лишь делаю то, что в любом случае не заставит себя долго ждать.
Итак, почти всем уже известно, что существует некий секретный эксперимент, который тянется тысячелетиями. Многие скептики до сих пор в него не верят, однако это действительно так. Он начался, как только земные телескопы обнаружили далекую планету, а случилось это около семидесяти веков назад. Могу себе представить тот восторг, который испытали ее первооткрыватели, увидевшие воочию, что небесное тело населяют представители того же биологического вида, что и мы. При этом жители Биотеи – такое название получила планета – находились на значительно более раннем этапе развития цивилизации, а именно на границе между неолитом и энеолитом.
Важно отметить, что знакомство было сугубо односторонним. Земляне сразу поняли, что открытое небесное тело имеет колоссальный научный потенциал. Ни о каком вмешательстве в жизнь Биотеи речи не шло. Идея состояла только в том, чтобы начать тотальное наблюдение и протоколирование всего, происходящего на «юной» планете. Это было важно, поскольку «старшее человечество» пребывало в глубоком кризисе. Споры по поводу его природы и названия не утихают до сих пор, но все же большинство теоретиков связывают основную проблему с непрерывно и стремительно нарастающей сложностью всего. Это касается вовсе не только технических систем. Люди давно не использовали простые вещи, не испытывали простые эмоции, не делали простые выводы, не воспринимали мир в его первозданной и незатейливой, в хорошем смысле, простоте. Человек на земле давно уже не был просто счастлив! Мои современники знают об этом не понаслышке, однако я излагаю известные им вещи, ведь, кто знает, кому и когда попадет в руки эта записка.
Даже простейшие добродетели давно оставили людей. Исчезла искренняя и одухотворяющая вера. Стала невообразима чистая любовь. Единственное, что оставалось, – это надежда, но надежда на что-то очень сложное. Только беспрецедентные меры решат беспрецедентные проблемы! Так рассудило человечество и принялось надеяться на головокружительный проект, в который были вовлечены миллионы ученых, но искать решение в чем-то менее масштабном люди не были согласны!
Именно надежда толкнула землян на то, чтобы сделать биотейцев невольными участниками крупнейшего и самого длительного эксперимента в истории нашей науки. По орбитам вокруг планеты завертелись спутники, а на ее поверхности появились множественные устройства наблюдения, разнообразные датчики, а также телепортаторы для быстрого перемещения на Биотею. Это не противоречило условию невмешательства, поскольку с применением новейших средств маскировки местные жители не могли заметить землян, несмотря на то что число гостей прирастало с каждым годом. Исследователи нуждались во все более детальных отчетах, это вело к увеличению парка техники слежения, которая требовала все больше людей для обслуживания. Потому вскоре на Биотее размещался огромный контингент персонала.
Поступающие показания приборов распределялись на Земле между несколькими исследовательскими центрами, которые круглосуточно протоколировали и анализировали каждое действие «младшего человечества». Это было удивительно! Ученые, прибывавшие на службу посредством летательных аппаратов, наблюдали за тем, как представители того же биологического вида осваивали принципы первобытного существования общества.
Поколения сменяли друг друга на обеих планетах. История Биотеи, накопленная и систематизированная высококвалифицированными специалистами, была, разумеется, короче, но не в пример детальнее земной. В этом нет ничего удивительного, на ранних порах «старшее человечество» не имело средств и навыков долговечной фиксации событий, да и вообще – следует это признать – относилось к своему прошлому и настоящему достаточно легкомысленно. Наблюдая за Биотеей, земляне уже не повторяли эту ошибку – каждое мгновение хранилось в квантовых банках данных. Вся эта информация беспрестанно дублировалась для вящей надежности, ведь ставки были действительно высоки.
Исследователи понимали, что вряд ли удастся отыскать выход из сложившейся у нас кризисной ситуации непосредственно на родной планете. Скорее он мог прийти откуда-то извне. Ученым казалось, и я разделяю эту точку зрения, что на некой развилке истории люди Земли «свернули» не туда. И поэтому в Биотее мы видели едва ли не спасение. Те, кто был склонен к мистицизму, даже создали культ этой планеты. Они считали ее буквально ниспосланной свыше – уж слишком «подходящий» в своей беспросветности момент кто-то выбрал для ее появления. Со временем на Земле возникло множество сект, почитающих Биотею как спасение.
Думаю, вы уже догадались, что главная задача эксперимента состояла в обнаружении этой «точки невозврата», которую люди так стремительно проскочили в ходе земной истории. Потом предстояло как-то постфактум исправить ситуацию, но об этом ученые пока не думали, поскольку одна только локализация проблемы – уже задача не из легких. Когда именно следовало ожидать ее появления в судьбе биотейцев? В каком виде и в какой сфере она должна была возникнуть? Такие вопросы требовали все более подробных отчетов о течении жизни на планете. Впрочем, ответ на последний из них казался очевидным и даже не вызвал дискуссий – внимание исследователей главным образом было сфокусировано на таких сферах, как философия, искусство и прочие аспекты именно духовной жизни. Сомнений быть не могло, ошибка локализуется где-то здесь. Отмечу, что и это общее мнение я разделял.
Проецируя собственную историю на Биотею, ученые с особым трепетом ожидали того момента, когда на планете начнется их античность – эпоха, когда царил дистиллированный разум и при этом философы не были еще отягощены знаниями и заблуждениями многих поколений предшественников, забыть о которых на Земле уже не представлялось возможным.
Большинство исследователей не сомневалось, что искомая проблема будет обнаружена уже на этом витке развития далекой планеты. Они аргументировали свою точку зрения тем, что современная земная философия недалеко ушла от Платона и Аристотеля. Утверждали, будто ответы на базовые вопросы бытия в Древней Греции лежали на поверхности, просто тогда на них не обратили внимания, а впоследствии эти знания оказались погребенными под песками времен. Все надеялись, что даже если биотейцы – а точнее, биотэллины – повторят ошибку землян и не ухватятся за сокровенные ответы, то уж наши ученые не дадут им сгинуть вновь. Должен признаться, что, если бы я жил в те достославные времена, то, скорее всего, тоже придерживался бы такого взгляда.
В назначенный срок три философа «младшего человечества» и правда задумались о космогенезисе. Они последовательно выдвинули свои предположения. Первый сказал, что все на свете произошло из воды. Второй считал, что корни бытия уходят в бесконечную вневременную первичную субстанцию. Третий же отвел роль прародителя сущего воздуху. Наблюдатели на Земле заходились в неописуемом восторге. Они будто стали свидетелями того, как трогательное, наивное, только что родившееся существо встает, поднимается и расправляет крылья. Быть может, именно волшебные чувства, связанные с этим переживанием, сокрыли от них главное – упомянутых философов звали Фалесом, Анаксимандром и
