Год 1997-й
Год начался с громкого заказного убийства у стен Московского уголовного розыска. Василий Наумов, генеральный директор ТОО «Миранда», один из крупнейших авторитетов коптевской группировки, был расстрелян, находясь в своем «БМВ» прямо под окнами Петровки, 38, буквально в 150 метрах. Впервые оперативники МУРа прибыли на место происшествия пешком, вероятно, дерзость этого убийства заставила их с большей активностью взяться за раскрытие этого преступления. Каким-то образом и сыщики, и коптевские узнали, что это дело рук курганцев. После этого судьба курганцев была решена. Мощный взрыв на улице Твардовского, убийство около Петровки, 38, Наумова переполнили чашу терпения правоохранительных органов. Курганская группировка вышла, если можно так сказать, из лимита своей деятельности. В срочном порядке, как я узнал позже, по указанию тогдашнего министра МВД А. Куликова было принято решение о немедленной ликвидации этой ОПГ. В Главном управлении уголовного розыска ГУВД Москвы и при непосредственном участии прокуратуры Москвы был создан штаб по ликвидации курганской группировки. В этот штаб вошло большое количество оперативников и следователей. К этому штабу была прикомандирована также специальная группа по захвату — бойцы СОБРа и ОМОНа. Началась тщательная, кропотливая работа по выявлению и аресту представителей курганской группировки.
Ликвидация курганской ОПГ
30 января в аэропорту Шереметьево-2 РУОП арестовывает Андрея Коллегова — лидера курганской ОПГ, который прибыл в Москву из Израиля.
Информация об аресте Коллегова моментально пронеслась по криминальным кругам.
Лидер ореховской группировки Сергей Буторин (Ося), близко сотрудничавший с курганскими, и в частности с Солоником, понимает, что Коллегова могут расколоть насчет местонахождения Солоника. Если Солоника арестуют, то он может назвать заказчиков по многим заказным убийствам криминальных авторитетов. Ося дает указания своим боевикам, живущим в Греции рядом с Солоником, убрать его.
2 февраля Солоника убивают ореховские, а записку с указанием, где лежит его тело, подбрасывают специально для сотрудников московского РУОПа, которые в спешном порядке выехали на задержание Солоника.
За короткий период — полтора-два месяца — были арестованы около двадцати активных боевиков курганской группировки. Практически у всех были найдены либо оружие, либо наркотики. Причем впоследствии, когда я через своих знакомых стал интересоваться, как же все-таки правоохранительные органы сумели отследить одну из самых неуловимых группировок в Москве, то выяснилось, что сделано это было банальным способом. В Москву прибыла то ли жена, то ли любовница одного боевика. Она была вскоре задержана на вокзале сотрудниками правоохранительных органов, и во время личного обыска у нее была обнаружена записная книжка с номерами всех мобильных телефонов курганской бригады. Сыщики получили в свои руки важный козырь. С помощью спецслужбы было организовано прослушивание практически всех телефонных разговоров курганской бригады, а затем с помощью специальных установок-локаторов были выявлены места их нахождения. Дальше все было делом техники. Брали практически каждые два-три дня, причем брали после наблюдения. Одних боевиков взяли, следя за их машиной. Они совершенно спокойно ехали на своей машине, и вдруг за ними пристроилась машина ГАИ, последовал приказ остановиться. Ничего не подозревающие ребята поставили свою машину у обочины. Как только они вышли из машины и стали объясняться с гаишниками, неожиданно подъехала другая машина, из которой выскочили оперативники и бойцы СОБРа в камуфляжной форме. Боевики моментально были арестованы, положены на землю. В машине нашли оружие. Другие два бойца были взяты в кафе, в районе Сокола, когда зашли поужинать. В кафе ворвались бойцы СОБРа, и боевики были скручены. За какое-то время практически все боевики группировки были арестованы. Но лидеры Олег Нелюбин и Виталий Игнатов в спешном порядке выехали за границу. Был объявлен их срочный розыск, а затем — и розыск по линии Интерпола.
Большую роль в этой борьбе сыграла, безусловно, пресса. Время от времени стали появляться статьи, рассказывающие о преступлениях, которые совершили курганцы. Особенно большое значение имела статья в «Комсомольской правде» летом 1997 года с совершенно уникальным названием «Петровка, 38, уходит в подполье», где говорилось, что самая «отмороженная» бандитская группировка объявила муровцам войну на уничтожение. В той статье подробно расписывались все преступления, совершенные курганцами, а главное, в центре красовались портреты двух ее лидеров, которые, по информации сыщиков, в данный момент находились за границей. Практически дни их пребывания на свободе были сочтены. И действительно, вскоре пришло сообщение, что в Голландии арестован один из курганцев — Олег Нелюбин, и через некоторое время он был депортирован в Россию. Все арестованные курганцы были помещены в спецблок (СИЗО № 4) следственного изолятора «Матросская Тишина», в котором ранее сидел Солоник и который после его побега был значительно переоборудован и преобразован.
Первоначально все боевики были в полном отказе и ничего не признавали, вероятно, боялись своего лидера Олега Нелюбина. Как только его доставили, он потребовал меня в качестве своего адвоката. Вскоре мы встретились в стенах СИЗО. Олег первым делом попросил меня переговорить с коммерсантами, которым он помогал и которые работали на его деньгах, чтобы они подтвердили, что он является бизнесменом. Я срочно начал посещать банки и коммерческие структуры, на которые мне указал Нелюбин. Но все было напрасно — с некоторыми коммерсантами уже провели работу оперативники, другие просто не захотели ввязываться в это дело, заявив, что у них и без того проблем хватает.
Когда Олег об этом узнал, он пришел в бешенство. Тогда он решил вообще на следствии никаких показаний не давать. Кроме того, я ему сказал, что за мной поставлено практически круглосуточное наружное наблюдение.
Олег Нелюбин решил, что в такой ситуации нечего «дразнить гусей», и предложил мне пока выйти из дела и участвовать в качестве его адвоката на суде.
Позже события стали разворачиваться неожиданно. После моего выхода из дела Олега и Павла Зелянина (в ОПГ он был что-то вроде начальника контрразведки) вдруг переводят в общие камеры СИЗО. А через короткое время Олега Нелюбина убивают в драке в камере, а Павел Зелянин в этот же день умирает от сердечной недостаточности. Все это было крайне странно. После гибели лидеров в период следствия, а оно шло около двух лет, оперативникам удалось склонить к сотрудничеству двух боевиков, которые дали признательные показания и расклад по всем участникам группировки.
