– Меньше лирики, – рыкнул император. – Дядя послал тебя в академию.
– Да. Здесь хранятся великие артефакты и заклинания. А еще тут находился его дорогой племянник. Оставалось дождаться, когда сюда прибудет Лед, чтобы, в случае чего, использовать его против тебя и заставить Дерека назвать мне истинное имя. Это оказалось легко. Ректор – мужчина влюбчивый, правда, Лучик?
– Не впутывай ее! – Эден встряхнул Маделену, словно куль с мукой. – Говори! Что ты успела передать дяде?
– Он знает, что императрица здесь и тебя короновали, – спокойно ответила она. – И он тоже скоро прибудет. А может, и не скоро… Вы ведь тут заперты. Да, корона утеряна, ну и что с того? Можно править и без короны.
– А без поддержки магии рода нельзя, – хмыкнул Сокол. – И его единственный наследник тоже здесь.
– Твой дядя молод, появится другой. А магия рода… К чему она в мирное время?
– Император должен в любой момент защитить свою страну, – отчеканил Эден. – Иначе медяк ему цена.
– Красивая сказка. Кто правит, тот и прав, Сокол. Вот в чем истина. Поэтому Демиан может просто забыть тебя и твоих родных в академии, мирно править, затем скончаться, а его наследник пусть думает, как доставать отсюда свою корону. Только на тот момент здесь все будут мертвы. Он всего лишь войдет и возьмет свое.
Стукнула дверь, и Дерек появился на пороге. Он подошел к койке, на которой сидела Маделена, и посмотрел на нее так, что мне стало страшно.
– Значит, ты и правда жива, – глухо проговорил мой Шторм.
– Жаль тебя расстраивать, но это так, – с улыбкой ответила Маделена. – Не ожидала, что ты рискнешь выбраться из своего подземелья. Воистину, первый курс плохо повлиял на эту академию.
– Верни мне имя, – потребовал Дерек. – Верни, и тебя будут судить по законам империи.
– Его величество только что пообещал обойтись без казни.
Пленница внимательно посмотрела на Сокола, а он отвел взгляд. Я чувствовала его боль, как свою собственную – мы до сих пор не разорвали ментальную связь. Пыталась послать волны утешения, но они натыкались на преграду. Похоже, сейчас заклинание работало в одну сторону.
– Но я не обещал, – глухо проговорил Дерек. – Есть вещи хуже смерти, Маделена. Теперь мне точно это известно. Не буду спрашивать, почему ты меня предала. Я сам был глуп, поверив в твою любовь. Видимо, заслужил. Но дальше ломать жизни студентам моей академии тебе не позволю! Ар-те-ми-а!
– Дерек! – воскликнул лорд Нокс, а академия содрогнулась от магии, пришедшей в неистовство. Шторм смотрел Маделене в глаза. По ее лицу градом катился пот. Она закричала – дико, протяжно, а потом обмякла, так ничего и не сказав.
– Ничего, – Дерек тряхнул головой, словно прогоняя наваждение. – Я так и не нашел в ее памяти свое имя!
И ударил кулаком по стене. Я почувствовала, как по пространству пробегают трещины – волнами, накатывая одна на другую. Академия реагировала на ярость ректора, пусть и не подчинялась его воле.
– Успокойся! – Я кинулась к нему, обняла, прижалась всем телом. – Успокойся, Дерек, иначе ты погубишь нас всех.
Он тяжело вздохнул. Магия медленно возвращала стабильность. Маделена же продолжала лежать изломанной куклой.
– Надеюсь, эта тварь еще жива, – холодно сказал Сокол, проведя рукой над ее телом. – Да, так просто ее не добьешь, как оказалось. Дышит. Лорд Нокс, пожалуйста, наложите на камеру заклинания и ограничьте магию преступницы. Ректор Эвернер…
– На ее памяти блок, – сказал Дерек, оборачиваясь к императору. – Даже ментальная магия его не взломает. А пытать женщину…
– Нам нужно имя, и мы его получим, – ответил тот. – Но сейчас всем лучше обдумать то, что мы узнали. Лучик расскажет вам подробности. Простите, мне стоит побыть одному.
И Эден ушел, напоследок разорвав привязку ментального заклинания.
– Он в ужасе, – прошептала я.
– А кто нет, Лучик? – устало ответил Шторм. – Шейд, ты как?
– У меня тоже есть вопросы к ней. – Нокс взглядом указал на распростертое тело. – Хотя, и так все понятно, но хочется спросить, глядя в глаза, за что она убила Глорию. Просто за то, что та встретила ее в неурочный час? Вы идите, я останусь и наложу заклинания, а также надену на Маделену браслеты с блоком магии.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Усиль охрану, – напомнил Дерек.
– Да, обязательно. Сокол прав – нам нужно твое имя. Любыми методами. Добровольно она его не назовет, это уже понятно.
Шторм отвернулся. Ему претила мысль о том, чтобы причинить Маделене вред. Даже сейчас. И я была с ним согласна. Пытки? Это отвратительно! Какая бы вина ни лежала на пленнице.
Вот только никто еще не знал, как скоро переменится наше мнение. Мы даже не успели выйти из карцера, когда на нас вылетел какой-то парень из выпускников.
– Ректор Эвернер! Ректор Эвернер! – еще на ходу завопил он. – Беда!
– Что случилось, Уилкинс? – замер Дерек, давая парнишке отдышаться.
– Озеро, – выпалил тот. – Вода!
К озеру мы не бежали – летели. На берегу уже успели столпиться те, кто узнал новость раньше нас. А по магическим нитям, натянутым от озера к академии, лилась чернота. Нокс взмахнул рукой, нити тут же треснули и обвалились обратно в воду. Еще час назад синяя гладь превратилась в смоляное пятно, даже не напоминая жидкость.
– Мы пропали! – вскрикнул кто-то. – Мы все умрем!
– Отставить панику, – скомандовал Дерек. – Сейчас нам нужно обезопасить запасы воды в академии. Профессор Лайт, – обратился он к подбежавшему мужчине, – немедленно направляйтесь к резервуарам внутри академии. Оцените, успело ли заражение коснуться их. Если да – приступайте к очистке. Если нет – выставьте охрану, чтобы никто к ним не подошел. Тейнис, Диммер, соберите через час всех студентов и выпускников в большом зале. К тому моменту мы будем знать, насколько плохи наши дела. Докладывать обо всем мне лично. Мирн и Уоллес, отправляйтесь к складам. Убедитесь, что продукты целы, и тоже организуйте охрану. Выполнять!
Я же стояла, опасаясь пошевелиться. В голове не укладывалось! Мы остались без питьевой воды. Она заражена. Можно ли ее очистить? Кто это сделал? Маделена расположила какое-то отсроченное заклинание? Почему-то эта версия казалась наиболее вероятной. Слишком уверенно держалась пленница. Она знала, что скоро всем станет не до нее.
– Лучик… – Дерек обернулся ко мне. – Отдохни немного, через час будет известно, насколько плохи наши дела. Увидимся в большом зале.
– Хорошо, – ответила я, чувствуя, как дрожат ноги. Похоже, эта ночь многое изменит для академии имен. Она или даст надежду, или уничтожит ее полностью. Все, что мне оставалось – пойти в свою комнату. Очень хотелось плакать. Еще больше – хоть чем-то помочь, но моя магия сейчас, скорее, помеха, чем помощь. Поэтому я поднялась на второй этаж, упала на кровать, уткнулась лицом в подушку и разрыдалась, чувствуя: развязка близка. И вряд ли она нас порадует.
УРОК 21. Надейся на лучшее, готовься к худшему
Император Эден
Если и был человек в академии, который еще не знал о случившейся беде, то это Сокол. Он шел туда, куда указала Маделена – на бывший склад, сейчас пустой. Именно там должны были находиться таблички для связи с внешним миром, которыми пользовались она и Лед. Они были нужны новому императору! Сокол до конца не верил, что место указано правильно, но вот он, склад, угол, прикрытый досками, под ними – углубление, в котором нашлись две таблички, похожие на ту, что рассыпалась в его руках. Очень хотелось написать дяде все, что о нем думает! Однако вместо этого Эден бережно забрал артефакты. Пригодятся. Сначала надо поразмыслить над всем, что он сегодня услышал. И от мыслей этих внутри все бурлило и кипело! Дядя не только отравил отца, но и приложил руку к мятежу, унесшему жизнь матери. Этого Эден никогда не простит. Но Демиан хитер. Он сделает все, чтобы трон был по праву его, безо всяких условий и домыслов. Что это значит? Лишь то, что он обязательно придет избавиться от племянника. Как бы ни считала Маделена, дяде нужна корона. Притом, перстень тоже здесь. Перстень, без которого юные маги не смогут определить направленность своей силы. А значит, в стране начнется хаос. Времени мало, Демиан будет спешить.
