Тайгер не упомянул сидящего здесь же Ника Имбри, из чего я заключила, что Эрик "не видит". Он может угадать экстрасенса по его действиям или по результату его деятельности, но никак — по движению энергии в личном пространстве человека.
— Ты очень сильный экстрасенс? — спросил меня Брент.
— Уточните, что вы имеете в виду под определением "сильный экстрасенс", — хмуро предложила я. — Сила ведь может быть разная.
— Например?
— Можно просто иметь сильную энергию. Можно уметь ею манипулировать. Можно жить со всем этим и считать, что эта способность естественна, как способность метко стрелять.
— Ата, я задал вопрос, на который ожидал услышать "да" или "нет", — саркастически сказал майор. — В ответ слышу минилекцию. Может быть, я и правда неправильно сформулировал вопрос. Хорошо. Итак, как ты считаешь сама, ты сильная?
Я помолчала, прикидывая. В конце концов, мне впервые задают вопрос такого рода. Оценить себя трудно. Поэтому сказала осторожно:
— Ну, поскольку я срываюсь и не всегда могу себя сразу переключить на работу с энергией, то, наверное, экстрасенс из меня не очень.
— То есть, насколько я понял, всё решает разница между умением и владением. Если бы ты не только умела, но и владела…
— Правильно. Была бы идеальным экстрасенсом.
Глаза майора вдруг вспыхнули.
— Ты дралась там, в коридоре… А столкнувшись с живыми уродами, могла бы использовать свои силы, чтоб их уничтожить?
Вопрос поставил меня в тупик. Откуда мне знать, когда я ни разу не думала о таком применении энергии? Так честно и ответила:
— Не знаю.
— Никогда не пробовала?
— Окстись, Брент! Откуда?! Я ж их впервые вижу!
— Ну, хорошо.
Майор откинулся на спинку стула, на который наконец сел. Села и я. После небольшой паузы, рассеянно оглядывая отсек, Брент увидел Ника Имбри и — вспомнил, по какому поводу вызвал нас.
— Мне нужно… Нет, всей нашей команде нужно, чтобы до конца нашей миссии вы оба друг с другом не воевали. Это приказ. Меня поняли?
Имбри дёрнул плечом. Вроде как согласен.
— Ладно, — неохотно сказала я.
— Нет, не ладно, — возразил майор. — Обменяйтесь рукопожатием, тогда я приму твоё "ладно".
Мы встали и пожали друг другу руки. Я — вяло, Имбри — безразлично, как здороваются с человеком, до которого и дела нет, но он протянул ладонь — и приходится…
— Можем идти? — спросил Имбри.
— Ещё один вопрос. Точнее, проблема, — вздохнул майор и почти искательно взглянул на Имбри. — Барри Боуэн. Он и правда что-то вспоминает?
— А, надоел. Бормочет и бормочет о тенях.
— Ник, ассоциаций никаких? Ты видел сон с тенями, Барри бормочет о них?
— Ассоциация одна: если я видел чужой сон, почему бы и Барри его не увидеть?
— Уж кто-кто, а ты должен знать: сириусец помнит сны с момента засыпания до пробуждения. До последней детали. Тем более, Барри безуспешно пытался вспомнить миф или легенду, пока ты был в больничном отсеке. При виде тебя он соотнёс, как он выразился, "шепчущие тени" с твоим сном. Но ведь во сне тени молчали. А воспоминания Боуэна связаны не только с шёпотом, но и с шорохом теней.
— И чего вы от меня-то хотите?
— Уговори Боуэна попробовать вспомнить с МПК.
— Уговаривать Барри? На МПК?! Гиблое дело!
— Майор, разрешите мне поговорить с Имбри, — вмешалась я.
Обозлённый, но ещё не доведённый до высшей точки кипения Брент кивнул. Имбри сунул руки в карманы комбинезона и выжидающе улыбался. Я оглянулась на заинтересованного лейтенанта и сказала Имбри:
— Пошли — выйдем?
— Пошли! — Он чуть передразнил меня. Кажется, ему-то было весело.
За порогом майорова отсека я проверила, плотно ли закрыта дверь, и обернулась к Имбри. Он стоял в шаге от меня. Так что, повернувшись, я едва не ткнулась носом в его грудь.
— Ну? — достаточно высокомерно осведомился он.
Поколебавшись, я подняла руку коснуться его левой щеки — так, чтобы кончики пальцев касались и небольшого углубления на височной кости.
Имбри сначала удивился, затем криво усмехнулся.
— Ты собираешься подготовить меня на разговор с Боуэном?
Телепатия мне всегда давалась с трудом, поскольку пользовалась ею редко. Но при физическом контакте я говорила легко.
"Перечисляя экстрасенсов на борту катера, Тайгер не упомянул твоего имени. Поэтому сейчас и здесь я занимаюсь шантажом: не захочешь уговорить Боуэна — скажу лейтенанту с майором, кто ты".
Ошеломлённый Имбри качнулся от моей ладони. Мне пришлось сделать шаг, чтобы контакт не обрывался. Привыкая к ощущениям, чернявый помедлил с ответом.
"А мне плевать, будут они знать или нет".
"Хорошо. Этот шантаж не получился. Но это был первый вариант. У меня в запасе второй. Ведь я очень хочу вернуться живой с Персея. Итак, слушай следующее условие: если не уговоришь Боуэна — я блокирую твои способности управлять энергией".
У Ника Имбри перехватило дыхание. Ещё бы. Работать с энергией — сильнейший наркотик, это умение превращается в часть твоей жизни, потеряв которую, первое время адаптации к обычной жизни чувствуешь себя выброшенным за борт, беззащитным до дрожи в коленках.
"Ты… это можешь?" — шёпотом спросил он.
"Хочешь проверить? Сутки блокирования — как смотришь?"
— Нет! Я согласен! Я поговорю с Боуэном! — Забывшись, он сказал это вслух. — Но только поговорю. Попытаюсь его уломать. Но ведь сириусец упрям, как черт. А если у меня не получится? Просто не получится?
— На что падок Боуэн? — я тоже заговорила вслух.
Имбри помолчал, вспоминая и с сожалением проводив взглядом мою ладонь, которую я убрала с его щеки.
— Вроде ему понравился один из скутеров в "предбаннике" катера. Помнишь, там было несколько челноков, а за ними — скутеры.
Я вспомнила наше впечатляющее пришествие на катер, когда следяще-сканирующие приборы взорвались. Майору пришлось укрывать нас плотным чехлом, сорванным с одного из челноков. Скутеров я не видела, но за холмами челноков прятались зачехлённые холмики. Возможно, это и есть скутеры.
— Точно понравился?
— Да он гладил его, как котёнка!
— Ну, тогда отпадает необходимость в твоём разговоре с ним. Пусть этим займётся Брент. Ладно, пошли.
До двери в отсек майора всего шага три-четыре. Я ещё только разворачивалась, когда Имбри стремительно шагнул ко мне. Враждебностью от него не веяло, поэтому я спокойно переждала его поцелуй — тёплый выдох и прикосновение сухих губ к затылку. Только чуть дрогнули эмпатоблоки, а внутренний голос изумлённо вопросил: "Что это было?.."
— Это благодарность, что не тебе придётся говорить с Боуэном? — не оборачиваясь, спросила я.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
