class="p1">Самое главное, что успех такого рода приложений для самонаблюдения подчеркивает не только степень, в которой от человека требуется взять на себя ответственность за состояние здоровья и за чувство благополучия, но и то, насколько охотно люди соглашаются и получают удовольствие от ежедневного мониторинга и управления собой. Неудивительно, что такого рода приложения под предлогом повышения уровня счастья на самом деле являются инструментами для массовой слежки, в которых эмоции, мысли и сигналы тела используются в рамках масштабной статистики для составления профиля, исследования, прогнозирования и формирования поведения людей. Поражает, до какой степени люди готовы заниматься самонаблюдением в интересах крупного бизнеса. Это свидетельствует о том, что индивидуумы в неолиберальных обществах, особенно новые поколения, прочно усвоили мантру, что изучение и управление собственной жизнью и есть та жизнь, достойная затрат и того, чтобы ее прожить. Эта мантра, свойственная сегодня как неолиберальной этике, так и научному и популярному дискурсу о счастье, распространяется и направляется через подобные приложения, которые не только принимают это идеологическое требование как должное (и принимают как должное то, что пользователи уже принимают его как должное), но и превращают самонаблюдение в якобы безобидную игру.
Хотя эти приложения для самонаблюдения могут дать пользователям ощущение, что они полностью контролируют свою психическую и эмоциональную жизнь, то есть делают то, что нужно для здоровья и благополучия, мы утверждаем, что подобные приложения имеют тенденцию оставлять без внимания некоторые важные вопросы. Например, они скрывают тот факт, что побуждают людей к чрезвычайной озабоченности своим внутренним миром и заставляют их постоянно беспокоиться о том, как достичь более высокого уровня контроля над мыслями, эмоциями и телом. Темная сторона этих приложений заключается в том, что они способствуют появлению новых форм неудовлетворенности, связанных с ежедневной проверкой, мониторингом и корректировкой нашего внутреннего состояния. В этом смысле заманчивое обещание полного управления собой легко превращается в угрозу: отказ от постоянного самонаблюдения влечет за собой опасность стать несчастными и неуправляемыми личностями, которые недостаточно заботятся о себе.
Более того, эти приложения скрывают тот факт, что они овеществляют внутренний мир человека. Создается впечатление, будто они с хирургической точностью фиксируют и количественно оценивают психику пользователей, выворачивают их внутреннюю жизнь наизнанку, изображая ее с помощью красочных картинок, цифр, схем и графиков. Но с помощью этих приложений индивиды скорее реализуют свою субъектность и идентичность вместо того, чтобы точно мониторить и управлять собой. Получается, люди не познают себя и не управляют тем, кто они есть на самом деле, а формируют себя в соответствии с определенными предположениями и требованиями к тому, как им следует думать, действовать и чувствовать. Это относится и ко второй рассматриваемой здесь характеристике: аутентичности.
Оставайтесь собой!
Аутентичность — один из основных компонентов в определении счастливой личности. В своей знаменитой книге «Становление личности: взгляд на психотерапию» гуманистический психолог Карл Роджерс дал определение аутентичности в довольно кьеркегоровской и экзистенциалистской манере: «Быть тем, кто ты действительно есть»21. Согласно Роджерсу, аутентичность заключается в выражении истинных чувств и мыслей, а не в представлении внешнего фасада одного отношения, в то время как на более глубинном или бессознательном уровне таится нечто другое»22. Процесс становления личности, таким образом, включает в себя два ключевых момента. Во-первых, он подразумевает осознание, что психологические проблемы проистекают изнутри и что они в основном являются вопросом личной перспективы: «Поведение предопределяется не органическими или культурными факторами, а их восприятием. Другими словами, решающим в определении поведения является перцептивное поле индивида»23. Во-вторых, процесс становления личности подразумевает выявление тех компетенций и навыков, которые кажутся индивиду более аутентичными. Этот аспект был впоследствии развит Абрахамом Маслоу. В книге «Мотивация и личность» Маслоу заявил, что самореализация происходит в результате поиска и применения на практике того, к чему человек способен: «Если человек хочет жить в согласии с собой, музыкант должен заниматься музыкой, художник — писать картины, поэт — сочинять стихи»24. Маслоу утверждал, что люди развиваются как личности, занимаясь тем, что у них получается лучше всего, т. е. развитие способностей и интересов ведет к психологически здоровой и полноценной жизни.
Позитивные психологи во многом опираются на гуманистический подход к аутентичности. По их мнению, аутентичность значит «представлять себя в подлинном виде и действовать искренне», «не притворяться» и «брать на себя ответственность за чувства и поступки»25. Аналогичным образом позитивные психологи утверждают, что люди, действующие аутентично, достигают больших и положительных результатов «благодаря их сосредоточенности на том, что у них получается лучше всего»26. Однако, в отличие от гуманистической психологии и других подобных культурных подходов, существовавших до нее, например, романтизма во второй половине XIX века27, некоторые позитивные либеральные подходы к свободе и индивидуализму в конце XIX века28, а также многие религиозные и нью-эйджевские движения в XX веке, особенно в США29, позитивные психологи дают дальнейшее развитие понятию аутентичности и концептуализируют его как психологическую черту личности, рассматривая ее в эволюционистской и позитивистской перспективе. Они видят в ней постоянную характеристику, уходящую корнями в биологию и поддающуюся измерению, классификации и объективному описанию.
Аутентичность как черта характера
Популярное «руководство по здравомыслию» Петерсона и Селигмана является хорошим примером подхода позитивной психологии к аутентичности. Авторы утверждают, что существует набор из шести универсальных «добродетелей» и двадцати четырех «сильных сторон», которые, по их утверждению, универсальны и глубоко «укоренились в биологии в ходе эволюционного процесса, который отобрал эти аспекты совершенства как средства решения важных задач, необходимых для выживания вида»30. Среди добродетелей и сильных сторон — «креативность», «настойчивость», «самоконтроль», «эмоциональный интеллект», «гражданственность», «лидерство», «надежда» и «духовность». По мнению этих авторов, конкретное и количественное сочетание этих добродетелей и сильных сторон определяет психологические особенности, которые выступают показателями аутентичности в каждом человеке. По мнению Петерсона и Селигмана, все эти добродетели и сильные стороны характеризуются, по крайней мере, тремя качествами. Во-первых, они должны удовлетворять человека, то есть давать ему чувство аутентичности, вселять уверенность и воодушевлять. Во-вторых, они имеют тенденцию приводить к желаемым результатам для тех людей, которые применяют их на практике. В-третьих, как психологические черты, они не зависят от времени и ситуации. Опираясь на эти особенности, позитивные психологи распространили идею, что люди от природы наделены определенным набором внутренних психологических характеристик, которые вызывают «особую манеру того, как их владелец ведет себя, мыслит и чувствует, и она является аутентичной и придает ему сил»31.
С этой точки зрения аутентичность представляется как важная черта, которую человеку необходимо развивать и проявлять в общественных и частных сферах
