— Я не дам…
— И все-таки… Ты можешь проводить меня к папе?
— Раз чихнуть, — изящно ответил наследник престола. — Если только дозвонюсь. Это не всегда удаётся.
К счастью, на этот раз удалось.
— Папа, привет!
— Где тебя носит нечистый дух?! Неделю нет во дворце!
— Папа, у нас гостья! Инспектор международного ИИ госпожа Контробубова…
— С какой стати?! Я не велел пускать иишных деятелей через границу!
— Папа, но это особый случай! Она хочет поговорить про меня!
— Ещё не легче! Что ты опять натворил? Не хватало скандала с ООН!
— Папа, ничего не натворил! Ей для научного отчёта!
— Не было печали…
Но все же согласился. Принял в своём кабинете госпожу инспекторшу сухо, но учтиво.
— Чем могу быть полезен, мадам?.. Пожалуйста, присядьте…
Она села и тут же обезоружила папу-герцога:
— Ваше высочество, у вас изумительный мальчик!
— Кто? Юхан? По-моему, разгильдяй и лоботряс!
— Это внешнее впечатление. А на самом деле умница и добрейшая душа… Он помог мне избавиться от болезни. А после мы несколько дней провели в беседах…
— А, так вот где он болтался!
— Но ваше высочество! Он крайне помог мне в работе…
— Значит, вы педагог?
— О да. Международного уровня…
— И этот… молодой человек вёл себя с вами по-рыцарски?
— Исключительно…
— И… всегда слушался?
— Конечно же, ваше высочество!
— Я сейчас упаду со стула… Юхан, ступай отсюда, иди к Платону. А у нас будет взрослый разговор…
Юга минут двадцать позировал Платоше, который делал набросок за наброском для росписи потолка. Потом снова скользнул к отцовскому кабинету. Подслушивать — не рыцарское дело, но… если речь идёт о тебе и если очень хочется узнать, о чем там речь…
Он услышал конец разговора:
— Сударыня, посудите, на кой шут вам эта зависимость от ООН (кстати, весьма несерьёзной организации). И тем более, от этого сомнительного ведомства ИИ. Что за работа — изымать детишек от семей и толкать в казармы? У меня в государстве нет никаких приютов, а если, не дай Бог, объявится бездомный ребёнок, его нарасхват тащат в разные семьи… Единственный беспризорник — это наследник престола, но он заявляет, что все герцогство — его родной дом…
— Увы, ваше высочество, не везде столь отрадная обстановка…
— Сударыня, подумайте о моем предложении. Должность придворной воспитательницы не менее престижна, чем звание дамы-клерка в вашей конторе. И ставка будет, уверяю вас, гораздо выше…
— Ваше высочество очень добры… Но время идёт быстро. Наследник через несколько лет станет юношей, которому не нужны гувернантки. И что тогда делать мне?
— О! Я назначу вас заведовать департаментом семейного воспитания! У вас природный талант!
— Здесь есть такой департамент?
— Я его создам… Юхан, не сопи под дверью!.. Вот вам «изумительный мальчик», сударыня…
Все по сценарию
В герцогстве жилось хорошо. Бестолково, но весело. Однако Сушкин понимал: когда-то это кончится. И будет ли лучше, чем сейчас? Он опасался, что не будет. И однажды спросил дядю Поля: «А что дальше-то?»
— Ну а что дальше… Конкретный маршрут был проложен до Зелёной Лошади. Дальше наш Бэн обещал определиться на месте. Или сам, или с нашей помощью. Мол, поплывём от острова к острову, там немало занимательных мест. Можно будет даже сунуться в залив, если не станет штормить…
— А когда?
— Когда вздумаешь… Но вообще-то мне хотелось бы дождаться здесь одних знакомых… Они собирались заглянуть на Лошадь…
— К герцогу?
— Да не нужен им герцог! Им нужен я…
— Зачем? Секрет?
— Не секрет, но… скучные деловые отношения…
— Какие?
— Том, лето ведь не бесконечное, придёт осень. И надо будет решать житейские вопросы. Тебе-то что? Засядешь в своих «Фонариках», а мне придётся думать о зарплате, об аренде причала, о ремонте «Мазая». Похоже, что он рассыпается на ходу…
— Он совсем крепкий!
— Это на первый взгляд…
— А эти люди, они что? Дадут денег?
— Даром не дадут. Но обещают выгодный контракт…
«Какой контракт?» — собрался спросить Сушкин. Однако дядя Поль спросил раньше:
— Тебе разве здесь плохо? Вон и дружок появился…
— Не дружок, а друг… Дядя Поль! Давай возьмём Югу в плавание!
— Как скажешь… А Сусанна отпустит его?
— Отпустит! Он ей командует, как хочет!.. А можно взять и Сусанну, места много…
— Вот подарочек!
— Но ты ведь сам её когда-то жалел!.. А она теперь стала совсем не такая! С неё облетела «иишная шелуха»…
Сусанна Самойловна и правда изменилась. Будто сделалась моложе. Ходила в широкой оранжевой юбке, в цыганской кофте и широкой, как у тропических путешественников, панаме. Разговаривала совсем не «по-воспитательному»:
— Юга! Опять как трубочист! Марш умываться и завтракать, или я устрою тебе головомойку, чудовище!
Юга хохотал.
Он тоже теперь выглядел иначе. Закинул подальше свой придворный наряд и одевался вроде как Сушкин, только водолазка была не белая, а салатного цвета. И вместо якорька — вышитый золотой муравей ростом с мизинец.
Он и волосы подстриг. Стали не до плеч, а чуть пониже ушей. Такой Юга нравился Сушкину ещё больше.
— Это Сусанна тебя так… пре-об-ра-зо-вала?
— Вовсе нет, я сам! Отец больше не сомневается, что я настоящий сын, потому зачем все время напоминать своим видом, что наследник! Так легче дышится…
Он потанцевал на парковой дорожке новыми полукедами фирмы «Australia». Его не привыкшие к солнцу ноги теперь порозовели от свежего загара и слегка шелушились.
— А вот этого зверя я особенно люблю, — признался Юга и погладил пальцем золотого муравья на водолазке.
— Пойдём, я тебе что-то расскажу…
Они пошли через щекочущую траву, сели под единственным в парке бананом (оба хихикнули, вспомнив песню). Сушкин рассказал историю про золотой муравейник.
— Понимаешь, дядя Поль иногда любит присочинить, но здесь, по-моему, не врёт…
— По-моему, не случайное совпадение… — умудрённо сказал Юга.
— Их много таких, не случайных… — сказал Сушкин.
— А какие ещё?
— Ну, например… в конце мая, перед тем, как выиграть пироскаф, увидел во сне, будто я и длинноволосый мальчик… вроде тебя, Юга… едем вдвоём на одном велосипеде. И его волосы мне щекочут лицо. А кругом туман, и месяц еле светит сквозь него… Я тогда этот сон сразу же забыл, а недавно вдруг вспомнил… Непонятно, почему… то есть понятно…
— Том, а какое здесь совпадение?
— Про туман. Иногда снится, что идёшь, а впереди тебя женщина. Вернее, тень её. И хочет позвать…
— А ты не можешь догнать, да?
— Значит, и у тебя так бывает?
— И месяц, еле видный над лесом… Я иногда думаю…
— Юга, что?
— Есть одна книжка, «Легенды Дикой пустоши». Не читал?
— Нет…
— Про старину. Там люди воевали, а потом заключили мир. И построили храм. Называется «Церковь Матери Всех Живущих»… Говорят, если кто-то не помнит свою… маму… он может побывать там и увидит её.
Помолчали.
— Сказка, да? — сказал Сушкин.
— Не знаю… Наверно, это выдуманная страна…
— Бывает, что сперва кажется, будто выдуманная, а потом — раз… Вот как ваше герцогство…
Юга посмеялся:
— Да у нас-то какая сказка! Отец опять судится с местным горпромхозом…
— А все-таки… Юга, вдруг та, которая во сне — это о н а?
Юга промолчал. Если что-то скажешь, может разрушиться надежда…
Сушкин спросил:
— А твой велик, с моторчиком, он всё ещё у Маркушки?
— Всё ещё… Ты хотел покататься?
— Просто вспомнил Маркушку. Как он горевал, когда проиграли…
— Теперь уж не горюет… — Юга поцарапал новым башмаком траву и вдруг сказал, как тогда, в комнате с рисунками:
— Том, а зачем тебе уезжать?
Мысли сразу завертелись, как шестерёнки в часах с лопнувшей пружиной. Что сказать, как объяснить?.. А правда — зачем?
И совсем не вовремя застрекотал в кармашке у пояса телефон.
— Сушкин, это ты?!
— Это… я. А ты кто?
Голос был ребячий, незнакомый. Может, кто-то из детдомовских ребят вспомнил о нем?
— Я Катя Елькина! Помнишь, мы с тобой вместе пели в Калачах?
Зелёный мир закувыркался и засверкал.
— Ка-тя-а! Ты где?!
Юга смотрел чуть ревниво, но понимающе. Он мигом все сообразил.
— Я здесь, в Герцограде, у бабушки. Я буду здесь жить всегда…
— Катя, беги во дворец!.. Юга, можно?.. Катя, беги!
— Том, я стесняюсь! Там же дворец!
