шельфовых месторождений нефти. Цинь Вэньцай прекрасно осознавал ответственность, лежащую на его плечах.
Поднявшись на трибуну, Цинь Вэньцай звонко и отчетливо произнес:
— Я буду говорить от имени Министерства нефтяной промышленности.
В глазах многих Министерство нефтяной промышленности было проблемным, поэтому Цинь Вэньцаю было крайне важно показать важность работы его учреждения для экономики Китая, и он использовал всё свое красноречие, не стыдясь пафосности слов и оперируя объективными фактами.
— Внешнее сотрудничество по китайской шельфовой нефти никоим образом не вредит суверенитету Китая. Размеры территорий, указанные в договоре, определяются только нашим государством. Суверенные права на них всегда будут принадлежать Китаю! — В первой части выступления Цинь Вэньцай ответил на вопрос о суверенитете территорий, где в сотрудничестве с иностранными нефтяными компаниями будут проводиться разведка и разработка месторождения. Это был конструктивный ответ на утверждение о том, что Министерство нефтяной промышленности выступает как «продавец суверенных прав» согласно разграничению территорий при проведении работ нефтяными компаниями сотрудничающих стран.
Затем Цинь Вэньцай подробно ответил на вопрос, несет ли убытки китайская сторона, сотрудничая с иностранными компаниями при освоении шельфовой нефти, рассказал об основном содержании договоров, конкретных операциях и т. д. Его длинная речь сводилась к следующему.
1. Независимо от того, обнаружится промышленное нефтяное месторождение или нет, все затраты на разведку несет японская сторона (или иные иностранные компании).
Есть ли что-то плохое в такой сделке? В зале возник шумок — некоторые сразу начали обсуждать сказанное и обмениваться между собой мнениями.
2. Неликвидные активы, сформированные у сторон в результате совместных инвестиций и строительства, в конечном счете будут принадлежать Китаю.
Мы можем получить относительно передовое оборудование и оснащение за счет минимальных денежных вложений со стороны Китая, что представляется весьма разумным использованием «сторонних» денег. Это же выгодная сделка!
3. С момента коммерческой добычи на месторождении, независимо от размера себестоимости или прибыльности, сначала извлекается 42,5 % годовой добычи сырой нефти в качестве фиксированного резерва для Китая.
Это много или мало? Вернемся к этому вопросу после выступления.
4 В течение двух лет после завершения строительства на обнаруженном месторождении и проведения коммерческой добычи к китайской стороне переходит право эксплуатации, а эксплуатационные расходы будут полностью покрыты китайской стороной, что составит 15 % от годового объема добычи.
После обнаружения нефтяного месторождения право на эксплуатацию в итоге должно принадлежать Китаю.
5. В течение пятнадцати лет после ввода нефтяного месторождения в эксплуатацию японская сторона может получить 4,8 % от годового объема добычи сырой нефти в качестве возврата инвестированного капитала.
Пятнадцать лет и 4,8 % — это много или мало? Партнеры потратят сотни миллионов долларов США, чтобы помочь нам с разведкой и разработкой, — их риски очень велики. Не обнаружить нефтяные месторождения — то же самое, что выбросить все инвестиции в море. Обнаружение нефтяного месторождения позволит партнерам получить определенную прибыль, и это вполне нормально. Когда люди инвестируют, они стремятся заработать, получить выгоду!
6. Годовая сумма возвращаемых инвестиций и процентов обеих сторон не должна превышать 37,7 % от стоимости годового объема добычи сырой нефти.
Что это означает? Использование сырой нефти для компенсации инвестиций и процентов инвестирующих сторон — это же возможно! Ведь из-за своей бедности Китай и ищет сотрудничества с другими! Какова существующая международная практика? Далее речь пойдет и об этом.
7. В течение срока действия договора общая добыча на каждом нефтяном месторождении не должна превышать 85 % запасов всего нефтяного месторождения, а остальные 15 % должны принадлежать китайской стороне.
Это хорошее положение. Если вся нефть на месторождении добыта в течение пятнадцатилетнего срока исполнения обязательств по договору, разве это не означает, что оно разрабатывается ради других?! Сохранение гарантированных запасов — воплощение суверенитета. Отлично! Но 15 % — это много или мало?
8. Соотношение инвестиций в строительство и разработку нефтяных месторождений между Китаем и Японией (или иным государством) в процентах составляет 51 к 49. Инвестиции китайской стороны предоставляются японской (иностранной) стороной в виде кредита с низкой процентной ставкой. Если у китайской стороны есть собственные средства, то она может не брать кредит у японской (иностранной) стороны.
Когда начнется освоение нефтяного месторождения, мы — основные акционеры! Сейчас Китай беден, и если ты беден, то должен позволить другим получить небольшую выгоду. И всё это — очень хорошие методы!
И это не похоже на предательскую деятельность, даже речи быть не может о потере суверенных прав!
Пока Цинь Вэньцай выступал с трибуны, в зале многие перешептывались, время от времени посматривали на оратора, что-то записывая в блокноты, ободряюще переговаривались друг с другом, готовясь, судя по всему, атаковать. Тогда Цинь Вэньцай произнес:
— Приведу конкретные данные и факты, чтобы ответить на вопросы, поднятые в статье Вэй Цзунго в «Хуацяо жибао». Но сразу же хочу со всей серьезностью заявить, что почти все данные, перечисленные в указанной статье, не соответствуют действительности. В ней сильно искажен смысл нашей работы по внешнему сотрудничеству относительно китайской шельфовой нефти.
Итак, дебаты начались! После подробного изложения содержания условий сотрудничества между Китаем и Японией Цинь Вэньцай на мгновение замер, окинул взглядом зал и приступил к опровержению статьи Вэй Цзунго в «Хуацяо жибао». Вот фрагмент его речи.
Во-первых, хочу отметить: заявление господина Вэя о том, что Япония будет получать 42,5 % от добычи нефти в течение пятнадцати лет, не соответствует действительности. Согласно договору, после обнаружения нефтяного месторождения весь объем добытой за год нефти будет распределяться следующим образом: наша страна получает 42,5 %, 15 % идет партнерам в счет эксплутационных расходов, японская сторона получает 4,8 %. Относительно оставшихся 37 % сырой нефти в договоре четко прописано, что Китай продает их Японии по цене международного рынка, которая складывается на момент добычи нефти. Для нашей страны такой подход разумен и выгоден. Относительно продажи 37 % нашей сырой нефти японской стороне мы четко прописали в договоре: сначала полученная прибыль используется для погашения нашего кредита, взятого для инвестирования в строительство и разработку нефтяных месторождений. Как только инвестиции в строительство и проценты будут выплачены, доход от реализации сырой нефти полностью остается у китайской стороны. В статье Вэй Цзунго основные понятия и факты истолкованы превратно.
Во-вторых, господин Вэй утверждает, что вознаграждение по правам собственности на китайскую нефть в китайско-японском соглашении достигает соотношения 1:1,35. Это совершенно необоснованное, голословное утверждение. Я прошу всех ознакомиться с текстом договора, который мы подписали с японской стороной, и узнать правду. Хотел бы объяснить всем присутствующим, что по условиям договора после вычета капитала, процентов и эксплуатационных расходов обеих сторон среднее соотношение чистого дохода между китайской и японской сторонами составляет 9:1. Если будут обнаружены высокопродуктивные нефтяные месторождения, то это соотношение может достигать
