первого дня стажировки. Я так волновалась, перемерила кучу всего, что трудно было принять окончательное решение самостоятельно. Еще во время шоппинга, заткнув свою совесть и рассуждая о том, что Константин вряд ли будет против, купила Миле пару рубашек, футболок и платьев. Недовольно пыхтя Мила все же приняла подарки. Радует то, что ей все понравилось.
На самом деле, Мила далеко не из бедной семьи. Ее отец успешный бизнесмен в области и до ее поступления в университет она не знала нужды в деньгах. Но сразу после окончания школы папа планировал выдать ее 17-летнюю, замуж за друга, которому на тот момент было уже больше 40.
Мила буквально сбежала в столицу, поступив на бюджет своими силами. Отец воспринял это, как предательство и лишил финансирования, рассчитывая, что дочь вернется поджав хвост. Но вот уже четыре года, Мила крутится сама, как может. Остальные члены семьи и вовсе кажется забыли о ней.
Но в школе, когда у меня начались проблемы в семье, и я уже не могла позволить себе элементарно купить трусы, Мила снабжала меня одеждой, иногда продуктами. Придумывая при этом нелепые отговорки, мол, накупила лишнего, или размер не подошел, назад уже не принимают и т. д. Я никогда этого не забуду.
Пока ехала в «Вересов Альянс» жутко волновалась. Никак не могла выкинуть из головы мысль, что все вокруг знают — Константин меня купил. Словно над моей головой висит табличка «продано».
Но уже спустя пару часов поняла, что с таким объемом работы всем плевать, кто я. Сотрудники были просто рады новой рабочей силе, которая возьмет на себя самую муторную работу.
Во время обеда планировала сбежать к врачу, чтобы решить вопрос с контрацепцией, но меня так загрузили заданиями, что вместо положенного часа на перерыв мне пришлось довольствоваться 20-ю минутами. Успокаивает лишь то, что я вовремя выпила таблетку.
Из разговоров сотрудников поняла, что в компании неожиданно произошли кадровые перестановки, это немного сбило текущий ритм работы. Пока я увлеченно разбирала документы по актуальным и устаревшим, почувствовала на себе тяжелый взгляд. Покрутила головой и столкнулась глазами с высокой стройной блондинкой, в роскошном костюме.
— Я смотрю у нас новенькие? — промурлыкала она, улыбаясь, но глаза оставались холодными, оценивающими.
— Здравствуйте, я Рита. Стажер, — она не представилась в ответ, лишь едва заметно кивнула.
— Коллеги, сегодня вечером жду всех в «Иве», прощальный ужин за мой счет, — в голосе столько высокомерия и превосходства, что это предложение кажется вовсе не милым жестом по отношению к коллегам, а снисхождением. Словно королева позволила простым смертным отужинать в своей компании. Очевидно я не ошиблась в суждениях, так как особого энтузиазма сотрудников не увидела. Лишь редкое и безэмоциональное «спасибо» и «будем».
— Новенькая, — обратилась ко мне с тем же высокомерием, хотя меньше минуты назад я назвала свое имя, — ты тоже можешь прийти.
— Спасибо, — кивнула, не считая необходимым придумывать оправдания для отказов. Новенькая обойдется без ужина.
Константин не вернулся ни в пятницу вечером, ни в субботу утром. Но в новостной ленте всплывали видео с его участием на заводе, где произошел пожар. Такой весь солидный даже в рабочей форме и каске, общается с работниками, навещает пострадавших в больнице. Я ждала его возвращения и в то же время опасалась. Нам предстоит серьезно поговорить о безопасном сексе. Предстоящий брак закончится через пять лет и заводить с ним детей я не планирую. В остальном я готова выполнить все условия договора.
Так и не дождавшись возвращения хозяина дома отправилась в салон. Поразмыслив решила, что вряд ли Вересов пропустит презентацию своего же проекта. Звонить ему отчего-то не решалась.
Мастера отлично потрудились. Легкий макияж и ярко-красная помада. От последнего пыталась отказаться, но визажисту удалось меня уговорить. Волосы завили локонами, не утяжеляя их литрами лака, они смотрелись живо и естественно.
Вернувшись в дом услышала голос Константина, он с кем-то говорил по телефону в гостиной, судя по интонации и рычанию, тема не самая приятная. Я не хотела подслушивать, уже собиралась тихо прошмыгнуть к себе, как услышала знакомую фамилию.
— Просто найди способ прижать гребанного Мальцева! Нет, к Зауру обратимся только в крайнем случае. Откуда я знаю? Ты начбез или кто, мать твою? — слышу тяжелый вздох, но не вижу лица, Константин стоит спиной ко мне, кажется трет висок, — Аналитики только что прислали отчет. Из-за пожара попали на несколько лямов зеленых, не говоря уже о том, какую неустойку придется выплачивать партнерам из-за задержек по поставкам. Нет. Страховая компания проведет расследование и нам надо будет еще доказать, что поджег не наших рук дело. Договариваться смысла нет, губернатор взял дело под свой контроль. Падальщик сраный. Я лучше в минус уйду, но откат он не получит. Что блть Рита? Хватит меня Ритой попрекать! Ты мне не мамка. Лучше ее матерью займись, усиль охрану в центре. Не дай бог Мальцев до нее доберется и я с тебя шкуру спущу. Работай! — рявкнул, швыряя телефон в стену, от неожиданности вскрикнула, подпрыгнув на месте.
Константин тут же повернулся в мою сторону. На его лице была такая гамма эмоций, что кровь застыла в жилах. Замерла, боясь пошевелиться.
— Какого хрена ты крадешься и подслушиваешь? — спросил вкрадчиво.
— Я просто проходила мимо, — отчаянно замотала головой.
— Через час выезжаем, иди собирайся, — кивнул головой в сторону второго этажа.
— У тебя проблемы из-за меня? — скорее констатировала факт, нежели спрашивала.
— Рита, бегом в свою комнату, — процедил сквозь зубы.
Я надела то платье, что дарил мне Константин. Мне показалось это символичным и правильным что ли, впервые появиться вместе, как пара именно в нем. Красивые босоножки сделали ноги длиннее. К счастью, в салоне были свободны два мастера, которые оперативно в четыре руки сделали мне маникюр и педикюр.
Я довольна отражением в зеркале. На фоне черной ткани красная помада смотрится эффектно. Визажист заверила, что она стойкая, выдержит испытание любой едой и напитками, будет сиять минимум шесть часов. Но на всякий случай вместе с пудрой закинула в сумочку помаду, схожую по цвету. У меня целый чемодан уходовой и декоративной косметики.
Оставшееся время ходила по комнате взад-вперед.
Мама была права, Мальцев старший так просто не оставит смерть единственного сына. Пусть и непутевого. Чувство вины вновь пробирается под кожу, вызывая привычное состояние отчаяния. Словно я заразила Вересова, как вирусом своими бедами и теперь они стали нашим общим недугом.
Мысли о нежелательной беременности, как-то сами собой отошли на второй план. Это сейчас кажется не столь важным. Особенно на фоне предположений
