щёки ощутимо покраснели, от его касания мурашки побежали по коже, дыхание отчего-то сбилось и руки задрожали… но я всё равно обернулась и подняла голову, чтобы оказаться нос к носу с чуть отодвинувшимся, чтобы лучше меня видеть, скрытым иллюзией Нэреном.
Мои широко распахнутые глаза встретились с его, насмешливо прищуренными, мерцающими злодейскими смешинками.
— Тебе разве не нужно быть в Хайрассе? — срывающимся голосом пробормотала первую глупость, пришедшую на ум.
На тонких губах находящегося совсем близко мужчины затанцевала до невозможности хитрая улыбка.
— Знал, что встречу тебя здесь, — пояснил спокойно.
Но мне яснее не стало. Разве стоит ради меня срывать государственные дела? Или чем он там вообще занимается? Нэрен же так и не рассказал. Даже безобидный вопрос о своём положении оставил без ответа.
Этот мужчина — сплошная загадка.
— Была причина искать встречи со мной? — приподняла брови, отчаянно пытаясь сохранить отстранённый вид и тон и не реагировать на его умелое обольщение.
В видимых сквозь иллюзию сине-золотых глазах разлились добрые, малость снисходительные огоньки.
— Ещё какая, — заверил дракон таинственно.
У меня от его голоса внутри всё задрожало… или виной был его взгляд? Или же просто — его близость?
Не знаю, но я почему-то улыбнулась. Нэрен улыбнулся в ответ, околдовывая меня мерцанием своих до ужаса красивых глаз.
И словно весь окружающий мир стал ярче, теплее и прекраснее. Невероятное чувство разливающейся в груди покалывающей радости.
— Ари! — так некстати примчался кто-то со стороны.
Даже не попытавшись разорвать зрительный контакт с драконом и так толком и не поняв, кого там принесло, зачарованно велела:
— Иди, я сейчас подойду.
Но меня не послушались.
— Ари, надо сей…
— Иду, сказала же, — перебила с лёгким раздражением, отметив, что оно вспыхнуло и в глазах Нэрена, но только куда более сильное.
— Ари, — не внял двойному посылу прибежавший.
За свою настойчивость он и поплатился.
— Парень, — ледяным тоном позвал дракон, даже головы не повернув, — тебе же понятным языком сказали — пошёл вон.
Он это так сказал, что даже мне стало жутко, но лишь на несколько незначительных мгновений, пока Нэрен не улыбнулся вновь, словно извиняясь, и от его приподнявшихся губ в уголках глаз собрались крохотные морщинки.
А когда мы вновь остались одни в каменном полутёмном коридоре, мужчина мягко поинтересовался:
— Ты хорошо видишь сквозь иллюзию?
Кольнула мысль промолчать, но этот дракон, как оказалось, уже неоднократно спасал мою жизнь, так что моё доверие он заслужил.
— Я практически не вижу наложенной на тебя иллюзии, — призналась искренне и несколько смущённо добавила, — возможно, это потому, что смотреть в твоё настоящее лицо мне куда приятнее…
Мужчина дёрнулся, как от удара, сделал резкий короткий вдох и застыл, не шевелясь, не дыша и лишь потрясённо глядя на меня распахнувшимися глазами. Словно не мог поверить в то, что я действительно это сказала… да я и сама не верила. И ругала себя за несдержанность и непозволительную откровенность, краснея и смущаясь всё сильнее.
Не выдержав пристального внимания, опустила голову.
И тут же увидела мужскую ладонь, а после ощутила осторожное, практически боязливое прикосновение к своему лицу.
Мы застыли оба, боясь не то что шевельнуться — сделать любой неосторожный вдох. Я не двигалась и дышала едва-едва, ощущая грохот собственного сердца во всём теле, но куда ярче и острее — тёплые сильные пальцы на своём лице. Пальцы, которые буквально ночью крепко сжимали рукоять меча и наносили чёткие смертельные удары, а сейчас едва ощутимо подрагивали от… страха навредить?
В это было сложно поверить, но Нэрен с осторожностью приподнял моё лицо и с затаённой надеждой заглянул в глаза.
А я… я… мне было так неловко и одновременно очень волнительно, и немного страшно, и…
— Я бы хотела вернуть вам цветы и сладости, — прошептала практически беззвучно, разлепив пересохшие губы и не находя в себе сил отвести взгляд или, ещё лучше, разорвать непозволительное прикосновение.
— Ты бы не хотела, — твёрдо произнёс не пожелавший обмануться мужчина.
Не хотела… но:
— У меня есть жених, — проблеяла слабо.
— Фиктивный, — отрезал дракон таким тоном, что на миг я действительно поверила его словам.
Такой отчаянный миг…
— Самый настоящий, — возразила с дрожью во всём теле.
Красивые магнетические глаза опасно сощурились, и у меня вкрадчиво поинтересовались:
— Ты его любишь?
Значит, вот так — сразу в лоб?
Сглотнув, не смогла ответить. «Нет» — ложь, «да»… тоже ложь. Я дорожила Эриком, была признательна и обязана ему всем, но любовь? Она была, но совсем не такая, о какой спрашивал Нэрен. И совсем не та, какой желал от меня сам кронпринц.
— Значит, нет, — удовлетворённо подытожил продолжающий удерживать моё лицо мужчина.
Устало прикрыв глаза, дала себе секунду на то, чтобы разобраться в мешанине назойливых мыслей… времени мне не дал дракон.
Всё дальнейшее я не смогла ни понять, ни объяснить, ни как-либо оправдать.
Просто вдруг Нэрен оказался совсем близко, нежной кожи моего лица коснулось его тёплое дыхание, а сухих от нервов губ — его поразительно мягкие губы… Я обомлела, сердце увеличило скорость биения до трёхсот ударов в секунду, а дракон — он больше не сомневался и не медлил.
И меня поцеловали — так нежно и чувственно, опьяняя неспешной сладостью, уверенно затягивая в омут… И, тая в крепких объятьях мужчины, с тоскующим отчаянием отдаваясь его воле, я думала лишь о том, что впервые в жизни мне было так хорошо и радостно от поцелуя, которого я хотела сама…
Я знала, что пройдут секунды и мне придётся вспомнить о своём положении и сковывающих меня обязательствах, что я буду ругать себя и злиться на свою несдержанность, что… Но сейчас, когда наполненные звоном волшебства мгновения принадлежали нам, когда завораживающий поцелуй продолжал посылать тёплые волны приятных покалывающих мурашек по моей коже и всему внутри, я наслаждалась, не жалея ни о чём.
Но секунды закончились. Прекрасный, упоительный поцелуй прервался и мы замерли, не разрывая прикосновений и не открывая глаз, отчаянно надеясь ухватить ещё всего чуть-чуть, ещё всего крохотное мгновение того, что можно было назвать счастьем…
Вдали послышались шаги, чьи-то голоса, скрежет передвигаемой мебели и чей-то громкий приказ — остатки волшебства по волокнам растворились в суровой реальности.
— Этого не должно повториться, — едва сдерживая дрожь, глухо произнесла я.
И вдруг поняла, что с силой жмурюсь, отчаянно не желая возвращаться, а моя левая рука судорожно сжимает так и оставшуюся лежать на подбородке широкую сильную ладонь Нэрена.
— Твои слова продиктованы долгом, но лишь в действиях ты настоящая, — грустно прошептал мужчина.
И мягко погладил уголок моих губ подушечкой
