тому же, рядом река Рорга.
Она указала на другую сторону деревни.
– А местный феодал как-то отреагирует на происшествие? – спросил я.
– Фе…ондал?
– Местный герс.
– Ааа, – скривилась она, – господин Крешда волнуется только когда деревня вовремя не выплачивает налог.
Я округлил глаза:
– Неужели никак не отреагирует? У вас ведь вырезали почти под ноль всех мужчин!
– Хм… Может быть, в этот раз… – сказала она неуверенно. – Когда два года назад банда атланов терроризировала нас, убив мое…пятерых человек, он ничего не сделал. Прислал смотрителя, и тот, оценив ущерб, просто выдал всем по два серебряных.
– То есть, получается, сейчас вы фактически остались одни. Без мужчин, с детьми на руках, и кучей трупов на земле – констатировал я.
Она серьезно кивнула.
– Слушай, Каин. Давай поможем остальным, а продолжим говорить позже. Там сейчас очень понадобится мужская помощь.
Я поежился. Помощь означала рытье могил и перетаскивание трупов. Из стоящих на ногах взрослых мужчин, кроме себя, я больше никого не заметил. Может где-то были подростки. В таком месте и времени люди очень быстро взрослели.
Появилось даже желание молча уйти, как тот белокурый. Кто они мне? Никто. А мне нужно срочно становиться сильнее и искать сестру.
И брата. Хочу убить тварь.
Здесь меня ничего не держало, и я должен был сбежать еще во время нападения, но моя память решила иначе. Лучше бы она вообще не восстанавливалась. Жил бы себе в неведении, может даже счастливо. Может.
Тем не менее, быстро все обдумав, я решил остаться и помочь этим людям. Ради Сораса и Леа, что вытащили меня с того света. Да и ночной страж косвенно уберег меня.
– Да, ты права. Я тогда пойду.
Норса кивнула и пошла за мной.
Я направился прямо к старику, чтобы узнать фронт работы.
– Уважаемый, чем я могу помочь? – просил я громко. Вдруг у него проблемы со слухом?
– А? Ааа. Оооо, – заголосил он. – Мужик! Здоровехонький мужик!
– Эм, да, – неуверенно подтвердил я. Вообще-то, мне двадцать четыре, и мужиком еще называть рановато, но спорить не стал. Вряд ли здесь кто-то обращает внимание на такие детали.
Борода растет? Мужик. Сопли не жуешь? Мужик. Все просто.
– Дуй, значица, за Макшей, она покажет где инструмент. Темку и Вяшку прихвати с собой.
Я замотал головой в поисках моей гидессы.
– Дед Акир, не нужно занимать Макшу, я сама проведу его, – отозвалась Норса.
– А? Аааа. Оооо, – под копирку заголосил старикан и, ухмыльнувшись, добавил. – Ну давай, девчушка. Проведи.
Норса взяла мня за руку и повела вглубь поселения. Мы петляли по узким проходам между участками, пока не дошли до скромного дома без земельного надела и чего-либо, напоминающего домашнее хозяйство.
– Это дом дядьки Марка. Он наш…был нашим кузнецом, – поправилась она. – Думаю, позаимствовать инструменты у него будет лучшим решением.
Да уж, гидесса оказалась так себе. Чего вызвалась то?
– А какие у вас погребальные традиции? Есть какие-то предпочтения? Верования? – как бы невзнячай спросил я.
Вряд ли эти люди стали бы меня подозревать в попаданчестве, но легенду на всякий случай лучше держать впереди себя.
Норса прищурилась, разглядывая дом кузнеца:
– Да все, как везде. Погребальный костёр да в небо, к Ландушке в руки.
Она сложила ладони лодочкой и раскрыла к небу.
Ясно. Значит лес рубить.
– А где материал брать? – спросил я. – Дерево, в смысле.
– А я проведу. Справа от Пантоа берет начало лес Гора, так что есть, где развернуться… – задумчиво закончила Норса.
Только вот некому теперь разворачиваться, хотелось закончить за ней.
…
Закончили мы к ночи.
Когда я и пара подростков под чутким руководством старикана Акира доложили кострище, уже прилично воняло, и перетаскивая трупы, я обмотал нос тряпкой, с удивлением наблюдая отсутствие ярко выраженного дискомфорта у окружающих меня людей. Либо они уже привыкли к подобному, либо я настолько щегол из каменных джунглей. Сам лично я склонялся ко второму варианту.
Да и вообще, до Хряка и Пипа я и трупов-то вблизи не видал, не то что перетаскивать и обшаривать. Уж не знаю, что во мне сломалось после убежища, но если не учитывать вонь, давалось это весьма просто.
Костер запылал. Женщины зарыдали.
В общем, от рук фойре погибло двадцать человек. Не так уж много по меркам средневековых болезней и бандитских набегов, но для Пантоа, как оказалось, весьма достаточно.
Выжившие возносили ладони к небу и просили Ланду, богиню перерождения атланов, о принятии погибших в свои земли. Как я понял, в этом мире господствовал политеизм, но тихо расспросив Норсу об отсутствии часовен, был удостоен поднятых бровей и задумчиво сморщенного лба.
У атланов не было принято ставить места поклонения в виде зданий. Присутствовали лишь маленькие капища каждому из четырех богов, но не в центре поселений, а как кому хочется и на своей земле. Меня это весьма удивило, ведь опиум для народа – самый действенный рычаг в отсутствие науки.
Послушав Норсу, я понял, что эти люди не знали даже такого понятия как "религия". Тем не менее, вера в разных богов присутствовала, но не как часть общественного строя, а как индивидуальный элемент. Когда Норса рассказала о богах, она дополнила, что сама лично не верит в них как в личностей или отдельную силу, а скорее, как в способ успокоить себя или переложить ответственность. Забавно было слышать это от деревенской девушки. На Земле в средневековье религия была основополагающим фактором при любых обстоятельствах. Но видимо, присутствие магии, Кель и знаний о космосе все-таки накладывают свой отпечаток на образ мышления.
Вообще, она оказалась весьма разговорчивой и умной, учитывая место, где она проживала. Я скорее ожидал глуповатую пастушку, чем рассуждающую о вере юную красавицу.
Глава 23
Когда прощание с погибшими закончилось, все разбрелись по домам, а я поплелся за Норсой. Она провела меня в тот же дом, куда ее хотел затащить громила фойре. Совсем недалеко от моей ночлежки, и как оказалось, он принадлежал ей. Вернее, не только ей, а ее матери, ей и ее младшему брату Паку.
Проходя по тихим улицам Пантоа, я не чувствовал вчерашнего восхищения атмосферой и, честно признаться, хотел поскорее убраться оттуда. Ночь была глухой и темной. Холодной и неприятной. Будто кто-то в один миг сгреб рукой весь сказочный налет и оставил одну мрачную темноту.
Тем не менее, в доме меня ждало тепло, мягкий свет масляных (или жировых) ламп и улыбка матери Норсы.
– Ну здравствуй, спаситель, – мягко сказала она.
На вид ей было лет сорок. Стройная. Темные волосы собраны на затылке в
