне выпала величайшая удача напечатать полный текст этой священнейшей книги.
Мой учитель ТКС был также очень хорошим поэтом, сочинявшим стихи на тамильском. Он написал шесть стихов, восхваляющих сатгуру Раману. Когда он положил эти стихи к святым стопам Бхагавана, тот вновь исправил лишь одну строчку в пятом стихе. "Чья милость течёт, благословляя всё", он заменил на "чья милость направляется, благословляя всё". ТКС объяснил мне, что милость это божественная сила, доступная каждому всегда. В отношениях между учителем и учеником гуру помогает придать милости определённое направление, чтобы ученик смог её усвоить. Изменение, которое сделал Бхагаван, было с " пайум" (течёт) на " пайччум" (направляется). Какое незаметное, но грандиозное преобразование!
В 1963 году Люси Корнелссон, немка-мистик, изучала тамильский, оставаясь в Германии, так как хотела перевести собриание произведений Бхагавана с оригинального тамильского на немецкий. Она выполнила перевод и хотела его заверить. Поэтому она приехала в ашрам, но никто не пришёл ей на помощь. И опять именно ТКС был тем, кто сказал мне: "Она мистик, поклонись ей". (Люси стала для меня Люси Ма.) Сборник на немецком языке был заверен и доведён до совершенства при участии ТКС. Будучи эрудированным учёным, он был олицетворением простоты. Многие люди ничего не знали о ТКС, так как он был очень неприметным.
Однажды, когда я печатал в офисе длинный отрывок, продиктованный ТКС, вошёл Дункан Гринлис, западный приверженец учений Бхагавана. "Что печатаете? Можно я прочту?" Я сказал, "Да, конечно". То был красивый отрывок из учений Бхагавана. Он сказал: "Вы можете сказать, кто написал это?" Я ответил: "Мой учитель, ТКС". "У вас есть ещё его работы?" спросил он. Я ответил: "У меня есть шесть или семь папок". "Пожалуйста, дайте мне эти папки. Я их отредактирую", попросил он меня. Этой знаменитой работой, которую Дункан Гринлис так умело отредактировал, была книга У ног Бхагавана. Когда Гринлис принёс рукопись, он спросил меня: "Как бы нам её назвать?" Я предложил название У ног Бхагавана. ТКС это очень понравилось и он сказал: "Иди и положи это у ног Бхагавана". И я отнёс рукопись к гробнице Бхагавана.
Я много часов проводил с ТКС. Большую часть времени он молчал. Он мог взять меня с собой вокруг горы или на гору в Скандашрам. Но когда он говорил, это было ужасно интересно. Однажды он рассказал мне вот что: "Ганешан, когда я был с Бхагаваном, он как-то сказал: 'Сиддха пуруши, живущие в Тируваннамалае, в Индии и по всему миру — все приходят к Аруначале и обходят вокруг горы. Иногда они приходят в форме света'." Бхагаван рассказывал ТКС и некоторым другим, что видел этот свет. "Тот, кто по-настоящему предан, может увидеть этот свет", говорил он. ТКС сказал мне "Многие из нас, старых преданных, видели этот свет, облетающий Аруначалу. Страстно желай, Ганешан, но не ожидай, не ставь сроков, не говори даже, что я должен увидеть, не будь самонадеян. Будь в совершенном, молитвенном смирении и тебе это откроется".
Я бы хотел поделиться с вами, что видел этот свет не один раз, но трижды. В первый раз я был один, во второй со мной была группа японцев. Я рассказывал им, что этот свет можно увидеть, и они искренне спрашивали, "А мы тоже можем его увидеть?" Я кинул взгляд, и — вот он. Все они видели его и все как один пали ниц. Третий раз был в 2003 году. Было около половины седьмого вечера, я обходил вокруг Аруначалы с группой преданных из Мадурая (около 60 человек), Ночуром Венкатараманом и некоторыми другими. На подходе к месту даршана панча- мукха мы решили посидеть на камнях. Посидев немного, преданные из Мадурая поняли, что они могут опоздать на обед в ашраме. Сказав об этом, они нас покинули. Вдруг я вспомнил, что мой близкий друг Т.Р. Рамачандран всегда заводил Шивопасана Мантру (….садьо жаатам прападьяами садьо жаатаайя вай намо нам…), когда мы садились именно на этот камень. Я спросил Ночруа Венкатарамана, может ли он напеть её. Он напевал, а мы сидели и слушали. Вскоре после окончания песни мы простёрлись, а как только поднялись, все увидели этот свет.
Однажды несколько знатоков Вед шли вокруг горы, распевая Сама Веду. Вдруг они увидели четыре или пять тигров, сидящих прямо на дороге. Оцепенев, они прекратили
