Читаем без скачивания Черника на снегу - Анна Данилова

– В смысле? Ты не сообщила ей о смерти Гарашина?

– Нет, конечно! Зачем я буду портить ей отдых?

– Ты серьезно?

И вновь от Жени повеяло холодом, и Рита поймала себя на мысли, что девушка повторяет чьи-то слова.

– Где сейчас твоя мама?

– В Турции. Она всегда зимой уезжает в теплые края. Хотела сначала отправиться в Египет, там потеплее, но потом они решили поехать в Турцию.

– У тебя есть ее телефон?

– Конечно! Вы можете связаться с ней, да только зачем? Неужели вы позвоните, представитесь помощником следователя прокуратуры и сообщите маме о смерти моего… друга? Что это изменит? Она только расстроится.

– И тем не менее…

– Хорошо, записывайте… – И Женя на память произнесла номер телефона. – Вы ей сейчас позвоните?

– Нет. Когда она мне понадобится. А может, и вообще не позвоню.

– Как-то это все странно… Но… делайте, что хотите!

– Когда должна вернуться твоя мама?

– Через три дня.

Как же Рите хотелось осмотреть квартиру, поискать шубу и берет!

– Женя, постарайся вспомнить последние дни жизни Гарашина, вдруг ты что-то и подскажешь мне? Может, ему кто-то звонил, угрожал или он сам рассказывал тебе что-нибудь такое, за что я смогу зацепиться?

– Я уже пытаюсь… Но так ничего и не вспомнила. Самое яркое событие в нашей с ним жизни – это покупка для меня квартиры. Если его и убили, подумалось мне, то сделать такое должна была его жена, узнав об этом. Вы хотя бы представляете, сколько денег он угрохал на эту квартиру и ремонт?! Мебель, все остальное? Кучу денег! Будь я следователем, я бы предположила, что случилось невероятное: жена убила мужа, а муж убил жену! Конечно, плохо так говорить о Юре, но он и сам упоминал о том, что жена ему мешает: просто так она не даст ему развода, непременно сделает что-нибудь такое… Словом, он боялся, что она будет ему мстить и эта месть отразится на мне. А потерять меня он не хотел, понимаете?

Рита рассталась с возлюбленной Гарашина с таким чувством, будто ее обманули, надули, провели, как если бы с ней говорила вовсе и не Женя Максимова, а некое подставное лицо.

«…И почему только я не попросила у нее паспорт?»

Из машины Рита позвонила Марку, продиктовала ему номер телефона матери Жени – Максимовой Марины Владимировны, попросила его проверить, на самом ли деле она в Турции, еще – когда она вылетела и когда вернется. Марк сказал, что это пустая трата времени, поскольку мать здесь вообще ни при чем. Она, как и ее дочь, в первую голову была заинтересована в том, чтобы Гарашин прожил подольше. Однако Марк пообещал выполнить просьбу Риты.

– И еще, Марк. Я проговорила с ней битый час, и у меня осталось такое ощущение, что мне морочат голову. Не пойму, в чем дело и что меня так напрягает в этой девчонке? Такое впечатление, что она говорит не свои слова, словно ее заставили все это выучить; равно, как и ее манера выражаться. Она то становится агрессивной, нападает на меня, словно совсем уж ничего не боится, хотя я же представилась помощником следователя прокуратуры… Нормальные люди обычно нервничают, когда к ним приходят представители органов. А тут… Словно она играла чью-то роль, понимаешь? Или же ее кто-то выдрессировал. А может, это была вообще не она?

– Ну, конечно, – весело отозвался Марк. – Это была ее сестра-близнец! Ты это хочешь сказать?

– Не смешно, – обиделась Рита. – Но ничего, я все равно скоро все пойму. Да, и еще. Ты сказал мне, что в квартире Гарашиных больше всего было отпечатков самих Гарашиных, их соседки Аллы Спиридоновой и Вениамина Зимина, так? Мне бы поподробнее – где и кто оставил отпечатки? К примеру, эта соседка… Кто она, чем занимается?

– Соседка как соседка. Это она обнаружила труп Александры. Домохозяйка.

– Ты можешь назвать номер ее квартиры?

– Конечно – это напротив квартиры Гарашиных. Поскольку площади большие, на этаже их всего две, так что не ошибешься.

Рита сидела в машине. По стеклам стекали крупные мокрые хлопья снега, воздух казался фиолетовым. Как раз такого тона, как и платье Татьяны Захаровой… Рита поймала себя на том, что после всего пережитого ей меньше всего хочется возвращаться в свой дом в Пристанном, где все ей станет напоминать о недавней смертельной опасности. И так будет продолжаться до тех пор, подумала она, пока Марк не найдет Татьяну. И еще она подумала: этот мокрый снег холодит не только стекло машины, но и ее сердце. Хорошо, что хотя бы мама с Фабиолой далеко от этого тонущего в снежной фиолетовой мгле города…

24

17 декабря 20.. г.

Рита

…Еще – ей хотелось помочь Марку, запутавшемуся в своих многочисленных делах и заботах; Марку, которого все считают таким «железным» и сильным и которого только она знает как человека ранимого, уязвимого, ответственного и очень, очень нежного. И только она, Рита, понимает, как он сейчас страдает, испытывая вину за свое прошлое, в котором он, по сути, и не виноват совсем. Ну, посоветовал он другу расстаться с нелюбимой девушкой. И что с того? Да мало ли мы даем советов своим друзьям-приятелям! И надо за это убивать? Понятное дело: просто так сложились обстоятельства, и, возможно, Кира сама была виновата в том, что ее отношения с Мишей сложились именно так, а не иначе. Судьба сводит людей – и разводит. Конечно, скорее всего, Мише не следовало вообще допускать близких отношений с Кирой, но они же решали этот вопрос оба, и Марк здесь ни при чем. Если бы Миша любил Киру, никакие советы друга не повлияли бы на его желание жить с ней вместе, связать с ней свою судьбу – как это и случилось с Мишей, когда он встретил Машу.

На Ритины размышления о Мише и его романе с глухонемой девушкой по имени Кира наслоилась картинка – Наташа (она же – Татьяна Захарова) качается на качелях… Марк ищет ее, а она ведь может и сейчас качаться на этих качелях. В любом случае в том, что она рассказывала Рите в Пристанном, мог присутствовать какой-то процент правды. Так, она упомянула имя известной балерины Нины Головко. И мама сказала, что она знает эту женщину, которая раньше работала в городском театре оперы и балета. Потом ее пригласили в Москву, но что-то у нее там, по всей вероятности, не заладилось, и она вернулась домой, вышла замуж за местного миллионера Жирнова и… Рита напряглась и вспомнила, что сказала об этом мама: «Вышла замуж за господина Жирнова, миллионера, между прочим; потом они разошлись, и теперь она живет одна, кстати говоря, тоже где-то на Волге, в собственном доме. Вроде бы она открыла хореографические классы в городе…» Вот так! Между этой Головко и Наташей (Рита не могла воспринимать свою «фиолетовую танцовщицу» как Татьяну Захарову) стоял некий мужчина по имени Федор.

«…Встречались мы в основном у Федора. Он выкупил чердак в одном элитном доме, оборудовал его, выложил итальянской мозаикой террасу, а я помогла ему выбрать растения, цветы. Мы посадили даже маленькую иву. Еще там были качели. И вот теперь на этих качелях качается совсем другая девушка. Смотрит на мои олеандры, гортензии и думает, что все это уже принадлежит ей…»

Надо бы найти этого Федора через Головко: любой человек в театре наверняка знает, что это за парень и где он живет.

Рита позвонила Марку, рассказала про Нину Головко.

– Марк, надо срочно найти этого Федора! Захарова могла пойти к нему, понимаешь? Спрятаться у него, раз ее нет дома.

– Хорошо, Рита, ты, главное, не волнуйся. Ты где сейчас, куда направляешься?

– Честно говоря, я просто сижу в машине, смотрю на снег и размышляю…

– О чем?

– О нас с тобой. О Мише. О том, как все сложилось и кто виноват в смерти Киры. Только не ты, Марк, поверь мне! А потому нам с тобой ничто не грозит. Я поняла это. Просто эта несчастная девушка, потерявшая самого близкого человека, свою сестру, хотела посмотреть, как ты живешь, и подпортить наши отношения. Она сделала это… весьма грубым образом…

– Между прочим, ты чуть не выгнала меня из дому! – напомнил ей Марк, но голос его уже стал чуть спокойнее. Рита поняла, что он – после их последнего разговора, когда ему не удалось скрыть свою иронию по поводу того, что она помогает ему в расследовании, – чувствует себя виноватым.

– Ладно, Марк. Я еду к соседке Гарашиных. Потом, возможно, зайду еще раз в их квартиру. – Ключи остались у Риты в сумочке после того, как они с Марком брали на время шубу и берет Александры Гарашиной, чтобы проверить, узнает ли секретарша Лена в переодетой Рите жену своего начальника. Эксперимент удался, да только после этого круг подозреваемых значительно расширился, поскольку близорукая Лена в каждой женщине, надевшей эту шубу с беретом и парик, признала бы Сашу.

– Рита, прошу тебя, будь осторожнее! Убийца все еще на свободе, понимаешь?

– Хорошо. А ты ищи Головко и ее любовника, Федора. Кто знает, может, Наташа и не врала мне?

– Какая еще Наташа?! Ее зовут Татьяной!

– Ладно, успокойся, я же все помню…