— Ты хоть понимаешь, какому риску хотела себя подвергнуть?
— Для меня лучше заблудиться в лесу, чем оставаться здесь.
— Маленькая упрямая дурочка! — рыкнул на нее Дэн. — Погода портится; ты могла застрять где-нибудь, потерять дорогу, и единственные люди, которых ты могла бы встретить, — это охотники или заготовители. В большинстве своем это, безусловно, порядочные люди, но тебе могли попасться и такие, которые посчитали бы одинокую молодую женщину забавной игрушкой… — Его ярость достигла наивысшей точки. — Мне бы следовало хорошенько отлупить тебя, может, такой урок пошел бы тебе на пользу.
Напуганной Одри ничего не оставалось, как пойти ва-банк:
— Почему бы тебе действительно этого не сделать? Ты большой сильный мужчина. Я не смогу справиться с тобой.
— Совершенно точно! — Его глаза гневно сверкнули. — А еще меньше шансов у тебя справиться с группой подвыпивших охотников.
Одри презрительно скривила губы.
— Ну что ж, мне, должно быть, очень повезло, что рядом со мной мужчина, который собирается с помощью кулаков объяснить мне, что со мной могло бы приключиться!
— Если уж речь зашла о кулаках, возможно, мне действительно следует показать тебе, что могло случиться.
И, ухватив Одри за отвороты клетчатой шерстяной рубашки, он рванул ее с такой силой, что на пол посыпались пуговицы, а полы мгновенно распахнулись. Она в ужасе закричала, но ответ был холодным и решительным:
— Если ты не хочешь, чтобы я порвал все остальное, что на тебе надето, раздевайся сама, и побыстрее.
— Я тебя ненавижу! — бросила Одри, тем не менее не осмеливаясь нарушить его приказ.
Когда она разделась догола, Дэн заставил ее растянуться на ковре и последовал за ней, не оставляя ни тени сомнения в том, что он действительно вознамерился грубо и скоро овладеть ею, преподнеся ей наглядный урок того, что могло бы случиться с ней на пустынной лесной дороге.
Дышать было невыразимо тяжело, казалось, что пульс вот-вот прорвет вены. Но она не пыталась бороться. Она не станет сопротивляться ему, не подарит ему радости победы над собой!
Глядя в ее обреченно-покорное лицо, он произнес с неожиданной нежностью:
— Пожалуй, нет, я передумал. Думаю, что получу больше удовольствия, если заставлю тебя ответить на мои ласки, когда будет совершенно очевидно, что ты не ждешь их от меня. — Взяв Одри за подбородок, он заглянул ей в глаза и, прочитав в них вызов, с грустью улыбнулся: — Ну что, дорогая моя женушка, проверим, сколько понадобится времени, чтобы тебя распалить?
Сжав губы, Одри молчала. Дэн кончиком языка очертил контур ее упрямо сомкнутых губ, потом попытался проникнуть внутрь. Она судорожно глотнула, и он принялся целовать ее, легко и страстно. Обняв Одри за спину, привлек ее к себе, продолжая ласкать руками, губами, голосом, пока она, сдавшись, не уткнулась лицом в его загорелую шею.
Он брал ее намеренно неторопливо, изощряясь в чувственном наслаждении. Одри попыталась было воспротивиться, но он не позволил, обхватив ее бедра своими сильными руками и заставляя ее тело двигаться так, как ему было угодно, со знанием дела усиливая ее растущее напряжение, ее желание. Дэн был, несомненно, изобретательным и чувственным любовником; через некоторое время, несмотря на все попытки устоять против его обольщения, Одри уже дрожала и извивалась под ним, испытывая острое наслаждение. И словно для того, чтобы окончательно закрепить свое превосходство, Дэн несколькими мощными ритмичными движениями довел ее до вершины блаженства и оставил на полу изнемогающую, ослабевшую и теперь уже совершенно безвольную. Она лежала, ничего не чувствуя, кроме сладкой истомы, с закрытыми глазами, не слыша, как он тихо поднялся, оделся и ушел.
Спустя какое-то время, медленно приходя в себя, Одри различила доносившийся из кухни звон кастрюль и сковородок: Дэн занялся приготовлением ужина. Тепло, исходящее от камина, не могло заменить ей живого тепла его тела, ей стало холодно, и она, дрожа, быстро собрала в охапку разбросанные по полу вещи и, покачиваясь, словно пьяная, направилась в ванную.
Она приняла душ и, чувствуя растущее раздражение, начала с ожесточением натягивать на себя одежду. Она решила не менять ее: пусть Дэну станет стыдно, когда он увидит на ней рваную рубашку.
Однако если он и чувствовал стыд, то умело скрывал его. Когда она вышла из ванной, он медленно оглядел ее с головы до пят и с холодной надменностью приказал:
— Подойди.
Она понимала: чтобы сохранить хоть какую-то независимость, она не должна повиноваться его столь строгому приказу. Но… ноги сами несли ее к нему. С видом триумфатора он склонился поцеловать ее.
— Еще один поцелуй мира? — с горькой усмешкой пошутила она, отступая на шаг.
— Ты нарушила наш договор, — заметил он. — Надеюсь, что на сей раз война действительно закончена и теперь мир будет более продолжительным. Одри посмотрела на него осуждающим, полным негодования взглядом. Если он думает, что войне конец, то очень ошибается. Он выиграл только очередную битву!
ГЛАВА 10
Всю ночь лил сильный дождь, к рассвету он прекратился, и Дэн раздвинул шторы, впуская в комнаты яркий солнечный свет.
— Идеальная погода для поездки на Круглое озеро, — заметил он. — После завтрака я сам приготовлю все необходимое для пикника. Возьмем только то, что мы обычно брали с Шоном.
— Кстати, о Шоне. Ты разве не говорил, что он может заехать?
— Не думаю, что он сможет прилететь раньше полудня, так что если мы поспешим, то наверняка успеем вернуться до его появления.
Когда они позавтракали, и продукты для пикника были уложены, Дэн предложил:
— Если хочешь, можем вместе поехать к супругам Моуди.
— Да, но я… — Ее взгляд остановился на его поцарапанной щеке. Она невольно вспыхнула. — Что они подумают об этом?
Его глаза насмешливо блеснули.
— Я скажу им, что мы проводим здесь свой медовый месяц, и они подумают, что у меня очень темпераментная жена. — Он наблюдал, как краска все сильнее заливает ее лицо, и, не стараясь скрыть радости, получаемой от этого зрелища, предложил: — Ну ладно, если уж ты так стесняешься, поеду один, машину оставлю у них и вернусь верхом. Примерно через час.
Одри смотрела в окно, пока машина не скрылась среди деревьев. Потом, не в силах оставаться в доме, обула тяжелые ботинки, накинула куртку и решила пройтись к озеру. Подойдя к воде, она увидела, что к ее берегу направляется одноместное каноэ.
— Привет! — крикнула Одри и замахала рукой. — Плывите сюда.
— Привет! — радостно ответили ей с лодки. Дно лодки вскоре зашуршало по каменистому дну.
