— Ты нам дважды обязан жизнью, Чарльз Бэтман, — заявил Скрипка.
— Согласен. Слушайте, раз уж разговор зашел о повешении, — ответил Бэтман, — полюбуйтесь вот на это!
Появился лорд Клемур. Он сидел на стуле, который несли на плечах два здоровых молодчика. Со связанными щиколотками и запястьями, с обнаженным торсом, париком, надетым кое-как, завязанной узлом на шее веревкой он выглядел жалко.
— Друзья! — воскликнул Чи, обращаясь к присутствующим. — Эта свинья надеялась отправить лучших из вас на виселицу на потеху лондонцам.
Молодцы раскачивали и вращали во все стороны стул с привязанным к нему парламентарием. Народец торфяных болот осыпал его плевками, оскорблениями, бросал в него различные предметы и еду.
— Он может умереть! — заволновалась Салли.
— Нет, — ответил Бэтман. — Просто он переживает неприятные минуты. У нас закон: мы никогда не убиваем.
Бобр, Скрипка, Индеец и немного мрачный Праща заговорили хором:
— Мы поучаем. Мы просвещаем. Мы заставляем чувствовать. Мы даем понять. Мы доказываем до тех пор, пока это не становится очевидным. Мы показываем, что такое добродетель, примером или словом. Мы по-хорошему заставляем бояться. Мы вынуждаем трусов обращаться в бегство. Мы доводим их до посинения. Мы вестники кошмаров. Да, это так! — Они смеялись. — Но мы никогда не убиваем!
Поизмывавшись над лордом Клемуром в течение часа, они заперли его в маленькой, плохо освещенной комнате, оставив щиколотки и запястья связанными. Вскоре проведать лорда пришел Чи.
Он развязал веревки, дал полотенце, чтобы лорд мог вытереть лицо, предложил стакан вина, а также табак для поврежденной трубки.
— Милорд, для каждого греха найдется отпущение. Из пьесы в два акта, которую вы собирались показать моим соотечественникам в Лондоне, мы дали вам познакомиться с первым актом. Как вы знаете, второй акт — это веревка и смерть.
Дрожащими руками Клемур поднес стакан с вином ко рту:
— Вы не осмелитесь погубить члена Английского парламента… Последствия будут…
— Для нас будет ни хуже, ни лучше, — оборвал его Бэтман. — Пусть Лондон дополнительно присылает в Ольстер еще десять тысяч солдат! Мы спрячемся в горах и лесах, как гуроны или ирокезы. Со мной во главе против вашего короля будут сражаться не ирландцы, а неуловимые американские индейцы. Поверьте мне, милорд, это другая форма войны, в которой большинство редко одерживает победу.
Бэтман пожал плечами и продолжил:
— Хотя ваши шансы близки к нулю, надежда все же остается. Вы еще можете надеяться, что вернетесь домой живым и здоровым.
Бэтман положил на стол лист бумаги.
— Как законник английской короны вы обладаете определенными прерогативами. Являетесь ли вы, милорд, членом Военно-морского бюро или Совета адмиралтейства?
Клемур отрицательно покачал головой.
— Но это не имеет значения. Ваша подпись сделает возможным то, чего я хочу. Два торговых корабля, снявшиеся с якоря в Бристоле, вскоре войдут в бухту Дерри. Я хочу, чтобы вы приказали их задержать, сославшись на то, что на них незаконно ввозятся товары в колонии.
Парламентарий посмотрел на Бэтмана удивленно и начал набивать трубку:
— Это все?
— Да. Поставьте вашу подпись на этом документе, и вы свободны.
Бэтман указал на акт, составленный так, как он велел.
— Речь идет о «Каркасе» и «Варспайте», — пояснил он.
Клемур взял перо, протянутое Бэтманом, и собирался уже поставить подпись, но вдруг опомнился:
— «Каркас» и «Варспайт» принадлежат Муирам! — сказал он.
— Совершенно верно.
— Августус Муир — очень влиятельный человек. Если он узнает, что я помог…
Бэтман ткнул пальцем в веревку, болтавшуюся на шее лорда.
Клемур подчинился.
Бобр ждал Бэтмана за дверью.
— Получилось? — спросил он.
— Получилось. Как только корабли Муира будут задержаны в бухте Дерри, мы тут же позволим ему уехать. Пусть убирается в свой Лондон. В тюрьме ты не забыл наговорить ему всякой чепухи?
Бобр улыбнулся:
— Два имени, два ремесла, две правые руки и так далее. Не волнуйся! Скоро легенда о тебе облетит всю Англию. Американец!
Через неделю Чи разбудил Салли и положил на кровать рядом с ней мужскую одежду.
— Одевайся. Спрячь волосы под фуражку Сегодня ты идешь с нами.
Через час они вместе со Скрипкой, Пращей, Бобром и Индейцем уже плыли по Фойлу, соединявшему Дерри с Атлантическим океаном. На борту находились два чиновника адмиралтейства графства, получившие приказ лорда Клемура.
Корабли Муира стояли на якоре в бухте.
Когда Чи и его друзья увидели их, они на минуту растерялись.
Торговый флот Фактории Муира насчитывал более шестидесяти судов, находившихся под охраной одиннадцати боевых кораблей во главе с грозным «Раппаханноком». Общее водоизмещение флота превосходило водоизмещение всех кораблей, бывших в то время на плаву, в том числе кораблей могущественной нидерландской Ост-Индской компании.
Все смотрели на Чи, словно спрашивая: «Посмеем ли мы продолжить?»
Не говоря ни слова, Чарльз сосредоточенно смотрел вперед.
Чиновники из Дерри пересели на два судна, которые до этого подошли вплотную к кораблям «Каркас» и «Варспайт», чтобы поставить экипажи в известность, что им запрещено выходить в открытое море из-за нарушения закона.
На борту «Варспайта» началась проверка.
Чарльз и его друзья, которых приняли за лиц, уполномоченных лордом Клемуром, потребовали, чтобы им показали реестры продовольствия и товаров.
Капитана «Варспайта» удивила эта неожиданная проверка, которая неминуемо задержит флот в бухте и тем самым вызовет гнев коммодора Вальтера Муира.
— Все проверки были проведены до нашего отплытия из Бристоля, — запротестовал капитан. — Факторию Муира никогда не обвиняли в незаконном ввозе товаров в колонии!
— Лорду Клемуру известно об этом, — сказал на это Чарльз. — Нам надо просто устранить некоторые сомнения. Это не займет много времени.
Его приятели отправились в трюм и грузовые отсеки, а он и Салли вошли в каюту, где хранились предметы роскоши.
Перед их взорами предстали великолепная мебель из пород тропических деревьев, картины и зеркала, комод-бюро, под наклонной крышкой которого скрывались ящики и маленькая центральная дверца. Еще в каюте были лакированный ларь, украшенный цветочными орнаментами, комнатные двери с искусными коваными украшениями, балдахин, кофры и шкатулки для свечей.
Когда они остались одни, Чарльз ножом стал кромсать деревянные поверхности. Прописными буквами он вырезал фамилию «Бэтман».
— Этот груз предназначен Стефану Деланси из Нью-Йорка. Вот уже второй раз мне выпадает удовольствие испортить ему настроение. Теперь я уверен, что он меня не забудет.
Бэтман разорвал шелковые простыни и порезал напудренные парики своего врага.
Бобр и Праща дали знать, что тюки с простынями, партия ружей и масло, погруженные на «Варспайт», не соответствовали данным, зарегистрированным в момент погрузки в трюм.
Те же нарушения были выявлены и на «Каркасе».
Флот не мог позволить себе оставить в порту два больших торговых галеона и поэтому был вынужден задержаться здесь на три дня, в течение которых проходили дополнительные проверки и делался расчет штрафов.
Чарльз, Салли и их друзья вернулись в Дерри на своей лодке после того, как, воспользовавшись выпавшей возможностью, осмотрели вблизи «Раппаханнок». Через тридцать лет после спуска на воду адмиральский корабль Муиров по-прежнему не имел себе равных на просторах Атлантического океана.
— Я не видела его с того момента, когда он заходил в Нью-Йорк, — заметила Салли.
— За это время они усилили его вооружение двадцатью пушками, обновили такелаж, покрасили паруса в черный цвет и сделали двойную обшивку корпуса, — сообщил Чи.
Боевой корабль походил на отдыхавшее морское чудовище. Легенда гласила, что он сбросил в воду более сотни экипажей пиратских судов. Рядом с ним ирландцы чувствовали себя крошечными муравьями. Потом они вернулись на торфяные болота.
