— Никуда я не входила! Мне позвонил по зверофону какой-то гундосый тип. Сказал, что если я выманю Тодда из «Далей», мне заплатят много денег. Они перечислили аванс, сообщили место встречи. Я завлекла ящера в парк, опоила коктейлем, а дальше дело техники. Запихнула в багажник, замаскировала концертными нарядами и все.
— Как вам удалось покинуть «Дали» без осмотра машины? — спросила я у Арбузовой.
Как чувствовала, что это еще один мой профессиональный провал в роли руководителя службы охраны.
— Так все девочки группы «Поющие в Трусселярди» покидали в тот вечер курорт. И моя машина среди них. Нас особо и не досматривали, так какой-то сонный охранник сунул нос в багажник и тут же закрыл, — хмыкнул Арбузова.
— Не верю! — подал голос Барбоскин, который до этого молчал. — У меня натасканные бойцы с отменным нюхом. Ящера бы точно унюхали!
— Боюсь, мадам Арбузова принялась за старое, — догадалась я. — Наверняка использовала запрещенные зверомоны, чтобы забить запах ящера. Не удивлюсь, если в машине пахло дохлой крысой.
— Ну почему же дохлой? — взвилась певичка, подтвердив мою догадку. — Вполне себе живой.
— Ах ты, выдра крашеная! — Аделаида не выдержала и пошла на Арбузову с кулаками.
— Почему же крашеная? Это мой натуральный цвет! — возмутилась певица и тряхнула жидкими каштановыми волосенками. А помнится, при нашей первой встрече она была блондинкой.
— Сезонная линька, — догадалась я, а Леля окатила меня ненавидящим взглядом.
— Куда вы отвезли Тодда после похищения? — продолжил допрос Дюпонт, пресекая нашу перепалку.
— Куда мне указали, туда и отвезла, — нахохлилась Арбузова. — На развилку дорог, тело вывалила в кусты. Еле из багажника вытащила, откормили своего ящера лягушками. Да живой он был еще, не плачьте.
Мама завыла, Куропаткин взял ее за руку, успокаивая. Я же держала Тима, чтобы он окончательно не озверел и не перекинулся. Чувствовала, что еще одно слово, и семья Драконовых не выпустит эту выдру из комнаты.
— Деньги вы за услуги все получили? — с презрением поинтересовался Дюпонт.
— Я же говорю, только аванс. Остальную часть обещали заплатить через неделю, но звероабонент не доступен, — окрысилась Арбузова. — А я за новый хит и за раскрутку весь аванс отдала!
— А еще арендовали новую квартиру и машину! — вспомнила я.
— И платья новые купили. Тфуселяфди и Звефачи! — прошепелявил Бондэрос, вперив взгляд в блестящий наряд певицы.
— Что же мне теперь, Зверачи не поносить? — взвизгнула Арбузова. — Это вы жируете, шоу проводите, продюсеры-шмодюсеры. А я все сама — и звездой надо стать, и мужа-миллионера найти. А кто на меня без Труселярди и Зверачи посмотрит?
— Да-а, такой фенщине без Труселярди нельзя. Не солидно! — согласился Бондэрос.
Дюпонт грозно посмотрел на коллегу и продолжил допрос:
— Передайте-ка мне ваш зверофон. И сообщите номер, с которого вам звонили.
— Только потом верните! Это последняя модель айпадпа. — Арбузова пошуршала в декольте и достала блестящий зверофон под цвет платья.
— Не переживайте, вернем мы вашу айпадлу. — Дюпонт тут же принялся нажимать на кнопки, спустя несколько минут он разочарованно вздохнул. — За последние три недели всего два входящих звонка, номер скрыт. И триста двадцать шесть исходящих.
Очевидно, что преступники использовали Арбузову, заплатив лишь аванс. Вряд ли этот абонент будет еще доступен.
— Увезите певицу в городское отделение полиции, — приказал Дюпонт сотрудникам.
Те подхватили даму под руки, а она заверещала:
— Вы же обещали меня освободить! Не имеете права! У меня концертная деятельность, аншлаги, контракты!
— Освободим, когда дело закроем. Вы ценный свидетель. Не понимаете, что вас могут убрать!
— Куда убрать? Зачем убрать? — певица округлила глаза. — Совсем?
Она странно обмякла на руках у полицейских, а те поволокли свидетельницу к выходу.
— Агент Бондэрос, так как вы раньше работали с певицей, будете сопровождать ее в отделение. Попробуйте вернуть былое доверие, очаруйте, как вы умеете. Может, она еще что-нибудь расскажет, — приказал Дюпон бывшему начальнику.
— Не беспокойтесь, подполковник, я отяфую Афбузову, — улыбнулся шакал, продемонстрировав кривые зубы, и ринулся вслед за певицей.
— Может, пробить зверофон? — предложил Тим после ухода подозреваемой.
— Прибить? Зачем? Думаете, он нам больше не понадобится? — уточнил медведь- оборотень.
Я подавила вздох разочарования. Только мне показалось, что от Дюпонта будет толк, что он начал действовать и даже соображать, но нет, все по-прежнему.
— Пробить номер абонента, — подсказала я.
— А-а-а, — отмахнулся Дюпонт. — Так абонент же не абонент? Да и аппаратуры такой в ФСО нет.
— Позвольте! — вклинился мой зам Барбоскин. — У меня кое-какая аппаратура имеется, так, собираю в свободное от работы время. Номер, конечно, мы вряд ли восстановим, но можно засечь локацию. Регион, из которого звонили.
Дюпонт отдал зверофон, а Барбоскин убрал его в карман.
— У нас намечается еще одно дело — вечером будем брать Потрошителя! Внештатный агент Драконова, Бобрикова вам уже сообщила детали?
— Сообщила только что, — кивнула я и покосилась на Тима. — Она перехватила меня по дороге в офис.
Услышала, как муж с облегчением выдохнул. Я не собиралась ему больше врать. Расскажу как есть.
— Какой план? — по-деловому спросил начальник.
Я выступила вперед и начала доклад, заметив гордость в глазах мужа.
— Пожилой джек-рассел, под личиной которого скрывается известный в узких кругах маньяк Джек Потрошитель, пригласил жертву на вечернюю прогулку возле пруда. Агент Бобрикова предполагает, что тогда и состоится похищение или убийство. Место встречи будет оцеплено нашими людьми.
— У меня людей нет! — тут же вставил Дюпонт. — Все силы брошены на поимку ящера.
— Я дам своих орлов, вернее, псов, — гордо произнес Барбоскин, а Тим нахмурился.
Эти псы уже пропустили преступника, когда нас с мужем пытались похитить. И Арбузову с Тоддом выпустили, как следует не досмотрев машину. Боюсь, и на этот раз что-нибудь учудят.
— Договорились, давайте псов. А я лично буду руководить операцией, — сообщил Дюпонт, а муж еще пуще расстроился.
— Руководите, чем хотите. Но Дане я участвовать не позволю! — возразил Тим. — Тем более она себя плохо чувствует.
— Не волнуйся, дорогой, я возьму на себя внука. Погуляю с мальчиком, пока проводится операция. Не нужно, чтобы ребенок видел, как арестовывают его родственника, — успокоила я Тима, и тот кивнул, соглашаясь.
Обсудив еще раз план, все покинули кабинет. Психопатолог взял в оборот маму, убедив, что с Тоддом все в порядке, он радостно тявкает и хорошо питается. То ли под воздействием психопатического взгляда доктора, то ли от усталости, но Аделаида поверила, расслабилась и отправилась с Куропаткиным на ужин. Дюпонт поправил маскировку и пошел к Молочковой, у той опять прорвало очередную трубу. По старой дружбе Дюпонт мне сообщил, что Молочкова дала отставку подполковнику в письменном виде в связи с его долгим отсутствием и прекращением финансирования. И теперь зверотусовщица от скуки переключилась на сантехника. Молочкова, ее роман с сантехником и ежедневные селфи дамочки нагишом возле нашего озера меня не волновали. Я переживала за Тодда, Тима и беспокоилась о здоровье мамы. И еще постоянно думала о маленьком и таком смышленом джек-расселе, на долю которого выпало страшное испытание в лице родного дедушки-потрошителя.
ГЛАВА 29
Тим Драконов
Дана убеждала меня, что в операции ничего опасного нет. Так я и поверил! Но выглядело на самом деле все просто: ФСО занимается поимкой терьера- потрошителя, Дана в это время играет на детской площадке с ребенком. Дракон во мне негодовал и требовал, чтобы я сопровождал супругу. Я даже почти решился поднять этот вопрос! Но, как всегда, помешала нелепая случайность.
