ему знак, старейшина обернулся к ребятам, засовывая в ножны меч и быстрыми движениями ладоней создавая в воздухе портал. На этот раз он был каким-то другим, не таким как его предшественники. Круглым, усыпанным звездами. Ангелина бы подумала, что это дорога в космос.
– Поторопимся, – начал подгонять ребят Булатов.
Эрил, Вероника и Руслан уже вбежали в портал. Ангелина тоже собиралась это сделать, как вдруг она услышала крик сзади, принадлежавший прадедушке. Развернувшись, девушка пришла в ярость. Над Ерофеем стоял император с мечом в руках, заляпанным кровью.
– Да как ты посмел?! – в гневе выкрикнула Геля.
Взглянув на истекающего кровью вождя, у девушки потекли слезы. Сильнейший порыв ветра снес с ног императора. Девушка даже забыла про него. Она лишь опустилась на колени рядом с прадедушкой. Смотря на его закрывающиеся глаза и окровавленную руку на боку, прикрывающую рану, Геля заплакала еще сильнее. Слезы капали прямо на умирающего Ерофея Булатова.
– Почему вы позволили ему победить? – сквозь слезы спросила она.
– Он подкрался сзади. Ничего страшного. Я хочу этого. Теперь я буду рядом с моей Сабриной, – прошептал он, смотря на закрывающийся портал. – Поспеши, внучка. Прости меня за все. И прошу. Берегите друг друга.
– Нет-нет, вы не умрете, – проревела Лина.
Но только после этого она заметила уставившийся в небо безжизненный взгляд мужчины. Грозина прикрыла ладонью его веки и поцеловала в лоб.
– Мы спасем миры, можете даже не сомневаться, – прошептала она, после чего рывком поднялась с мокрой земли, и в последнюю секунду успела впрыгнуть в портал, мигом растворившийся в воздухе.
Глава 12
Замороженная вода
Дарина не знала, что ей делать. Вчера Ерофей Булатов и ребята так и не вернулись. Девушка не могла спать так же, как и Яна. Подруга дежурила возле кровати Никиты в лазарете, отвлекаясь лишь на редкие и недолгие походы в столовую.
После того, как юноша вчера произнес ужасающие слова «Они их всех убили», он потерял сознание, и до сих пор не пришел в себя. Уже вечерело.
После долгих уговоров Дарины Яна все же согласилась отправиться в их комнату и отдохнуть. Убедившись, что подруга уснула, сама Яковлева вышла на улицу и, усевшись на лавочку, уставилась на возвышающиеся перед ней деревья.
В отличие от вчерашнего дня, небо сегодня было ясным, можно было увидеть лишь редкие облака. Правда, земля совсем не успела просохнуть за день. Везде были большие лужи после вчерашнего ливня, а в воздухе чувствовалась свежесть и прохлада.
Ерофей Булатов приказал ей, чтобы она собрала команду и отправилась искать Дениса, если они не вернутся. Но Дарина все никак не могла понять, будет правильно ли, если она так поступит. Ведь друзья ей дороги не меньше, чем Денис. А после слов Никиты о убийствах девушка еще больше боялась сделать неверный шаг. И нужно было скорее действовать, а не сидеть на месте и обдумывать это все.
Если бы только она могла как-то связаться с Денисом и узнать, что с ним все в порядке, стало бы немного проще. Но вот только как? Ерофей Булатов, который мог открыть портал во дворец, сам исчез.
Девушка подняла взгляд в небо и застыла, увидев первую звезду, такую яркую, что Дарина будто очнулась ото сна. Она вспомнила, как Ромка послал ей звезду, чтобы связаться с ней. Значит, нужно сделать то же самое! Только вот, что она передаст? Пообщаться со звездой Денис точно не сможет, потому что у него нет такого дара. Сможет лишь услышать короткое ее послание. Да и призывать звезду ей ранее не удавалось, кроме как на недавнем уроке астрономии, когда девушку прервалучитель.
«Думай, Дарина, думай, – шептала себе под нос Яковлева, – Как создать портал без мага с подходящим даром?»
Внезапно девушка вспомнила, как они с Вероникой и Денисом сбежали из императорского дворца. Тогда им помогла стихия, но где Ларин найдет воду в тюремной камере, если он все-таки жив?
И тут ее осенило. Лед! Ну, конечно! Лед – это замороженная вода! Если сообщить Денису через звезду о том, что она сможет перенести его через лед, то это и будет его спасением! Но вот сможет ли она? Дарина еще ни разу не заставляла воду превратиться в лед после побега из северного клана. Но попробовать все-таки стоит. Это единственный выход.
В ее памяти всплыли слова отца, родного отца. Дорофей Барсов не раз говорил, что она способна на большее. А может, он и прав.
Девушка, встав на ноги, во все глаза уставилась на звезду, ставшую еще более яркой. Все ее тело с ног до головы покрылось сиянием. Теперь Дарина была похожа на ту самую звезду.
– Я призываю тебя, – прошептала себе под нос она. – Явись ко мне! – Эти слова она уже выкрикнула.
И звезда действительно сдвинулась с неба. Она приближалась, становясь все больше и больше. Но Яковлева представляла, насколько она крохотная, пытаясь контролировать ее размеры. Ромка ей как-то об этом рассказывал. Поэтому девушка старалась следовать советам брата, которые тот ей давал еще как-то в императорском дворце.
Секунд через десять звездочка сияла прямо перед ее носом. К тому времени тело дочери Воды перестало сиять, и она не могла поверить в свой успех. От радости у нее аж на глазах выступили слезы.
– Пожалуйста, найди Дениса и передай ему, что ровно в полночь я попытаюсь вытащить его оттуда. От него требуется всего лишь лед – замороженная вода.
Несколько секунд спустя, звезда вновь упорхнула в небо. Однако Дарина Яковлева была уверена в том, что Ларин получит ее послание.
Не выжидая ни секунды, она рванула к входу в школу, чтобы сообщить Яне о том, что задумала.
* * *
– Не может быть! Вы отец Яны Зориной?! – изумился Денис, глядя на Виктория, сидевшего с ним в одной камере. Мужчина в ответ согласно кивнул.
Денис даже не знал, сколько дней они уже сидят в тюрьме. Первые два дня он считал чуть ли не по секундам от нечего делать, а затем начал путать день с ночью. Все смешалось в одно. Время суток можно было определить, лишь посмотрев в маленькое окошко в потолке, которое стражники круглыми сутками держали открытым, чтобы пленникам было чем дышать.
Но в это окошко Денис смотрел довольно редко. Большую часть времени он спал на мокром сене, устилавшем пол камеры. В первый день ему было безумно противно от этого, но затем пришлось смириться. Он даже привык к ужасному запаху пота, грязи и сырости.
