Заскочив в один из таких случаев в очередную нишу, он нос к носу столкнулся с уединившейся парочкой. Было темно, но Арчи определенно разглядел, чем именно они занимались. К счастью, его не заметили или просто проигнорировали. Нравы во дворце были не в пример более фривольные, чем Арчи привык.
Гвардеец поспешил покинуть мимолетное гнездышко ночных любовников, но еще долго в его ушах стояли приглушенные стоны и тяжелое дыхание.
Наконец Арчи достиг западного крыла дворца. Здесь было более освещено, но, с другой стороны, и более опасно. Это крыло занимали в основном фрейлины принцессы, и встречаться с ними, а тем более с охраной, совершенно не стоило. Король, позволявший своим подданным развлекаться по их усмотрению, был очень озабочен нравственностью принцессы. Патрули имели официальное разрешение короля стрелять в подобных ночных гостей без предупреждения, а в последнее время, благодаря попытке похищения, охрана была еще усилена. Поэтому попасть к Анриетте было практически нереально, но Арчи, обладая по молодости лет горячим характером, всем опасностям не придавал ни малейшего значения.
Успешно разминувшись с многочисленными патрулями и умудрившись не встретить никого из придворных дам, Арчи достиг помещений, смежных с комнатами Анриетты. Здесь необходимо было проявить наибольшую осторожность, но Арчи в очередной раз повезло. Он вовремя услыхал тяжелые шаги патруля и успел шмыгнуть в одну из ближайших комнат, оказавшейся, по счастью, незапертой.
Как назло, патруль остановился неподалеку, и гвардейцу не оставалось ничего иного, как ждать.
Комната была пуста, все помещение занимали какие-то лари и сундуки. Арчи, любопытства ради, приподнял крышку одного из них, но, кроме вороха ткани, ничего интересного не обнаружил. Зато когда его глаза немного привыкли в темноте, к своей радости, он заметил в противоположном конце комнатки еще одну дверь.
Приблизившись к двери, Арчи с сожалением услышал за ней приглушенный разговор, но, прислушавшись к голосам, его сердце затрепетало. Одной из говоривших, несомненно, была Анриетта, ее голос, несмотря на то что слышал его Арчи всего несколько раз, он узнал бы из тысячи.
Приникнув к замочной скважине, Арчи с волнением попытался рассмотреть происходящее. Видно было не много, но вполне достаточно.
Принцесса, в окружении нескольких придворных дам, занималась вышиванием. Охраны видно не было, да и не могло ее здесь быть: королю вряд ли бы понравилось, если бы его дочь проводила столь позднее время в окружении лиц мужского пола. Да и лишние слухи, неминуемо возникшие бы в ту же секунду, Валонту были не нужны. Поэтому он довольствовался внешней охраной комнаты. А Арчи знал, что охрана готова прийти на помощь мгновенно.
– Нет, ваше высочество, – негромко произнесла одна из дам, видимо, в продолжение разговора, – герцога Норландского я тогда не видела, но говорят, он страшный человек!
– И что же в нем такого страшного? – с интересом спросила принцесса.
Ее собеседница немного смутилась, но тут же нашлась с ответом:
– Говорят, он весь покрыт шерстью, как животное, и ест на обед сырое мясо!
Остальные дамы испуганно вскрикнули. Анриетта недоуменно посмотрела на них и рассмеялась.
– Ну что за глупость, Мадлен, в самом деле? Какая шерсть, какое мясо? Кто вам это рассказал?
Мадлен задумалась на несколько секунд.
– Я точно не помню, ваше высочество, все говорят!
Принцесса вздохнула.
– А еще наше время называют веком просвещения… а надо бы называть веком сплетен! Это же надо – как животное…
В дальнем углу кто-то громко издал некий звук, смутно напомнивший Арчи хрюканье годовалого поросенка. Очевидно, это заменяло издавшему эти звуки смех. Что-то отдаленно знакомое почудилось в этом Арчи. Присмотревшись, он увидел огромную гору тряпок всевозможных расцветок, бывшую, судя по всему, чьим-то платьем. Лицо сидевшей было прикрыто так, что разглядеть его не представлялось возможным. Единственное, что понял Арчи, обладательница сего замечательного костюма имела выдающийся рост, далеко превышавший среднестатистические показатели.
– Что-то случилось, дуэнья?
Арчи все понял. Уже третий день весь дворец исходил в смехе. По приказу короля откуда-то издалека для дополнительной защиты принцессы была срочно вызвана дуэнья. С первого же дня она поразила искушенных царедворцев настолько, что, начисто позабыв обо всем остальном, они с утра до вечера занимались только ее обсуждением. Только теперь, воочию видя знаменитую дуэнью, Арчи в полной мере проникся всеми теми историями, коих уже успел наслушаться.
В первый же час своего воцарения рядом с Анриеттой она серьезно отличилась тем, что вышвырнула в окно двух молодых придворных, пытавшихся пробраться к фрейлинам, но нарвавшихся, на свою беду, не на ту, кого надо.
Высмеивать-то ее высмеивали, но с тех пор предпочитали не связываться. Придворных, вздумавших пожаловаться на нее королю, Валонт сослал на несколько лет в отдаленную провинцию, а иных глупцов открыто возмущаться не нашлось.
С тех самых пор дуэнья никому не давала прохода, тщательно всех проверяя и самым решительным образом не допуская тех, кто казался ей хоть в чем-то подозрителен.
По слухам, она проводила подле Анриетты все свое время, даже ночевала под дверью ее спальни. Трудно придется, понял Арчи.
– Поздно уже, – негромко ответила дуэнья. – Не желает ли ваше высочество отправиться спать?
– Еще нет, принеси-ка нам чего-нибудь попить, в горле ужасно пересохло!
Дуэнья тяжело вздохнула и поднялась на ноги. Она была еще громадней, чем показалось Арчи раньше. Ни слова не сказав, дуэнья направилась к той самой двери, за которой прятался молодой гвардеец.
Арчи заметался по комнате, не зная, где бы спрятаться. Буквально в последнюю секунду он успел шмыгнуть за один из сундуков и, неудобно скорчившись, застыть как изваяние.
Дверь отворилась, и Арчи услышал тяжелые шаги дуэньи. Осторожно выглянув из-за сундука, гвардеец увидел широченную спину, склонившуюся над одним из коробов. Дуэнья осторожно достала из короба кувшин и развернулась, чтобы уйти, как вдруг в дальнем углу послышался тихий шорох. Арчи успел заметить маленькую мышку, на беду свою выбравшуюся из норки, очевидно, в поисках пищи.
В ту же секунду в воздухе что-то просвистело.
Огромный нож, буквально разорвав несчастную мышь, вонзился в пол. Дуэнья одним прыжком оказалась рядом. Оглядев дело рук своих, она недовольно покачала головой и спрятала свой нож где-то в недрах платья. После чего вернулась за кувшином.
– Чертова работа! – негромко пробормотала странная дуэнья, проходя мимо Арчиного укрытия.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
