– У моего отца ничего общего с тобой, – сказала Элеонора, и голос ее впился в него как нож. – Марсель, ты слышишь меня, дорогой?
Каким-то образом Марсель нашел в себе силы выдернуть подбородок из руки Либби и повернуть окровавленное лицо посмотреть на Элеонору. Его голос был медленным, невнятным и болезненным.
– Тебе не стоило приходить сюда, Элеонора. Обслуживание здесь ужасно.
– Зачем ты пришел сюда?
– В других местах не принимают мои ставки. Твой отец позаботился об этом. Поэтому, вообще-то, это все его вина.
– Тише, дорогой, – сказала Элеонора. – Мы с мистером Тейлором заберем тебя отсюда.
– Хорошо, – сказал Марсель. – Место, действительно полно псов.
Либби ударил его тыльной стороной ладони по лицу, достаточно сильно, чтобы струя свежей кровь взлетела в воздух. Элеонора издала шокированный звук. Она не привыкла к такой внеплановой жестокости. Я посмотрел на Либби.
– Не делай так больше.
Либби автоматически поднял руку вновь ударить Марселя, но замялся, когда что-то в моем пристальном взгляде остановило его. Он кратко вспыхнул, опустив руку. Он не привык к тому, что его желаниям мешают. Он посмотрел на посыльного жлоба.
– Чарли, приведи даму сюда, чтобы она могла получше рассмотреть то, что мы сделали с ее лучшей половиной.
Посыльный схватил руку Элеоноры. И она откуда-то извлекла небольшой серебристый баллончик и распылила его содержимое в лицо жлоба. Он ужасно взвыл и рухнул на пол, царапая свои глаза обеими руками. Я посмотрел на Элеонору, и она мило улыбнулась.
– Слезоточивый газ с добавлением святой воды. Мама дала мне. Девушка всегда должна быть наготове, сказала она. В конце концов, есть моменты, когда девушка просто не хочет, чтобы ей досаждали.
– Совершенно верно, – сказал я.
Либби практически зарычал на нас, как собака, приходившая в себя.
– Я видел вас в действии, мистер Тейлор, в ходе войны Лилит. Очень впечатляюще. Но это было тогда, а это сейчас, и это моя территория. Из-за особенностей моего бизнеса, я счел необходимым установить здесь все виды защитной магии. Лучшую, которую можно купить за деньги. Здесь не происходит ничего вопреки моим желаниям. Здесь на дне, на моей территории, нет никого главнее меня.
– Игорный притон пропитанный скрытой магией? – сказал я. – Я потрясен, серьезно, в шоке. А следом ты скажешь, что твои азартные игры ведутся по-честному.
– Игроки приходят сюда только тогда, когда их вышвыривают из любого другого заведения, – сказал Либби. – Они знают, что шансы выиграть на моей стороне, но их это никогда не заботит. И никогда не было игрока, который не считал бы, что он достаточно хорош, чтобы выиграть даже в нечестной игре. Но довольно этой приятной болтовни, мистер Тейлор. Пора браться за дело. Вы удерживайте Элеонору под контролем, пока я отрежу приличного размера кусок от Марселя, чтобы вы отвезли его Гриффину. Как думаете, что он легче сможет опознать, палец или глаз?
– Не трогай его, – сказал я. – Или будут... последствия.
– Вы – ничто здесь, – жестко сказал Либби. – И чтобы продемонстрировать это, я думаю, что отрежу заодно что-нибудь у Элеоноры, чтобы вы могли отвезти это обратно к ее отцу.
Он поднял правую руку, чтобы показать мне скальпель в ней, и улыбнулся. Другие головорезы усмехнулись и толкали локтями друг друга, в предвкушении шоу. И я вскинул руку, чтобы показать им кусок человеческой кости, которую продемонстрировал в Чайной Гекаты. Все замерли.
– Это, – сказал я, – аборигенская указательная кость. Очень старая, очень простая магия. Я указываю, и вы мертвы. Итак, кто первый?
– Это моя территория, – сказал Либби, по-прежнему улыбаясь. – Я защищен, а ты блефуешь, Тейлор.
Я направил кость на Либби и пробормотал Слова, и он упал замертво на пол.
– Не всегда, – сказал я.
Остальные бандиты посмотрели на мертвое тело своего бывшего босса, посмотрели на меня, а потом друг на друга. Один из них опустился на колени рядом с Либби и попытался нащупать пульс. Он поднял глаза и покачал головой, и другие бандиты сразу же опустились на колени и начали шарить по карманам Либби. Мы их больше не интересовали. Я все еще показывал на них указывающей костью, пока Элеонора извлекла откуда-то изящный дамский ножик и перерезала веревки, привязывавшие Марселя к стулу. Он попытался встать и упал вперед в поджидающие руки Элеоноры, поскольку ноги подвели его. Она держала его достаточно долго, чтобы я добрался туда, и вместе мы наполовину вывели, наполовину вынесли его из подвала в главную комнату «Броска Костей». Никто не пытался следовать за нами.
– Значит, вы не блефовали в Чайной, – сказала Элеонора, пока мы направлялись к двери.
– Похоже на то, – сказал я. – Никогда прежде не использовал кость. Я не был до конца уверен, что это именно то, о чем я думал. Много лет назад я украл ее у старого слепого Пью.
Элеонора посмотрела на меня.
– А что бы вы делали, если она не сработала?
– Импровизировал, – сказал я.
Элеонора на машине жлоба вернулась в Чайную Гекаты, где она вызвала лимузин, чтобы отвезти Марселя обратно в поместье Гриффинов. Я предположил, что скорая помощь будет более подходящей, но Элеонора и слышать не хотела об этом. Он будет в безопасности в поместье, и это было все, что имело значение. Марсель был бессмертным, поэтому не мог умереть, и он исцелится быстрее в привычной обстановке.
– И, кроме того, – сказала Элеонора, – семья Гриффинов держит свои секреты при себе.
Лимузин прибыл в считанные минуты и увез Марселя прочь. Шофер в ливрее даже не поднял бровь от состояния Марселя. Мы с Элеонорой вернулись в Чайную и снова сели в нашей частной кабинке. Буря сплетен при нашем появлении была практически оглушительной.
– Спасибо за помощь, – сказала Элеонора. – Я могла бы позвонить папе, но он всегда выступает за тактику выжженной земли, когда речь заходит об угрозах его семье. Я пока еще не готова потерять Марселя.
– Итак, – сказал я, – расскажите мне о Мелиссе.
Элеонора скорчила гримасу.
– А вы настойчивый, не так ли? Полагаю, что я действительно должна вам что-то… и в отличие от моего дорогого мужа, я всегда плачу по долгам. Итак, Мелисса... Я не многое могу сказать вам о ней, потому что сама не многое знаю. Вообще-то, я не уверена, что кто-либо еще знает. Мелисса... очень замкнутая, очень скрытая личность. Из тех, кто большую часть времени проводит внутри своей головы. Много читает, учится... Она общается с Иеремией, только не спрашивайте меня о чем. Они проводят много времени вместе, наедине.
– Если честно, она меня не особо волнует. Я всегда была больше озабочена моим Полом. Я переехала обратно в поместье, чтобы быть ближе к нему. Я не собиралась отдавать своего сына Гриффину. То немногое, что я знаю о Мелиссе только от того, что она и Пол всегда были близки. Они проводят много времени друг у друга в покоях. Поскольку они выросли в поместье вместе, они воспринимают себя как брат и сестра. Хотя мой Пол никогда не принадлежал Иеремии, в отличие от Мелиссы. Я позаботилась об этом. Я не отказывалась от своего ребенка, как это сделал Уильям. – Она грустно улыбнулась. – Мы с Полом были очень близки, когда он был маленьким. Теперь, когда он подросток, все, что я могу сделать, это заставить его выйти из своей комнаты.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
