наших рядах не место не только врагам, проходимцам и лжецам, но и растяпам и ротозеям, которые способствуют дискредитации в широких народных массах учения Маркса – Энгельса – Ленина – Сталина.
Нас должны настораживать не только многочисленные факты разоблачения проходимцев в советской печати, но и некоторые факты институтской жизни. Однако эти факты еще не послужили уроком для некоторых работников института.
На кафедре философии АН СССР в течение пяти лет работает некто Лифшиц, выдававший себя за кандидата наук, не имея не только кандидатской степени, но и диплома о высшем образовании.
В свое время Лифшиц пытался защитить диссертацию в нашем Институте, но потерпев фиаско, «защитил» ее в Ленинграде, в Институте Литературы. Т. к. оппонентами Лифшица были вскоре после защиты уволенные из АН за космополитизм и репрессированные люди, то Лифшиц, боясь разоблачения собственного космополитизма, после решения ученого Совета о присвоении ему степени, изъял свою диссертацию незаконным путем через сотрудницу Фридман и диссертация в ВАК не попала.
Тем не менее Лифшицу удалось, пользуясь ротозейством некоторых людей, назвавшись кандидатом наук, примазаться к работе, и вот Лифшиц с благословения добрых дядей от философии в течение 5 лет преподает философию, получая зарплату кандидата наук.
Лицо этого проходимца ясно каждому честному советскому патриоту. И хотя Лифшиц, используя испытанный прием отсиживания на бюллетене в дни опасности для его шкуры, спасается сейчас в санатории, надобность в котором у лжеца приспела, как только он прослышал о готовящемся его разоблачении, справедливая кара вытащит его из любого убежища.
Нам неясно другое. Почему в отделе аспирантуры Президиума АН единственной реакцией на известие о лжеученом было снижение ему заработной платы?
Вопрос не стоит о том, какая зарплата должна начисляться «лектору» по философии, не имеющему даже высшего образования. Но почему этот «лектор» не был снят с работы за обман советской общественности, за обман партии? Почему, как следовало бы ожидать, Лифшиц не был разоблачен до конца?
Зав. кафедрой философии Васильев не проявил должной бдительности, принимая на себя заведование кафедрой, не дал себе труда внимательно ознакомиться с кадрами. Несмотря на то, что коммунисты кафедры т.т. Белов и Федорова неоднократно подавали сигналы об аполитичности Лифшица, в лекциях которого, по понятным основаниям, ни слова не значилось о необходимости борьбы с космополитизмом, т. Васильев не обратил вовремя внимания на эти сигналы. Благодушие т. Васильева поощряло проходимца, который критику в свой адрес принимал в штыки.
Мы вправе потребовать ответственности за поведение таких работников, как Лифшиц, у тех, что своей беспечностью и ротозейством невольно способствовали их грязным делишкам.
Рядовой Работник
Кандидат – самозванец
«Разрешите представиться – кандидат филологических наук Лифшиц…». Пришедший выглядел вполне солидно. Чтобы устранить всякие сомнения, он протянул справку, в которой значилось, что гражданин Лифшиц М.А. действительно защитил кандидатскую диссертацию в 1948 году, в Ленинграде, в Институте русской литературы (Пушкинский Дом). <…>
И его зачислили на работу. Солидный гражданин стал преподавателем на кафедре философии Академии наук СССР и безмятежно трудился на ниве просвещения академической аспирантуры в течение ряда лет. И, разумеется, получал соответствующую зарплату – как кандидат наук. Но вот однажды стали проверять кандидатские дипломы у сотрудников. Спросили диплом и у Лифшица – и тут выяснилось, что сей «ученый муж» такового не имеет. <…>
В дальнейшем оказалось, что МА Лифшиц не только не имеет степени, но даже и высшего образования. В 1948 году он вознамерился стать кандидатом наук. Вначале он избрал философские науки. Однако в Институте философии АН СССР Лифшиц потерпел неудачу – его писания были отвергнуты. «На свете не без добрых душ» – решил предприимчивый соискатель кандидатской степени и укатил в Ленинград. «Добрую душу» Лифшиц обрел в Институте русской литературы в лице и.о. директора Л.А. Плоткина, впоследствии уволенного за насаждение космополитизма и за развал работы в Институте. Плоткин «организовал» защиту Лифшицем диссертации. На заседании Ученого совета Лифшица изобразили как выдающегося ученого, достойного не то что кандидатской, но даже докторской степени. В качестве официальных оппонентов выступил «сам» Плоткин и некий «профессор» Г[47].
Когда утих восторженный гул и прекратились славословия, столь умело «организованные» Плоткиным, новоявленный кандидат филологических наук почувствовал себя не совсем спокойно. Он опасался, что когда его диссертация и документы попадут в Высшую аттестационную комиссию, там могут заинтересоваться и ею, и личностью автора… И вот Лифшиц берет в Институте справку о защите диссертации, а сам пишет записку своей знакомой – зав. канцелярией Института, что нечего де ей трудиться – пересылать диссертацию и все дела в ВАК-он передаст их сам. <…>
Приехав в Москву Лифшиц, разумеется, в ВАК не пошел, диссертацию оставил у себя, и направил свои стопы в поисках «хлеба насущного»… Он надеялся, что справка о защите как чудесный талисман откроет ему врата науки и, к сожалению, не ошибся.
Так М.А. Лифшиц в течение ряда лет числился кандидатом наук, не будучи утвержденным в ученой степени, незаконно получая зарплату кандидата, обманывая таким образом партию и государство. Моральный облик его достаточно ясен.
Каков же «научный» багаж этого «ученого»?
В довоенные годы Лифшиц состоял в кружке эстетствующих космополитов, группировавшихся вокруг журнала «Литературный критик»; этот журнал, как известно, прекратил свое существование незадолго до войны. Лифшиц шумно рекламировал себя в качестве специалиста по марксистской эстетике и даже пытался читать курс лекций в Институте истории, философии и литературы им. Н.Г. Чернышевского. Но там этого «ученого» быстро раскусили и его лекции были прекращены. Об одной из его «теорий», которую проповедовал тогда Лифшиц, упомянуто в статье Генерального секретаря Союза советских писателей А.А. Фадеева в «Литературной газете» от 28. III. с.г.
Говоря о порочном произведении В. Гроссмана «За правое дело» и о лежащей в его основе реакционной «теории круговорота», А.А. Фадеев указывает, что именно эту враждебную «теорию» проповедовал М.А. Лифшиц: «Следует вспомнить, например, некоторые литературные дискуссии 1939–1940 гг. и разоблаченные тогда же высказывания М. Лифшица в журнале «Литературный критик» о «Вечных категориях действительности», о теории «круговорота». Для подтверждения теории круговорота Лифшиц ссылался на Вико, на Гераклита, на Экклезиаста. Но он умалчивал, что эту реакционную идею в наше время поднял на щит – и не случайно – один из идеологов загнивающего капитализма Шпенглер».
Вот такие «теории» проповедовал самозванный кандидат наук, которому из-за ротозейства (или покровительства?) некоторых работников было доверено философское образование аспирантов Академии наук. <.. >
Руководству Президиума АН СССР и партийному бюро следует – и как можно скорее – воздать должное не только кандидату-самозванцу, но и тем, что вольно или невольно содействовал ему
