Но впасть в отчаянье ей не дали новые звуки. Это были звуки охотничьего рога. Таким же пользовались и салигарды, когда выходили на войну с вечно темным. Принцесса знала об этом. В ее голове тут же родилась страшная догадка: они могли охотиться именно на нее. И если так оно и было, то во что бы то ни стало она не должна была попасть в их поле зрения. А если попадется? Тогда они ни в коем случае не должны узнать, зачем она здесь: одна, посреди грозового леса, ночью… Пусть думают, что она… собирает лекарственные травы для лечения своего отца. Да! Она вспомнила, что для лечения больных и раненых в храмовом периоде использовались растения. Какие? Этого она не знала, тем более что на каждой планете произрастала своя флора. В кромешной тьме Лана нащупала какие-то растения, чьи цветки возвышались зонтиками над всеми остальными, и сорвала их. Теперь, если ее вдруг обнаружат, она сможет оправдаться.
Сквозь деревья уже можно было видеть светящиеся точки факелов. Они были еще далеко, но принцесса отошла к лесу и спряталась за деревьями. Она стала наблюдать за тем, как к поляне приближалось несколько всадников, и вдруг к своему ужасу поняла, что вместе с ними были животные, которые могли бы легко учуять ее. Этих животных рыцари использовали для охоты на других, не прирученных зверей. Лана знала, что у них был отличный нюх. Наверняка, салигарды взяли их с собой, чтоб те отыскали ее следы и ее саму. Надежда на то, что они выехали в эту грозовую ночь да еще во время праздника в честь турнира по каким-то другим причинам, была ничтожна мала. Принцесса обладала достаточной долей благоразумия для того, чтобы догадаться, что в замке случилось что-то такое, что заставило рыцарей выехать посреди ночи в лес. И может быть даже что-то с Марио…
Прижимая к груди сорванные растения, девушка отходила все дальше и дальше в лес, стараясь не выпускать из виду горящие точки и уповая на то, что гончие не смогут почуять ее из-за мокрой травы и разреженности воздуха после грозы. Вскоре она смогла услышать голоса людей и животных, брань и топот. Они подъезжали именно к той поляне, где стояло сгоревшее дерево. Лана могла уже слышать отдельные голоса. Рыцари говорили громко.
— Так я и думал, — говорил один из всадников. — Молния ударила именно сюда неспроста.
— Это знак, — подтвердил другой.
— Лес проклят, как и предполагал аббат, — отозвался третий.
— Тише! Посмотрите на псов. Она где-то рядом…
Лана замерла. Воины стали говорить не так громко, и ей уже не было слышно, о чем. Она начала отходить еще дальше в глубь леса. Теперь ей нужно было скрыться от салигардов, потому что они здесь именно по ее душу, — сомнений уже не оставалось. Девушка не спускала глаз с горящих сквозь кусты и ветви огни и пятилась назад, потом она повернулась к ним спиной и пустилась бегом.
Некоторое время она бежала, едва различая дорогу, почти наугад и почти не замечая хлещущих ее веток. Но вдруг она услышала страшный звук и резко остановилась. Прямо перед ней возник пес. Она не увидела его в кромешной тьме и сплетении веток, а услышала. После этого она только различила его едва намеченные очертания, белое массивное тело возле ее ног. Лана поняла, что если сделает хоть еще только одно движение, зверь бросится на нее. Марио рассказывал ей о том, как свирепы могут быть животные в диких мирах, даже те, которых приручили. Они могут быть жестоки по приказу своих хозяев. Принцесса застыла и перестала дышать.
Пес не двигался. Он пребывал в напряжении и словно ждал сигнала к атаке. Этим сигналом могло послужить одно ее неосторожное движение. Кусты зашевелились где-то рядом, но ни охотник, ни его жертва не взглянули в ту сторону.
— Спокойно, Бурк, — произнес чей-то голос.
В темноте возник светлый силуэт. Это был хозяин пса. Животное недовольно заурчало, и салигарду пришлось повторить приказание уже более резким тоном, а принцессе точно таким же голосом было указано:
— Не пытайся сбежать!
Она покачала головой:
— И не думала.
— Следуй вперед!
Принцессе пришлось повиноваться и повернуть обратно, в ту сторону, откуда она только что бежала. Там на поляне их уже поджидали остальные. Когда Лана вышла на всеобщее обозрение, в круг, освещенный несколькими факелами, один из салигардов громко приказал ей:
— Стой, не двигаясь, и не прячь свои руки, ведьма!
— Я не ведьма! — не смогла удержаться принцесса.
— Отвечай на вопросы: что ты делаешь в этом лесу в такую ночь и зачем ты подожгла дерево?
— Это не я! Я ничего не поджигала! — слишком эмоционально для самой себя воскликнула Лана.
— Что ты делала в лесу?! — повторил вопрос другой салигард. Их лиц девушка не видела, они были в тени.
— Я… Мне нужно было кое-что найти…
— Что найти?!!
— Лекарство для отца, — очень тихо сказала принцесса, понимая, что что-то сейчас должно решиться.
— Что это у нее в руках?! — спросил кто-то из воинов, заметив цветки.
Тот рыцарь, что нашел Лану в лесу подошел к ней и вырвал растения, которые она держала. Но посмотрев на них, он с негодованием отшвырнул в сторону стебли, и его лицо тут же преобразилось:
— Чертополох! Цветок дьявола!!! Какие еще нужны доказательства?!
Лана от неожиданности не смогла произнести ни слова. В горле у нее образовался твердый ком. Она понимала, что никакое аргументы сейчас не смогут подействовать на одержимых своей верой рыцарей.
— Тогда не стоит бросать это доказательство. Нам нужно предъявить его аббату, — спокойно произнес один из салигардов. — Я так и думал, так и полагал.
Лана узнала, наконец, этот голос. Эйдар спешился и подошел ближе.
— Мне следовало бы послушать аббата Фужака.
— Я не ведьма, — произнесла Лана неровным голосом, который сорвался.
— Доказательства неопровержимы, — проговорил Бранд сурово, хотя выражение его лица было скорее печальным. Это было заметно даже при тусклом освещении.
— Неужели эти цветы что-то доказывают?
— Это дьявольское растение, на которое обычный человек даже не посмотрит. А если сорвет, то на руках его останутся ожоги в знак того, что он чист перед вечно светлым и за это темный зол на него. Покажи свои руки!
Никаких следов ожога на ладонях Ланы не было.
— Если бы руки Седрика не защищали перчатки, на его ладонях были бы красные рубцы, — обернулся Эйдар на воина, что прикасался к чертополоху.
— Это не может служить доказательством, — возмущенно воскликнула принцесса. — Это обычное растение и оно не может оставлять никаких ожогов…
— И какая честная девушка отправится в лес среди ночи, во время страшной грозы, когда благородной и непорочной девице следует лишь читать молитвы? — не услышав ее продолжил салигард. — И именно в тот лес и в то место, где совсем недавно была поймана другая ведьма, что летала на железном драконе!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
