Она отвернулась от него и сказала:
— Вы снова смеетесь надо мной.
— Лучше сказать, что я вас поддразниваю, — ответил Джастин. — Если вы поедете со мной в Брайтон, я обещаю, что все остальные женщины будут завидовать вашему наряду.
— Если вы имеете в виду, что собираетесь покупать мне одежду, милорд, — вскинула головку Ивона, — то я ее никогда не приму!
— Слишком поздно провозглашать себя рабой приличий, — возразил Джастин, — после таких неприличных поступков, как вторжение в мой дом, присвоение жалованья моих слуг и распродажа уникальной коллекции табакерок.
Во время этой обличительной речи Ивона смотрела на маркиза и заметила, что он не только ничуть не рассержен, но скорее даже находит это забавным.
— После всего этого, — продолжал он, — стоит ли даже говорить о том, чтобы принять платье, шляпку и пару перчаток.
Джастин немного помолчал и спокойно добавил:
— Во всяком случае, вы ведь не молоденькая невинная дебютантка, которая боится утратить свою репутацию и, конечно, свою невинность.
Он подождал, пока на щеках Ивоны, как и раньше, появится краска, и подумал, что этот ее нежный румянец, медленно заливающий лицо, напоминает легкую предрассветную дымку на небе.
— П-прошу вас, милорд, не заставляйте меня ехать в Брайтон, — повторила Ивона, умоляюще глядя на него. — Это самое страшное из всего, что мне приходилось делать в жизни.
— Я буду рядом с вами, — сказал маркиз, — и позабочусь о том, чтобы вы не сделали ошибок. Вы зря боитесь, обещаю вам — вы получите массу удовольствия.
Пытаясь пресечь ее новые возражения, он быстро добавил:
— Но прежде чем отправиться так далеко, нам нужно решить еще ряд проблем, и думаю, вы догадываетесь, какая из них будет первой.
— О чем вы говорите? — спросила Ивона, не понимая, к чему он клонит.
Во-первых, вы должны переехать в Хертклиф, — ответил Джастин. — Предполагается, что у нас с вами сейчас медовый месяц, и думаю, новость о нашей свадьбе может привести в замок кучу гостей, желанных и нежеланных. И они найдут по меньшей Мере странным, если окажется, что моя жена живет в одном доме, а я — в другом.
Ивона смотрела на него широко раскрытыми глазами.
— Вы ведь на самом деле не имеете в виду…
— Безусловно, я имею в виду именно это, — ответил маркиз. — Так будет правильно со всех точек зрения. Будете ли вы играть роль моей жены или нет, но я не имею ни малейшего намерения оставлять вас и вашу няню здесь одних с пятью инвалидами на милость любого негодяя, который промышляет на большой дороге.
Он поднялся с кресла со словами:
— И я не собираюсь спорить об этом. Сейчас я возвращусь в Хертклиф и пришлю карету для вас и вашей няни и ландо для раненых. Траверс приготовит для них комнаты. Как вы знаете, Хертклиф достаточно велик, чтобы разместить там целую армию. Или я должен был сказать флот? — Джастин с усмешкой взглянул на нее. — Ваш дом будет закрыт, но я позабочусь, чтобы его охраняли.
Закончив свою речь, он взглянул на Ивону. Она смотрела прямо на него, по-детски сложив руки на коленях, и Джастин подумал, какой прелестной и одновременно невинной и трогательной она выглядит.
— Положитесь на меня, — сказал он мягко.
Затем, поскольку Ивона не могла найти слов для ответа и, казалось, даже дышала с трудом, он вышел из комнаты.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
— Просто не верится, что мы тут уже целых пять дней, — сказала Ивона няне, меняя костюм для верховой езды на свое лучшее зеленое платье, в котором она собиралась спуститься к чаю.
— Наши раненые выглядят гораздо лучше, — ответила няня, — и хотя мне приятно думать, что мы за ними хорошо ухаживаем, наверное, все дело в хорошем питании, которое они получают в доме его светлости. Я не знала, пока не попала сюда, что можно приготовить столько разных блюд из мяса.
Ивона улыбнулась.
Ее старая няня просто наслаждалась жизнью в Хертклифе и могла нахваливать бесконечно вкусную еду, красивый дом и мягкую постель.
Она не привыкла, чтобы ее обслуживали, и впервые в жизни проводила дни, наслаждаясь праздностью. Старушка все время хвалила порядки в доме и организацию хозяйства.
— Не представляю, что бы сказал дедушка, если бы услышал тебя, — поддразнивала ее Ивона.
Девушка понимала, что после всех лишений военных лет, когда у них был на счету каждый пенс, няня заслужила свой отдых.
Ивона, в свою очередь, тоже прекрасно проводила время.
Она даже не представляла, насколько приятно иметь превосходных лошадей и заботливых слуг, угадывающих каждое желание еще до того, как оно возникло. Но самое замечательное, что ее ожидало в Хертклифе, была компания двух блестящих молодых людей.
Раньше Ивона считала, наслушавшись рассказов об амурных приключениях маркиза и его красоте, что он должен быть глуп и равнодушен ко всему, кроме развлечений высшего света.
Вместо этого она обнаружила ум и образованность. Застольные разговоры в Хертклифе были настолько содержательны и интересны, что ей иногда казалось, что она играет роль в пьесе.
Да и все остальное, происходящее в замке, как бы сошло в реальность с театральных подмостков, и хотя девушка старалась не признаваться себе в этом, она страшилась момента, когда опустится занавес и ей придется уйти со сцены.
Каждый вечер, перед тем как уснуть, она перебирала в памяти не блестящие шутки и остроумные замечания, а лицо, облик, жесты и голос маркиза.
Ивоне казалось, что судьба щедро наделила этого человека: он был красив, умен, мужественен, элегантен.
Ее поражала физическая сила маркиза. Он был так вынослив, что самые тяжелые нагрузки, казалось, не утомляли его.
По-прежнему стояла жаркая погода, и маркиз с сэром Энтони каждый день отправлялись к морю и подолгу плавали. Затем друзья возвращались, бодрые и веселые, съедали в компании Ивоны обильный завтрак, и все втроем отправлялись на верховую прогулку.
К деревне вела прекрасная долгая дорога, по которой они могли скакать галопом, пока лошади не уставали, а во владениях маркиза имелось множество уголков, которые Джастин не посещал много лет. Ивона показывала друзьям все достопримечательности и рассказывала местные легенды, связанные с ними.
Мужчины слушали ее, иногда поддразнивая, а Энтони делал ей замысловатые комплименты, которые ужасно смешили ее, после того как она к ним привыкла.
Ивоне было приятно думать, что он восхищается ею, но больше всего ее интересовало, как к ней относится маркиз.
Девушке казалось, что он постоянно наблюдает за ней. Может быть, он боялся, что она может чем-нибудь скомпрометировать его, или он сравнивал ее с леди Роз и другими красавицами из высшего общества?
