Мне интересно было быть с ней рядом, но постепенно я начал понимать, что она очень решительная и очень находчивая женщина. Я также догадался, что она разработала план какой-то операции, который как-то затрагивал и мое будущее. Настало время, когда стала ясно — что-то нужно делать. Ситуация становилась невыносимой. Я не хотел ранить ее чувства. Мы были слишком хорошими друзьями для этого. Я не хотел ей просто сказать, что меня не будет дома каждый раз, когда она будет мне звонить. Я избрал другой путь. Я долго искал удобный случай вложить деньги в недвижимость в Калифорнии. Мой брокер нашел это место. Сделка показалась мне удачной, если судить по нынешним ценам. Я дал «добро» своему брокеру и попросил как можно дольше держать это в секрете. Когда документы были готовы, я попросту улизнул со своего ранчо в Неваде. Я попросил передать Этель, что неожиданно уехал по делам и буду отсутствовать некоторое время, что как только представится возможность, я свяжусь с ней. Потом я сел в свой самолет и улетел в Денвер. В Денвере я поставил самолет в ангар, прилетел рейсовым самолетом в Лос-Анджелес, забрал новый автомобиль, купленный ради этого случая, и приехал сюда.
Я был очень осторожен, с тем чтобы Этель Гарвин не узнала, где я. Ваше сообщение о том, что она находится или была в Калифорнии, шокировало меня как своего рода малоприятная неожиданность. Я подозревал, что она подумает, что я во Флориде. Нет необходимости говорить, что ее не было здесь прошлой ночью, она не заправляла у меня свою машину, я не видел ее с того времени, как уехал из Невады. Известие о том, что она была убита сегодня ранним утром, для меня больше, чем шок. Оно наполняет меня гневом. Она была очень обаятельная женщина… Я свидетельствую, что, как я узнал, при жизни Этель Гарвин панически боялась своего мужа. Она хотела что-то предпринять. Что именно, я не знаю, но она страшно боялась того, что предпримет ее муж, когда она начнет приводить свой план в исполнение.
Есть некоторые вещи, которые я мог бы сообщить вам при свидетелях, но которые я скажу полиции, если будет нужно. Такие вещи, мистер Мейсон, которые выставят вашего клиента в очень невыгодном для него свете. А теперь я думаю, что заявление закончено, и тем самым нет необходимости продолжать наше интервью.
— Крайне интересно, — произнес Мейсон. — Вы уверены, что говорите нам чистую правду?
— Я не приучен лгать.
— Вы абсолютно уверены, что Этель Гарвин не приезжала сюда сегодня ночью и не заправляла свою машину так, что вы не узнали об этом?
— Это же абсурд, джентльмены. Во-первых, бензоколонка закрыта. Во-вторых, она никак не могла знать, что я в Калифорнии. Я предпринял продуманные шаги, чтобы она не догадалась.
— Ой ли?! — спросил Дрейк. — Вы не пытались выяснить, когда она уехала из Невады?
— Что заставляет вас задавать такой вопрос, мистер Дрейк?
— Вы очень привязаны к своему ранчо в Неваде. Трудно поверить, что вы просто собирались уехать и его бросить. Можно предположить, что когда Этель Гарвин уехала бы, вы бы вернулись.
Хекли согласно кивнул головой.
— Я вижу, что вы довольно ловкий человек, мистер Дрейк. Уверен, что мистер Мейсон высоко ценит вас. Вопрос хорошо поставлен.
— А ответ?
— А ответ, мистер Дрейк, такой, что никто, абсолютно никто не знал, что я здесь.
— А кто следит за ранчо в ваше отсутствие?
— Мой управляющий держит рот на замке. Я высоко ценю его преданность и честность, с которой он ведет дела и охраняет мои интересы. Он имеет сумму на открытом счету, достаточную для того, чтобы поддерживать порядок на ранчо, пока я отсутствую.
— Вы находились дома прошлой ночью? — спросил Мейсон.
— Я уже сказал, что не намерен обсуждать это дело дальше, — твердо ответил Хекли. — Я дал вам информацию и собираюсь пожелать вам доброй ночи.
Он прошел мимо них через библиотеку в холл и открыл входную дверь.
Делла Стрит поймала взгляд Мейсона и согласно кивнула.
— Идите вперед, шеф.
Она прошлась вдоль шкафов, подождала, пока Мейсон и Дрейк не покинули комнату. Немного погодя она вышла вслед за ними.
— Спокойной ночи, — немного чопорно сказал Хекли.
— Спокойной ночи, — ответил Мейсон.
Дрейк промолчал. Делла Стрит одарила Хекли самой дружеской улыбкой: «Спокойной ночи, мистер Хекли, огромное вам спасибо».
— Мне также было приятно, — ответил тот. — Рекс, сидеть на месте. Эти люди уходят.
Собака, на этот раз ведя себя послушно и менее враждебно, уселась на задние лапы и уставилась на Хекли, ожидая приказаний. Мейсон пошел впереди к автомобилю и занял место водителя. Дрейк попридержал дверцу, пока Делла Стрит не устроилась в машине. Затем он залез в кабину, бросив оценивающий взгляд через плечо в сторону собаки, и быстрым движением руки захлопнул дверцу.
Делла засмеялась.
— Все еще думаете о собаке, Пол?
— Черт подери, еще бы!
Хекли, стоя неподвижно у входной двери, проводил взглядом отъезжавшую машину. Делла Стрит увидела, что он смотрит в их сторону, и приветливо взмахнула рукой. Губы Хекли смягчились в улыбку. Машина выехала на дорогу, покрытую гравием.
— Ну,
