и «правые» перекосы. Нужно исходить из реальности и основываться на проверенных фактах, когда мы говорим о политике реформ и открытости, о раскрепощении сознания.
Дэн Сяопин сел на диван, стоящий в его кабинете, отложил в сторону письмо и статью Вэй Цзунго и задумался… Прошло много времени, прежде чем он взял красный карандаш и оставил в верхней части письма указание вице-премьеру: «Товарищ Цюли, пожалуйста, соберите группу экспертов для поиска весомых аргументов»…
В то время настроение у Юй Цюли было не самое лучшее, но внешне он был спокойным и уверенным, что соответствовало должной манере поведения вице-премьера и опытного генерала. Он невозмутимо отреагировал на поставленную перед ним трудную задачу. В кабинете он погрузился в размышления об открытости внешнему миру нефтеносной зоны шельфа. Он знал, что его опытные подчиненные (Кан Шиэн, Чжан Вэньбинь и Цинь Вэньцай) не способны сделать ничего, что нанесло бы ущерб стране и нации, и верил, что большинство нефтяников и работников Министерства нефтяной промышленности выдержат испытание.
Вызвав Цинь Вэньцая в канцелярию Комиссии по энергоресурсам, Юй Цюли объяснил положение дел:
— Вэньцай, вы с коллегами должны тщательно подготовиться, представить сводный доклад и изложить свою точку зрения. Вопрос очень деликатный. Некоторые люди говорят, что для нас лучше отдать добро чужой стране, чем своему народу. Надо внимательно проанализировать ситуацию, сохраняя уверенность и спокойствие, посмотреть, где есть ошибки, а где их нет. Там, где есть проблемы, нам совершенно нельзя быть небрежными и робкими.
В беседе принимал участие товарищ Ян Бо, заместитель директора Комиссии по энергоресурсам. Он добавил:
— Основание для проведения доказательного обсуждения нельзя назвать несерьезным и потому надо уделить ему должное внимание. Когда придет время, нужно четко объяснить, почему есть необходимость во внешнем сотрудничестве и как утверждаются все проекты!
— Будет сделано! — заверил руководителей Цинь Вэньцай. — Немедленно начнем подготовку важной аргументации и сделаем всё возможное, чтобы не дать втянуть нас в дискуссии.
— Вэньцай, сейчас твоя ноша тяжела! С одной стороны, ты должен быть готов встретить эти вызовы, а с другой — мы не можем откладывать намеченные дела. Нельзя снижать темпы проведения политики четырех модернизаций[60]. Наоборот, мы должны ускоряться, наша нефтяная линия фронта не может тормозить страну на этом пути. Вам с товарищами придется очень нелегко! — Юй Цюли на прощание пожал руку Цинь Вэньцаю.
Вернувшись в Министерство нефтяной промышленности, Цинь Вэньцай занялся подготовкой сводного доклада, который потом представил партийной ячейке. Затем он организовал экстренное консультативное совещание, куда пригласил специалистов, участвовавших в китайско-японских переговорах, — Ли Цзинсиня, Чжао Шэнчжэня, Чжун Имина, Цзоу Мина и Ли Бинцюаня. Присутствовали и лица из Управления иностранных дел, ответственные за узаконивание договора: Ю Дэхуа, Тан Чансюй и Сунь Шуцзюнь. На совещании Цинь Вэньцай передал указания ЦК КПК и спланировал подготовительные работы для сбора доказательств.
Собрание для проведения дискуссии было назначено на 23 марта 1981 года и должно было проходить в зале заседаний Министерства нефтяной промышленности в здании, расположенном на улице Люпу-кан в Пекине.
Собрание было беспрецедентным по количеству и разнообразию участников. Помимо работников Министерства нефтяной промышленности, на нем присутствовали представители множества организаций, таких как Китайская академия наук, Китайская академия общественных наук, Госкомиссия по планированию, Государственная экономическая комиссия, Госкомитет по науке и технике, Рабочая комиссия по вопросам законодательства Всекитайского собрания народных представителей, Исследовательский отдел Секретариата ЦК КПК, четыре министерства (геологии, финансов, внешней торговли и иностранных дел), Государственное океанологическое управление, Банк Китая, Китайский комитет содействия развитию международной торговли, Китайское геологическое общество, Китайское геофизическое общество, информационное агентство «Синьхуа», газеты «Жэньминь жибао», «Гуанмин жибао» и другие — всего 24 министерства и ведомства и ведущих СМИ. Были приглашены около сотни отечественных экспертов, преимущественно специалистов в области нефти и геологии, экономики и юриспруденции.
Собрание началось, и вице-премьер Юй Цюли, по совместительству председатель Комиссии по энергоресурсам, произнес короткую речь. Хотя он и занимал должность вице-премьера Госсовета, однако некоторые участники диспута давно определили его как «главного тайного покровителя подстрекателей Министерства нефтяной промышленности к совершению предательских действий».
Во вступительной речи руководитель Госсовета Юй Цюли сказал:
— Разведка и разработка морских месторождений нефти — стратегически важный этап развития нефтяной промышленности Китая. Это решение принято Центральным комитетом партии и Государственным советом. ЦК придает этой сфере большое значение, и наше собрание должно доказать верность экономических и технологических аспектов, способствовать раскрепощению сознания и с опорой на реальные факты в новой обстановке решить новые проблемы. Конечная же цель — хорошо провести работу по разведке и разработке шельфовых месторождений нефти нашей страны.
Цинь Вэньцай ощущал сильный дискомфорт: собрание, на котором изначально предполагался конфликт, началось в серьезной и мрачной обстановке. Госпожа, написавшая Дэн Сяопину, выглядела самодовольно, а ее глаза то и дело искали кого-то в зале. В перерыве к ней подходили некоторые репортеры — пообщаться и обменяться номерами телефонов.
«Сдерживайся, мы сейчас в роли подсудимых», — мысленно предостерег себя Цинь Вэньцай. Когда он бросил взгляд на Чжао Шэнчжэня, Чжун Имина и других коллег, то увидел, что те сидят с очень серьезными лицами и действительно выглядят в некотором роде «подсудимыми».
«Эй, не надо так, мы всего лишь делаем важное заявление! Ничего особенного». — Цинь Вэньцай взглядом и еле заметным жестом подбодрил своих товарищей по оружию.
Он увидел, как на лицах Чжао Шэнчжэня, Чжун Имина и других появилась легкая улыбка.
Ян Бо, цитируя выступавшего перед ним Юй Цюли, озвучил причины собрания, составил общий план и распорядок дискуссии:
— У нашего собрания, невзирая на его продолжительность, есть лишь одна цель — свободные прения сторон по всем вопросам. Прошу представителей высказываться, мы должны провести дискуссию с высокой степенью ответственности по отношению к стране и народу.
— Итак, начинаем выступления. Приглашаем товарища Цинь Вэньцая, заместителя министра нефтяной промышленности, выступить по вопросам, связанным с внешним сотрудничеством министерства. — Цинь Вэньцай услышал, как председатель собрания назвал его имя.
О выступлении Цинь Вэньцая было известно заранее. Кроме него самого, над текстом выступления работали несколько человек — это были товарищи, которые вплотную занимались зарубежным сотрудничеством. Текст был рассмотрен и одобрен секретарем партийной ячейки Министерства нефтяной промышленности.
Цинь Вэньцай знал, что эта речь очень значима: в ней нужно не только ответить на вопросы тех, кто ругал их как «предателей родины». Было крайне важно использовать факты для ответа на вопрос о правильности решения открыть внешнему миру китайскую нефть! Это ведь политика, которую обозначил ЦК КПК и товарищ Дэн Сяопин. Нужно было доказать, что проделанная работа полностью отвечает интересам страны и народа и соответствует общим правилам международной разработки
