Эмма сняла олки и разрыдалась.
Она почувствовала, как рука легла ей на плечи, заставляя придвинуться ближе. Она вдохнула ароматы роз и полотна и прижалась щекой к мягкой, теплой груди миссис Паркер-Рот.
Она уже двадцатьлет не ощущала материнского прикосновения!
Она зарыдала сильнее. Миссис Паркер-Рот еще крепче ее обняла.
– Вы просто молодец, Эмма, – проговорила наконец миссис Паркер-Рот, поглаживая ее по плечу. – Вы взвалили на себя такую ношу в столь юном возрасте!
– Но я же все испортила!
– Чепуха. Вы непростительно глупите.
– Нисколько. – Эмма села прямо и высморкалась. – Репутация Мэг испорчена, а я оскорбила тетушку Чарлза. Уверена, что леди Беатрис теперь со мной и разговаривать не пожелает!
– Конечно, леди Беатрис будет с вами разговаривать! Вы жена Чарлза и мать его сыновей. Вы сделали его очень счастливым. – Миссис Паркер-Рот усмехнулась: – На самом деле скорее всего леди Беа вам бесконечно благодарна.
– Не может быть!
– Очень даже может. Вы же знаете, что она терпеть не может светское общество. Приемы и балы. И уж если по необходимости там окажется, старается побыстрее сбежать. Думаю, поэтому она так много пьет. Иначе выла бы от раздражения.
– Вы правда так считаете?
– Да. Беа предпочитает находиться дома с мистером Элтоном. Она ведь его любит.
Эмма вздохнула:
– Надеюсь, что вы правы.
Может быть, следует забрать Мэг домой в Найтсдейл и вернуться в Лондон через год, чтобы начать все снова? Многие забудут о том, что произошло с Мэг, их внимание привлекут новые скандалы.
Это была неплохая мысль! Мальчикам в деревне привольнее. Воздух там здоровее. Останься они дома, может, у Чарли не заболело бы ухо. И общество в деревне гораздо приятнее. Лучше вообще не возвращаться в Лондон. Она могла бы позвать гостей в поместье, в том числе холостяков, как это сделала леди Беатрис, когда Чарлз унаследовал титул и стал подыскивать себе жену.
– Думаю, нам надо уехать домой.
– Нет, Эмма. Не делайте этого.
– Почему же?
– Это – отступление. – Миссис Паркер-Рот многозначительно покачала головой. – Признание своего поражения.
– Но я действительно потерпела поражение! – Сердце ее болезненно сжалось. – Если бы только…
Если бы матушка не умерла. Если бы Мэг росла с настоящей матерью, она сейчас, наверное, уже была бы замужем, а не убегала в заросли с каждым подвернувшимся мужчиной.
Казалось, миссис Паркер-Рот читает ее мысли. Она положила руку Эмме на локоть:
– Не вините себя в поведении вашей сестры.
– Но…
– Никаких «но», Эмма. У меня шестеро детей, и могу вас заверить: что бы я ни делала, как бы ни пыталась ими руководить, они все поступают так, как им вздумается. Это бывает порой крайне досадно, но в конечном счете именно к этому вы и стремитесь: вырастить сильных, независимых людей, которые знают, чего хотят.
– Но заманивать мужчин в сад?..
– Это вполне допустимо, если заманивают того, кого надо. – Миссис Паркер-Рот широко улыбнулась. – Искренне надеюсь, что Мэг сможет соблазнить моего сына на новые проступки.
Внушительные ноздри лорда Беннингтона раздулись в гримасе презрения.
– А мисс Петерсон по-прежнему пытается заманивать мужчин в укромные уголки сада.
– Правда? – Леди Фелисити бросила взгляд поверх балюстрады. Мисс Петерсон стояла у нижней ступени лестницы, спускавшейся от террасы. С ней был лорд Фрамптон. Он хмурил брови, скрестив руки на груди. – Судя по виду барона, сомневаюсь, чтобы у нее это получилось.
– Мудрый человек! – Ноздри Беннингтона снова раздулись. – Мисс Петерсон недостойна внимания.
– О?! Откуда вам это известно? – Беннингтон прочистил горло.
– Я… гм… – Он кашлянул и отвел взгляд. – Возможно, я как-то раз…
– Лорд Беннингтон, вы встречались с ней в зарослях! А я и не подозревала, что вы такой негодник!
У виконта был такой очаровательно-смущенный вид, что Фелисити захотелось его расцеловать. Ну… поцелуи – и другие действия – были ее целью, когда она уводила его из бального зала, но в этом смущенном состоянии он оказался еще привлекательнее. И кажется, его при этом распирало от гордости? Он решил, что теперь стал настоящим повесой? Она мысленно улыбнулась. Ну уж нет! Если она не ошибается, в интимном отношении он еще настоящий молокосос.
Ничего, ей будет очень приятно расширить его опыт. Гораздо более приятно, чем она ожидала. Думая об этой перспективе, она испытывала странную теплоту. Тут было возбуждение – да, но и не только оно. Тут было и нечто незнакомое.
Беннингтон дернул плечом.
– Я мог пройтись по саду с этой женщиной. Но как я уже сказал, это был не тот опыт, который мне хотелось бы повторить.
– Бедняга! – Она потрепала его по плечу. Она позаботится о том, чтобы ему захотелось повторить все то, чем он тогда занимался. – Хорошо хоть, что вас не поймали, как это произошло с Паркером-Ротом.
Этого ей говорить не следовало. Лице Беннингтона застыло. Можно было подумать, что ему в задницу вогнали трость. Он отступил на шаг и повернулся к дверям бального зала.
– Я не желаю об этом говорить.
– Разумеется!
Проклятие! Она смутно догадывалась, что Беннингтон не в восторге от Паркера-Рота, но не подозревала о том, что между ними существует столь сильная неприязнь – по крайней мере со стороны Беннингтона. Она готова была завопить от досады. Она целых полчаса трудилась над тем, чтобы оказаться с этим мужчиной наедине. Если он сейчас вернется в зал, все ее усилия окажутся напрасными.
А времени у нее было в обрез. Каждое утро она просыпалась с уверенностью, что кому-то удалось понять, что ее отец погряз в долгах. Как только станет известно о том, что она нищенка, ей уже не выйти замуж.
Ей захотелось схватить Беннингтона за руку и удержать на террасе.
Помощь пришла неожиданно.
– Черт! – тихо бросил Беннингтон, резко остановившись. Фелисити налетела на него сзади. Ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы не обхватить руками его милую, надежную талию.
– В чем дело? – прошептала она, выглядывая у него из-за спины.
Вот уж действительно: легок на помине! Паркер-Рот стоял на террасе, загораживая двери в бальный зал. Вид у него был отнюдь не счастливый.
Они могли счесть себя невидимыми: Паркер-Рот не обратил на них ни малейшего внимания. Фелисити с изумлением увидела, как мисс Петерсон подхватила подол и бросилась в темноту, оставив лорда Фрамптона.
Паркер-Рот прошагал по террасе и спустился по ступенькам в рекордно короткое время.
– Послушайте, Паркер-Рот…
– Позже, Фрамптон.
Он даже не потрудился посмотреть в сторону барона. Его внимание было сосредоточено на его добыче. Он скрылся в зарослях.
