Читаем без скачивания Особый курьер - Алекс Орлов

Свой «иксландер» Чакки нашел на стартовой площадке. Машина была полностью укомплектована боезапасом и подготовлена к вылету. Заботливым механиком Рейхом к плоскости была приставлена лесенка, а подвешенные на корпус бомбы оказались натерты маслом и блестели, как лакированные ботинки.

Рейх любил, когда все сияло и блестело, а вот Чакки внешний вид машины волновал мало.

«Главное, чтобы пушки работали, – бывало, говорил он. – А с закопченными боками я как-нибудь смирюсь».

Чакки скомкал пустой пакет и отшвырнул его в сторону, вытер руки о комбинезон и стал взбираться на плоскость. Оказавшись на крыле, он по привычке попрыгал, проверяя балансировку навесного вооружения, однако многотонный перехватчик едва пошевелился. Пилот удовлетворенно кивнул и затопал к открытому фонарю кабины.

Не успел Чакки опуститься в кресло, как на панели замигала лампочка радиовызова.

– Пилот Слайдер, – отозвался Чакки.

– Уже пообедал, Чак? – узнал Слайдер голос генерала Легмара.

– Да, сэр. Готов к выполнению задания.

– О’кей, Чак. Возьмешь Грегори и смотайтесь в квадрат 23-45-Восток. Там должен быть почтовый уиндер, бортовой номер – «2978». Это шпионское судно, и его нужно сжечь безо всяких разговоров. Сжечь и быстро вернуться обратно. Кроме моей личной благодарности получите по пять тысяч премии.

– Служу Республике, сэр!

– Погоди радоваться. Судно очень маневренное, рядом район, находящийся под федеральным контролем. Полицейские суда и всякое прочее…

– Мы сделаем все как надо, сэр.

– Ладно, действуйте, – сказал генерал и отключил связь.

Чакки набрал код Ференца Грегори, и тут на палубе загудели тревожные сирены. Из всех углов, словно муравьи, повыскакивали аварийные команды и со всех ног помчались к подъемнику.

Чтобы ничего не пропустить, Чакки выбрался на плоскость. С ее высоты он увидел, как разошлись створки и транспортер поднял на палубу искореженный «иксландер».

Оказавшись в кислородной среде, машина начала гореть, но полсотни пенных струй в мгновение ока уняли пламя. На усеянные пробоинами плоскости полезла медицинская команда.

Опознавательных знаков видно не было, но Чакки узнал машину Берта Онтарио. Берт был хорошим летчиком, но торпеды об этом ничего не знали. Теперь беднягу извлекали из-под оплавленного колпака, и оставалось только удивляться, как Берт сумел довести машину до авианосца.

Спустя пару секунд на другой площадке всплыл перехватчик Джонни Лукойла. Он тоже выглядел не очень хорошо, однако Джонни сам выбрался из кабины и без посторонней помощи спустился по приставному трапу.

Среди набежавших пилотов и персонала Чакки узнал Ференца Грегори.

– Ферни! Фе-е-ерни! – закричал Слайдер и замахал руками.

Наконец Грегори обратил на него внимание и направился к машине Чакки.

– Ты видел, что случилось с Бертом? – крикнул снизу Грегори.

– К сожалению, очень хорошо видел, Ферни, – кивнул Слайдер. – Куда они ходили?

– На Черную Россыпь. Берт, Джонни и Левин.

– А Левин, значит…

– Как видишь, – кивнул Грегори.

– Для нас с тобой есть персональное задание, – уже не так громко сообщил Чакки.

– Надеюсь, не на Черную Россыпь? – уточнил Грегори, оглядываясь на происходящую суету.

– Нет, это задание из тех, что так любит генерал Легмар.

– Хорошо, если так. Когда выходим?

– Прямо сейчас. Давай бегом.

Грегори ушел к своей машине, а Слайдер протопал по плоскости и занял место в кабине. Он уже включил механизм герметизации, когда Грегори вышел на связь и сообщил, что готов к вылету.

– Отлично, Ферни, поехали. – Слайдер щелкнул застежками шлема и вызвал диспетчера: – Я борт «47-К», выхожу на задание категории «четыре». Со мной борт «52-К». Прошу дать отправление.

– Подтверждаю задание четвертой категории. Для бортов «47-К» и «52-К» – пуск площадки, – объявил диспетчер.

Спустя пару секунд включились механизмы транспортера, и «иксландер» Чакки Слайдера ушел под пол, оказавшись в темноте транспортных коридоров.

Один за другим открывались шлюзы и с громким лязгом захлопывались позади транспортного стола. Последними разошлись створки основных ворот, и магнитная катапульта вытолкнула перехватчик Слайдера в космос.

Через секунду из соседних ворот вышла машина Грегори.

– Ну что, Ферни, поехали?

– Поехали, Чак, – отозвался Ференц.

– О’кей. Делай, как я.

Перехватчики вздрогнули и, развивая максимальную мощность, пошли в сторону квадрата «23-45-Восток».

Когда перегрузки начали вдавливать Слайдера в кресло, он вспомнил о кассете с Лаоми Кэмпбэл.

«Эх, я так и не успел ее посмотреть. Ну ладно, сделаю это позже».

49

Двойка «иксландеров» неожиданно появилась на экране радара, и тот тревожно запищал, извещая Джека о непрошеных гостях.

Сигнал застал Джека за трапезой, и он выскочил из транспортного трюма, давясь печеньем и смахивая с брюк крошки. Перехватчики уже успели перестроиться и атаковали уиндер в лоб.

Джек первым же делом выпустил наобум очередь из пушки и, бросив уиндер вправо, стал выжимать из двигателей все возможное.

Как оказалось, он сделал это вовремя – выпущенные нападавшими ракеты пошли на цель без должного наведения.

Перехватчики попытались сделать быстрый поворот и достать уиндер, однако на большой скорости с таким маневром они не справились. Используя уже опробованный трюк, Джек развернул уиндер и стал обстреливать своих преследователей. Едва ли его пушка могла навредить этим бронированным монстрам, однако, памятуя о судьбе Берта Онтарио, пилоты прибавили скорость и легко оторвались от несговорчивой жертвы.

Как только перехватчики оказались вне зоны пушечного огня, Джек вернулся на прежний курс и погнал судно к границе района, где находились силы Федеральной полиции.

Пилоты «иксландеров» хватились уиндера, когда тот на пределе своих возможностей удирал в безопасную зону.

– Вот сволочь! – выругался в эфир Чакки Слайдер и развернул машину вслед за беглецом.

– Не бойся, он не успеет уйти, – успокоил товарища Ференц Грегори.

И он был прав. «Иксландер» развивал скорость, почти вдвое превышавшую скорость уиндера. Правда, он не обладал той маневренностью, которая была у почтового судна, к тому же шедшего с практически пустым трюмом.

Двигатели уиндера вибрировали от напряжения, однако «иксландеры» без труда сокращали дистанцию. Сканер выдал на экран зловещие силуэты преследователей, и Джек лихорадочно соображал, что делать, понимая, что на раздумья у него остаются секунды. Отрази он еще одну атаку, у него появился бы шанс докричаться в эфире до полицейских судов, однако пока что до них было еще слишком далеко.

А перехватчики продолжали сокращать дистанцию. На приборной панели замигала лампочка пеленгатора, показывая, что уиндер Джека ощупывают системы наведения. До пуска ракет оставались считаные секунды, и Джек понял, что обречен.

Вспомнилось лицо Сары, ее черные глаза и робкая улыбка. Возможно, кто-то вспоминал бы родителей, но Джек их почти не помнил. Сара была единственным, что у него оставалось.

«Значит, прощайте, мои мечты, – подумал Джек, и ему стало нестерпимо жалко себя. – Как же так? Жил себе человек, сумел окончить колледж – и вот теперь погибнуть в неполные двадцать пять лет? Неправильно это, нужно рискнуть», – подвел итог Джек.

Был еще один способ, о котором рассказывали друзья по колледжу. Честно говоря, Джек считал это враками, но сейчас у него не было выбора.

Итак, требовалось подождать, когда ракеты подойдут на тысячу метров, и на ходу произвести продувку сопел. Это означало, что из сопел двигателей вырвется облако несгоревшего топлива, и его плотности должно хватить, чтобы ракеты сдетонировали.

Правда, существовал серьезный риск, что сопла разорвет давлением паров, – одно дело продувка на небольшой тяге и совсем другое дело – на форсаже.

Джек представил, как взорвутся двигатели и он вместе с кабиной в лучшем случае превратится в неуправляемый снаряд, а в худшем… Хотя что толку рассуждать, если самое худшее уже рядом.

Первая ракета пошла на цель, а следом за ней – вторая. Скорректировав траектории, они помчались к своей добыче по кратчайшему расстоянию.

Чакки Слайдер напряженно следил за полетом ракет, ожидая, что уиндер начнет маневрировать, хотя теперь это его уже не могло спасти.

«Парень действовал безупречно, – похвалил свою жертву Слайдер. – Даже напугал нас своей пукалкой».

Система наведения точно рассчитала время поражения, и на экране бортового компьютера Чакки видел сменяющиеся цифры обратного отсчета.

– Двенадцать, одиннадцать, десять, девять… – считал он вместе с компьютером. Можно было подстраховаться и подойти на пушечный залп, чтобы разорвать суденышко в клочки, однако дело было практически сделано, и Слайдер снова вспомнил о Лаоми Кэмпбэл.