едва успевала за ним записывать. И без того неразборчивый почерк превратился в набор дрожащих изогнутых линий. Она чувствовала, как предплечье наливается свинцом. Когда магистр отошёл к полкам, девушка выдохнула и отложила кисть. Однако над ней тут же навис герцог и спросил:
– Почему вы ничего не записываете, леди? Впрочем, – ядовито добавил он, – то, что творится у вас в тетради, с трудом можно назвать письмом.
Райга опустила голову и прикрыла глаза. А он продолжил:
– Прискорбно, прискорбно… Вы наследница такого великого рода. Как печально видеть у вас столь скромные… способности. В очередной раз не повезло со свитой, ваше высочество? – обратился он к Райтону. – Теперь вокруг вас уже три полнейшие бездарности. Надеюсь, их ждёт более завидная участь, чем ваших предыдущих товарищей.
Райтон дёрнулся, как от удара, и ответил:
– Может быть, просто не стоит требовать идеального письма у девушки, которая выжила после Красного проклятья?
– Может быть, если ваша… подруга не в состоянии делать элементарные вещи, – в тон ему ответил Ичби, – ей стоило отправиться в Сага?
– Сначала Сага стоило бы пересмотреть свои методы воспитания, – холодно ответил принц.
Райга недоуменно покосилась на него и пнула под столом. Первый раз она видела Райтона в таком состоянии. Юноша хотел оставаться холодным и бесстрастным, но глаза выдавали его. В них клокотала жгучая ненависть. Герцог Ичби видел это и наслаждался тем, что смог вывести его из себя.
– Когда вы переступили порог этой школы, – неторопливо сказал магистр, – вы стали одним из адептов. Ваше происхождение не даёт вам права нарушать правила урока и дерзить преподавателям. Я думаю, знакомство с вашим отрядом мы начнем с назначенного наказания.
Райга похолодела. Ичби довольно улыбнулся и продолжил:
– Пожалуй, эту субботу вы проведёте, отмывая лестницы в подвале. Вместе с вашими товарищами, разумеется. Все лестницы до единой.
На несколько мгновений она опешила. А потом, стараясь сделать как можно более скорбное лицо, проговорила:
– Как вам будет угодно, магистр.
И снова пнула Райтона. Принц опустил взгляд и молча кивнул. На соседнем ряду Миран и Ллавен склонили головы, украдкой бросая на них недоверчивые взгляды.
Обед прошел в молчании. Несмотря на то, теперь что им представилась возможность найти ту самую лестницу, Райтон был мрачнее тучи. Глядя на его лицо, заводить разговор никому не хотелось. Уже когда они пришли на тренировочное поле, Райга, наконец, решилась.
– Не надо было сцепляться с ним из-за меня, – проговорила она. – В Сага я слышала и не такое, поверь. Ичби хотя бы просто унижает.
С этими словами девушка подняла руку, повернула к принцу тыльную сторону ладони, украшенную тонкими линиями шрамов. Она надеялась хоть немного успокоить его, однако её слова произвели обратный эффект.
– Ты больше не в Сага! – неожиданно рявкнул на неё Райтон. – И унижать тебя никто не имеет права! Ты высокородная леди и учишься в школе магии! Даже если ты отказалась от своего титула, твое происхождение выше, чем у Азарио и прочих задирающих носы идиотов из нашего класса! И ничем не хуже, чем у Ичби!
– Прошу прощения, что прерываю ваше трогательное выяснение отношений, – раздался за их спинами полный сарказма голос магистра Лина.
Райтон резко обернулся и наткнулся на холодный аметистовый взгляд. Райга удивлённо хлопала ресницами, пытаясь понять, чем она так зацепила его. Ллавен и Миран тоже бросали изумленные взгляды на юношу, чье привычное спокойствие сегодня дало трещину.
Адепты выстроились перед магистром. Эльф прошёлся мимо них туда-сюда и спросил:
– Получить наказание от Ичби на первом же уроке было запланировано?
– Нет, – ответил Райтон, отрешённо рассматривая деревья на другой стороне поля.
– Я не советую тебе грубить ему, мальчик, – саркастично продолжил эльф. – Великий герцог имеет отменную память, и на уроках ты в его власти.
– Я тоже на память не жалуюсь, – вскинул голову принц.
Он тут же опустил взгляд, но Райга успела заметить в его глазах бессильную ярость и боль.
– Ты уже не ребенок, Райтон Джуби, – голос магистра Лина стал холоднее льда. – Я вынужден напомнить, что двое твоих друзей уже погибли из-за того, что ты перешёл дорогу Ичби. Не повторяй своих ошибок. Просчитывай последствия своих действий.
– Да, магистр Лин, – глухо ответил Райтон, не поднимая головы.
– Я понимаю твои чувства, – смягчился эльф. – Подумай о том, как защитить её иначе.
– Не нужно меня защищать, – проворчала Райга.
Эльф спрятал руки в рукава хьяллэ и усмехнулся:
– Да, помню. Ты хочешь быть способной защитить себя сама. Это и есть тема нашего занятия сегодня.
С этими словами он развернулся и пошел к другому концу площадки, жестом приказывая им идти следом. Там стоял ряд круглых мишеней для стрельбы. Эльф остановился в нескольких шагах от них и поднял безмятежный взгляд на адептов.
– Принесла? – спросил он у Райги.
Девушка кивнула и протянула ему коричневый свёрток.
– Разворачивай сама, – мотнул головой он. – Я достал их для тебя.
Райга развернула ткань. В ее руках лежали два стилета странной формы. Больше всего они напоминали ей трезубцы с очень короткой, в ширину ладони, рукояткой и удлиненным средним зубцом. Острые трехгранные лезвия сверкнули в лучах солнца.
– Что это? – алый глаз удивлённо воззрился на магистра.
– Хаиё? – подошёл Райтон. – Это оружие но-хинцев.
– Нужно учиться защищать себя, – произнес эльф. – Ичби ясно дал понять, что будет валить тебя на экзаменах. У Кирстена обычно все сдают, независимо от способностей. Однако род Лихту – вассалы Ичби. А значит, великий герцог может использовать свое положение и надавить на него.
«Кирстена? – подумала девушка. – Это он так фамильярно называет магистра Лихту?»
– Кинжал я даже до мишени добросить не могу, – уныло напомнила Райга. – Не говоря о том, чтобы отразить удар.
– Эти кинжалы тебе бросать не придется, – улыбнулся одними губами магистр Лин. – Ими будет управлять твоя магия.
– Магия? – озадаченно спросила Райга.
Эльф кивнул, сложил руки в замок перед грудью и произнес пару слов на своем языке. Вокруг его сомкнутых ладоней вспыхнуло пламя, от которого отделились две изящные огненные бабочки. Райга изумлённо наблюдала, как они полетели к клинкам и слились с ними. Хаиё вспыхнули рыжим, сорвались с места и, обгоняя друг друга, по извилистой траектории понеслись к мишеням. Через мгновение две рукоятки торчали прямо по центру.
– Интересно, – согласилась Райга, проводив их взглядом. – А я смогу это повторить? Это же эльфийская магия.
Клинки выскользнули из дерева, вернулись в руки девушки и погасли. Эльф расцепил ладони и ответил:
– Изначально это эльфийская магия. Но я переделал это заклинание для всех Пламенных.
– А… как оно называется? – девушка разглядывала кинжалы с возрастающей симпатией.
– «Танец огненной бабочки».
