class="p1">– Красиво. Но… – её все ещё мучили сомнения. – Разве на экзамене по оружейному бою будет разрешено использовать магию?
Магистр Лин равнодушно посмотрел на неё и ответил:
– Не запрещено. Ты должна защищаться любым видом холодного оружия. Я специально перечитал правила. Нигде не написано, каким образом ты должна этим оружием управлять. Воспользуемся этой лазейкой. Пару недель будешь изображать усердие на уроках, а потом продемонстрируем Кирстену твои достижения. Но тренироваться с хаиё придется дополнительно.
– Снова тренировки до полуночи, – пробормотал Миран.
Райга с энтузиазмом кивнула. Эльф продолжил:
– Тогда приступим к тренировкам. Научишься сегодня управлять хотя бы одним – получишь пособие для усиления твоей магии.
С этими словами он беззаботно помахал перед её носом книгой на эльфийском.
– Это он? – алчно спросила Райга. – Дневник Хеллиореля?
– Да. Ты запомнила имя эльфа с первого раза? – вскинул бровь наставник. – Мило.
– Это было проще, чем запомнить название места, где находится библиотека его рода, – пожала плечами Райга. – Хеллимели-что-то-там.
Ллавен за ее спиной фыркнул от смеха.
– Только он на эльфийском, – продолжил магистр Лин. – Впрочем, по счастливой случайности, у тебя всегда есть переводчик под боком.
Взгляд, которым он при этих словах пронзил Ллавена, оказался совсем недобрым. Юный эльф привычно затрясся. Райга озадаченно перевела взгляд с учителя на ученика и обратно. Магистр Лин тут же отвернулся и бросил через плечо:
– За работу.
Четверка адептов послушно шагнула за ним.
Глава 12. Идем ловить умертвие
– Мои воины этого не делали! – возмущённо ответил принц.
Магические лампы освещали шатер ровным теплым светом. Райтон Джуби сидел во главе длинного стола, на котором была расстелена карта. Напротив него на жёстком походном стуле сидел великий герцог Ичби. Старик снисходительно улыбался, задумчиво перебирая по столу толстыми короткими пальцами. Юноша наблюдал за мельканием перстней, отчаянно сдерживая рвущуюся из глубины души ненависть.
– Третьего дня вы казнили пятерых моих лучших людей за мародерство, – напомнил ему герцог. – Без суда и следствия, прикрываясь законами военного времени.
– Ваши люди насиловали женщин и грабили деревни, – возразил ему принц. – Мои гвардейцы взяли их с поличным.
– Мои люди клянутся, что два ваших наперсника сегодня занимались тем же самым. Девки из деревни указали на них. Свидетелей около десятка. Доказательства неоспоримы.
– Все эти свидетели из вашего отряда, – с нескрываемым подозрением парировал Райтон.
Глаза Ичби холодно сверкнули:
– Когда против моих людей свидетельствовали только гвардейцы, – ядовито проговорил герцог, – это не остановило руку правосудия в вашем лице. Так пусть же эта рука ещё раз верно послужит народу и казнит парочку солдат, которые посмели запятнать свою честь насилием и грабежом. Не только свою честь, ваше высочество. Это пятно позора лежит и на вас, младшем наследнике трона. На вашем отце. На королевстве. Его смоет только справедливый суд и их кровь.
Он кивнул в сторону двоих юношей, которые стояли на коленях чуть в стороне от стола. Райтон не удержался и взглянул на своих товарищей. Но-хинец Дайду повесил голову. Его руки были связаны за спиной. Эрлин же, наоборот, напряжённо ловил каждое слово и не сводил пронзительного взгляда голубых глаз с герцога Ичби. Русая голова мальчишки была перемотана бинтами, на челюсти багровел синяк.
Герцог поднялся и наставительно произнес:
– Ваше высочество, вам всего четырнадцать. Вы ещё так мало знаете о жизни… Иногда самые близкие и знакомые с детства люди способны на… неблаговидные поступки. Вы прекрасно показали себя на поле боя и успешно подавили мятеж. Однако… исход этого дела очевиден. Если вы не готовы судить их сами, я могу взять на себя этот труд.
Райтон холодно посмотрел на него и ровным голосом произнес:
– А что, если я откажусь признать ваше обвинение?
– Боюсь, я буду вынужден взывать к справедливости вашего отца, – развел руками Ичби. – Вы ведь и сами понимаете, каким будет его решение, правда?
Герцог откинул полу плаща и вышел из шатра. Принц жестом отпустил гвардейцев. После того, как ушла охрана, он уронил голову на руки и замер.
– Выполни свой долг, – прохрипел Эрлин. – Нас уже не спасти. Король будет на его стороне. Смирись.
– Мы служим тебе с самого рождения, – произнес Дайду с сильным но-хинском акцентом, превращая «л» в «р». – Если для сохранения твоей репутации нужно умереть, мы готовы.
Райтон медленно поднял голову и прошептал:
– Только я не готов… Вы же ни в чем не виноваты! Ичби подставил вас.
– Доказательств нет, – в голосе Дайду звучало равнодушие. – Мы должны поплатиться за свою глупость.
– Ты принц, – напомнил ему Эрлин. – Тебя прозвали Ледяная молния из Тийредо. Ты справишься. Выполняй свой долг.
Райтон молча смотрел перед собой. На столе лежал чистый лист и новая кисть для письма. Нужно было писать приказ. Приказ, который должен оборвать жизни тех, кто с самого детства защищал его спину.
– В дне пути отсюда Сакатокуса, – хрипло выговорил Дайдо. – Хорошо бы… умереть на родной земле. И… от твоей руки. Не хочу становиться игрушкой Бешеного.
Принц вскинул голову и заглянул в раскосые глаза товарища. В них были только безнадежность и смирение. От этого взгляда хотелось завыть…
Неожиданно комната расплылась. Он открыл глаза и обнаружил, что лежит в своей постели в Алом замке. Его взгляд упёрся в спину сопящего на своей постели Мирана. А около его постели крепко спит Ллавен. Пальцы эльфа плотно обхватывали его запястье.
«Снова он? – подумал Райтон. – В прошлый раз он тоже прервал мой сон… И Райга говорила, что Ллавен приходил, когда ей снился кошмар. Его привлекают сны?»
Принц осторожно вывернулся из захвата эльфы. Тот подскочил на полу, проснулся и уставился на него круглыми от страха глазами.
Райтон махнул рукой и прошептал:
– Иди к себе. Я никому ничего не скажу.
Бормоча благодарности, Ллавен забрался в свою постель. Райтон дождался, пока он уснет, набросил на себя черно-красное хьяллэ и вышел из комнаты. Постоял в коридоре. Прислушался к тишине за дверью Райги, магическим зрением рассмотрел двойной защитный контур на ней. Гостиная встретила его темнотой и тишиной. Он сел на подоконник и прислонился лбом к холодному стеклу. В окно мерно стучали дождевые капли. Словно в насмешку навевая непрошеные воспоминания и картины прошлого.
…Кровь стекала по хаотаки, повторяя изгибы тонкой волнистой линии вдоль лезвия, отделяющей закалённую часть клинка от незакалённой. Можно было лёгким движением отряхнуть меч. Нужно было развернуться и уйти. Но вместо этого Райтон просто стоял и смотрел в довольное лицо Ичби холодным, ничего не выражающим взглядом. Его ненависть за минувшие сутки отгорела, оставив в душе только горечь и опустошение.
За спиной
