В том же загоне содержались и другие звери, и теперь они ревущим, рычащим, свистящим потоком вырвались наружу. Мое неожиданное появление на спине самого большого животного привело зрителей в изумление — на ярко освещенную сцену легла необычная тишина. Если бы я не появился, звери набросились бы на кучку безоружных рабов и разорвали бы их когтями и клыками. Но мое появление изменило ситуацию. Во-первых, мой зверь был так рассержен унизительным положением взнузданного животного, что не обратил никакого внимания на осужденных и продолжал дикими прыжками носиться по арене, пытаясь сбросить меня. Его действия беспокоили остальных животных, вырвавшихся за ним из загона. Это были самые разные и невероятные чудовища: чешуйчатые рептилии с длинными змееобразными шеями, прыгавшие на задних лапах, нечто вроде помеси тираннозавра с кенгуру. В гневе мой конь метался среди них, нанося сокрушительные удары. Одна рептилия оказалась у него на пути, и он разорвал ей горло мощным движением клыкастой челюсти.
Запах крови привел всех остальных в неистовство. Очевидно, их в ожидании праздника не кормили несколько дней или даже недель. Не обращая внимания на людей, они набросились на тело и разорвали его на куски.
Потом кинулись друг на друга, рвали и кусали, длинные змеиные шеи извивались, клыки сверкали, они наполняли воздух свистящими криками, похожими на свист парового гудка.
Я наконец извлек свою шпагу и попытался ударить зверя. Он отдаленно похож на колоссального тигра, но почти двадцати футов в длину, с хлещущим хлыстообразным хвостом, украшенным цепью роговых лезвий, которые превращали хвост в смертоносное оружие. Похожей на тигриную была и рычащая морщинистая морда с горящими глазами. Но на этом сходство кончается. Потому что чудовище покрыто алой шерстью, а из плоского низкого лба торчали два фантастически изогнутых рога. Все это вместе с жесткой гривой, больше всего похожей на стоячий воротник, какой носили джентльмены елизаветинской эпохи, превращали зверя в кошмарное чудовище. Я узнал в нем по описаниям, которые слышал раньше, дельтагара, одного из самых опасных и ужасных хищников джунглей.
Шпага протыкала и резала его шею и плечи, но густая шерсть и стальные мышцы мешали нанести смертельный удар. Наоборот, раны только разъярили зверя. Пена показалась на его пасти, обрызгав шерсть у горла, и его свистящие крики стали совершенно безумными.
В ярости зверь прыгнул на стену, со всех сторон окружавшую арену. На мгновение огромная алая кошка повисла, царапая когтями край стены. Зрители с криками разбегались, давя упавших. Очевидно, они решили, что в следующее мгновение дельтагар приземлится прямо на них. Я увидел королевскую ложу. Здесь под навесом с королевским гербом Занадара сидел принц Тутон. На его бледном красивом лице застыло выражение удивления и ярости.
А рядом, глядя на меня широко раскрытыми от изумления глазами, — Дарлуна в шелковом платье.
Но уже в следующий момент я был слишком занят, чтобы смотреть на что-либо.
Удачный удар шпаги наконец достиг жизненных центров зверя. Точный удар в основание черепа, где спинной мозг соединяется с головным, уложил его.
Он растянулся во всю длину на утоптанном песке арены. Я успел соскочить, чтобы меня не раздавило чудовищным весом. Поднявшись, я впервые смог увидеть целиком чудовище, которое оседлал, и если бы не был так потрясен, мог бы упасть в обморок. Дельтагар был огромен — ужасен! Представьте себе трех взрослых бенгальских тигров, соединенных вместе, вооруженных клыками размером с мачете, и вы получите чудовище, на которое я приземлился во тьме.
Осужденные бежали ко мне. И впереди всех блестящая фигура моего друга Коджи. Я сорвал плащ и бросил Кодже меч-хлыст, который все время нес на спине.
Он испробовал лезвие, свистнув им в пыльном воздухе, пахнувшем кровью, потом и зловонием дельтагара. У нас не было времени на слова, даже если бы мы смогли расслышать друг друга сквозь оглушительный рев толпы и яростные крики зверей. Но он в молчаливой благодарности сжал мне руку.
И тут мы увидели поразительное зрелище.
Толпа пленников, осужденных на смерть вместе с Коджей, была пестрой и разноликой. Здесь были и бумажнокожие черноволосые занадарцы, и несколько смуглых Чак Юл, разбойников с горящими глазами и бесцветными волосами, и даже несколько безволосых, с алой кожей, людей из Яркой Империи Перуштар. У всех пустые глаза, удрученный вид, и ясно было, что их морили голодом, избивали и вообще обращались с ними очень плохо. Но теперь у них появился шанс вырваться на свободу, и они за него ухватились.
Воспользовавшись суматохой, они бросились на занадарских солдат, которые пытались справиться с разъяренными зверями. Через секунду три или четыре стражника лежали на песке, а полуодетые пленники, схватив их оружие, обратились к оставшимся. Я обрадованно переглянулся с Коджей, и мы, не тратя времени, присоединились к неравной схватке.
Стражники, сытые, натренированные, вооружены лучше голодных рабов. Но это не имело значения. У рабов впереди только ужасная смерть, им предстояло погибнуть в челюстях чудовищ на арене для развлечения жителей Занадара, поэтому они сражались отчаянно, безрассудно, так, как не может сражаться человек, не знающий отчаяния.
И сработал еще один фактор. Стражники только защищались. А пленники сражались за то, что драгоценнее самой жизни, — за свободу. Поэтому они неизбежно должны были победить. Так и случилось. Гораздо быстрее, чем это можно описать, половина солдат была убита, затоптана или тяжело ранена, а остальные, бросая оружие и шлемы, бежали к веревкам с узлами, которые все еще свисали со стен и по которым солдаты спустились на арену. Мало, очень мало солдат сумели до них добраться. По веревкам устремились победители, вооруженные захваченным оружием. И так как амфитеатр был заполнен вопящими бегущими зрителями, рабы легко смешались с обезумевшей толпой, и я уверен, многие нашли путь к убежищам Нижнего Города.
Что касается меня — у меня была другая цель.
Я поднялся по веревке на стену и побежал по каменным ступеням между рядами сидений. Коджа следовал за мной по пятам. Я бежал к королевской ложе, потому что Тутон и Дарлуна оставались в ней — они не могли пробиться сквозь толпу.
Вот у меня и шанс спасти огненноволосую принцессу Шондакора от этой предательской свиньи, которую она считает другом! А также возможность сразиться с этим коварным принцем Города-в-Облаках и отомстить ему за унижение.
Тогда, при первой схватке, я был утомлен, ранен и вооружен совершенно незнакомым оружием. Он победил меня, но что гораздо хуже, он насмеялся надо мной, унизил меня, выставил нелепым в глазах женщины — женщины, чью дружбу и уважение я стремился заслужить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
