меня подтверждение своей правоты. Так?
— Нет. Один умный человек мне как-то сказал: «Если тебе кажется, что в чьих-то поступках нет логики, то возможно у тебя просто неверные исходные данные».
— Случайно, это не таинственный друг из усадьбы Лешего?
— Считай, что прогиб засчитан. Григорий Лукьянович лесть ценит и тебе обязательно присвоит внеочередное звание ефрейтора.
— Это сарказм? — добавив клёкота, поинтересовался имп.
— Ты больно умный стал с тех пор, как научился говорить. До этого мне больше нравился. Сидел спокойно и только водку периодически требовал, чтобы взбодриться.
— Так вот почему ты перестал угощать меня!
— Пока идёт операция — сухой закон! А после я вложу в чехол разгрузки бутылку, вставлю в неё соломинку, а другой конец примотаю скотчем к твоей пасти. Будешь вечно молодой, вечно пьяный.
— Замечтательное предложение, но не получится. Люди начнут коситься, задавать вопросы.
— Скажу, что антенна от рации.
В расположении царил бардак. Если бы старшина его бывшего подразделения, куда входила группа ликвидаторов, зайдя в казарму сподобился увидеть подобное святотатство, прапорщика Голобородько, по прозвищу Таракан, хватил бы удар.
Поперёк ангара новобранцы не только натянули бельевые верёвки, но и прямо сейчас развешивали на них постиранное бельё. Ладно бы мужское. Такое командир мог бы понять и как-то объяснить, но вещи принадлежали к женскому гардеробу. Причём самые интимные аксессуары висели на самом видном месте.
Шрам крякнул, пытаясь подобрать наиболее цензурные выражения из своего лексикона.
— Товарищ сержант, — заметив командира, Анжелика сбросила на Амбу ожерелье из прищепок и приблизилась строевым шагом, — Личный состав вверенного вам подразделения занимается утренним осмотром и подготовкой к построению на занятия.
— Вольно, — козырнул Шрам, проглотив готовые к употреблению ругательства.
Нет, ну, что тут скажешь? Строевой шаг сам по себе красиво смотрится, а когда его исполняет женщина, это в довесок ко всему выглядит возбуждающе и эротично.
— А кто там храпит, как сантехник в фановой трубе? — насупил брови сержант, дабы никто преждевременно не расслаблялся.
— Бирюк, — сообщила Анжелика, — Припёрся в три часа ночи. Заявил, что в списках. Сказал, мол, умаялся и хочет спать. Жора, кстати, подтвердил его слова.
— Кто такой Жора? — переспросил Шрам, от шока переходя на шёпот.
— То есть как кто? Ваш гражданский помощник.
— Жора значит…
Натренированный слух Амбы мгновенно уловил недоброжелательные нотки в тоне командира, и он забасил, пытаясь скрасить произведённое Анжеликой впечатление:
— Бирюк прибыл. Целую тележку барахла с собой припёр. Два ранца патронов. Три тысячи в каждом! Даже я с трудом поднял. Бирюк сказал экзоскелет нужен или второй номер с электрокаром. В слободе у каждого третьего брички есть. У тебя лошадь. За пять секунд тачанку сварганим.
Шрам хотел прикрыть глаза ладонью, но сообразив, что будет выглядеть слишком мемно, махнул рукой и удалился в командный закуток.
Набрав код и отперев сейф, частично успокоился. А что, собственно говоря, он ожидал от мобилизованного им сброда? Костоломовка это не Рязань, где любое подразделение комплектовалось согласно штатному расписанию из прошедших начальную военную подготовку солдат. Тех фильтровали специально обученные офицеры строевой части. Отбор проходил жёстко. Выбирали не за красоту и стать, как во времена Екатерины II, а исходя из предрасположенности к определённым военным профессиям. Уже эти наклонности развивали и оттачивали на полигонах, превращая в навыки, которые потом не пропьёшь.
Последнее определение относилось к Бирюку. Тот, конечно, последние десять лет бухал, но Шрам очень надеялся, что не забыл, чему учили в армии.
Достав документы, сержант сел в кресло. Это был не офисный вариант, способный сломаться от удара армейским ботинком. Такие конструкции варили из высокопрочной стали, способной выдержать попадание в блиндаж барражирующего боеприпаса или тактической боеголовки. С тем расчётом, чтобы командор, успевший укрыться за креслом, мог быстро, смахнув с плеч труху развороченного командного пункта, занять своё место и продолжить руководить подразделением.
Лично, сержант этого не проверял, но такую байку слышал, во время службы в рядах Российской армии.
— Я разбудил, Бирюка, — доложил Амба, с опаской просовывая голову из-за занавески, — Какие будут распоряжения?
— Строиться! — рявкнул Шрам и побитую морду гражданского помощника сдуло ветром.
Сержант достал из рюкзака нагрудник, ловко надел поверх куртки. На нём, подтянув лямки фиксаторов, закрепил жилет разгрузки с модульными планшетами. Повесил на крючок кожаную шляпу, с загнутыми на манер американских ковбоев полями и водрузил поверх банданы, армейскую кепку. «Грач» из наплечной кобуры перекочевал в чехол под бронещиток, закрывающий сердце. Стопка фотографий отправилась в боковой планшет, а документы, свернув в трубочку, зажал в кулаке.
Пародия на боевую группу выстроилась аккурат под сушившимся бельём. Командование взял на себя Амба, как особа приближённая к императору.
— Смирно! — скомандовал Шрам и, балансируя между смехом и смятением, осмотрел личный состав.
Военная форма присутствовала только на Анжелике. Городской вариант Росгвардии. Остальные оделись кто во что горазд. Причём модные кроссовки Семёна, резали глаза своими яркими вставками.
— Мля, ополчение, — грустно покачал головой сержант и, убрав руки за спину, скомандовал, — Вольно! Хотел сразу обозначить цели нашего задания, но, что-то мне подсказывает, инструктаж придётся перенести. Сначала следует привести вас в хотя бы подобие боевого подразделения. Глава администрации дал карт-бланш на экипировку и вооружение группы. Поэтому берём самое необходимое и выдвигается на оптовый склад. Попытаюсь привести вас в божеский вид.
— Лабаз открывается в восемь, — сообщил Амба, но поняв, что брякнул лишнее и без разрешения командира, попытался ужаться до размеров своей протеже.
Впрочем, Шрам смирился и решил не нагнетать ситуацию. Посмотрел на часы и предложил:
— Найдем, чем убить время. Отряду нужно знамя. Предлагаю использовать для него вот это кружевное чудо.
Сержант кивнул на висящие на бечёвке трусы нежно алого цвета. Амба нервно хихикнул, а командир продолжил.
— А вон те кружевные кармашки для близнецов, предлагаю использовать в качестве боевого вымпела. Закрепим на древке в виде сигнума, на манер эмблем древнеримских когорт.
— Разрешите обратится?! — пунцовея от злости, вытянулась в струнку Анжелика.
— Не разрешаю! — цикнул Шрам и скомандовал, — Разойдись!
— А мне нравится идея! — набычился Амба, заслоняя собой девушку, — Чё ты начинаешь, Денис? Ты командуй, но за помелом следи! На штандарт мои труханы предлагаю. Есть у меня красные, правда застиранные, но издали будет казаться, что со знаменем не один раз в атаку ходили. А по размеру подойдут для полкового стяга.
— Отставить препирательства! — давясь от смеха распорядился Шрам, — Давай, Бирюк, хвались своим «Скорпионом»*. Я систему в деле видел, но на расстоянии. В руках не держал.
— Да тут всё просто, — абсолютно невозмутимый пулемётчик подошёл к тележке и скинул в сторону кусок брезента.
-----
Скорпион* — система подачи боеприпасов. В "Скорпионе" используется
