Прикрыв трубку ладонью, полуобернувшись к Джил, он шепнул:
— Подожди секундочку. — И вернулся к разговору.
Ожидая, пока он освободится, Джил разглядывала его респектабельный кабинет: прекрасная мебель из натурального дерева, паркетный пол, застеленный мягким ковром, окно до самого пола. Все свободное пространство завалено бумагами: корреспонденция, счета, распечатки, справочники по законодательству валялись даже на стульях.
Джил подошла к окну и остановилась завороженная. Из кабинета открывался величественный вид на главную достопримечательность города — мост Золотые Ворота. Созерцание красоты, как всегда, немного успокоило нервы девушки. Встреча с любимым произошла совсем не так, как она ожидала. В конце концов, Джил впервые у него на работе, а он даже не потрудился встретить ее сам. А как долго продлится телефонный разговор? И все же они будут вдвоем (пусть всего лишь за ланчем), а значит, у них будет возможность поговорить.
— Прости! — Макс уже стоял за спиной Джил.
— Ничего страшного, — ответила она, повернувшись к нему. — Я так рада, что мы…
И осеклась, увидев лицо Макса. Едва ли выражение его лица могло ей польстить. Скорее наоборот. Глаза его испуганно расширились, затем сузились в щелки. Он оценивающе разглядывал невесту.
— Макс! — в тревоге воскликнула Джил. — Тебе что-то не нравится?
— Джил? — как бы не веря глазам, спросил он. — Это точно ты?
Спустя мгновение Макс улыбнулся, но как-то не очень искренне.
— Я с трудом тебя узнал. Что ты с собой сделала?
Она нервно рассмеялась, поправляя прическу, хотя в этом не было необходимости: под толстым слоем лака ни один волосок не шелохнулся.
— Вирджиния помогла мне с покупками, и я думала, вернее, мы думали, что с помощью новой одежды я буду выглядеть более… современно. Тебе не нравится?
— Да нет, почему, — неуверенно протянул Макс, не отводя от нее недоуменного взгляда. — Ты выглядишь чудесно, я бы сказал, грандиозно. Просто ты застала меня врасплох, вот и все.
Он рассмеялся.
— Я ожидал увидеть прежнюю Джил, едва ли стоит винить меня за мою неуклюжесть. Представь, я поворачиваюсь, и вижу… эту роковую женщину!
Джил грустно посмотрела ему в глаза.
— Вижу, тебе не понравилось.
Он снова рассмеялся, обнял ее за плечи и притянул к себе.
— Конечно, понравилось, но дай мне привыкнуть к твоему новому облику. — И тут же тревожно взглянул на часы. — Так мы идем обедать? У нас мало времени. Самолет улетает в четыре, а мне еще нужно кое-что просмотреть.
Встречу едва ли можно было считать удачной. Джил старалась использовать это время для восстановления прежних отношений — открытых, доверительных, но Макс был то безразличным, то раздраженным, то даже злым. Если официант задерживался с очередным блюдом, Макс смотрел на часы и нервно постукивал по столешнице. Даже сделал выговор бедному парню за то, что тот капнул на скатерть, когда наливал им из кувшина лимонад.
Когда Макс попросил счет, Джил осмелилась спросить, осторожно коснувшись его руки:
— Макс, почему бы мне не поехать в аэропорт и не проводить тебя? Мы смогли бы еще немного побыть вместе.
Он нахмурился.
— Нет, дорогая, сегодня не получится. Со мной летят мои помощники, нам надо обсудить дела.
— Жаль, — тихо сказала Джил, сразу как-то осунувшись.
— Ты ведь меня понимаешь, не правда ли?
— Конечно, — ответила она, вымучив улыбку. — Просто мы почти перестали видеться, я даже не знаю, какие у тебя планы.
— Планы? — переспросил Макс. — О каких планах ты говоришь?
— О тех самых. Ты решил, чего ты хочешь? В последний раз, когда мы говорили об этом, мне показалось, что ты склоняешься к тому, чтобы отойти от дел. Сейчас твои планы изменились?
Макс тяжело вздохнул.
— Дорогая, сейчас не время говорить об этом. Я не могу думать ни о чем другом, только об этом головоломном деле в Лос-Анджелесе. Когда все будет закончено, через несколько недель, тогда можно будет серьезно подумать о будущем — о нашем будущем. А пока потерпи, милая. Как бы там ни было, в субботу я буду у Грюннов. Тогда и поговорим. Согласна?
— Хорошо, — ответила Джил. — Я так долго ждала, подожду еще. Пойдем, вижу, ты очень спешишь.
Весь остаток дня Джил перебирала в памяти этот разговор. Макса можно было понять, он человек дела, а она потерпит еще несколько недель, если хочет удержать его. Но на сердце было неспокойно. Почему? Только вечером, сидя с Вирджинией у экрана телевизора и вполглаза наблюдая за очередным дурацким шоу, Джил поняла, что ее пугало.
Она помнила, как Макс однажды рассказал ей о своих трудностях: только он наладит одно дело, как другое поглощает его целиком. Но ведь может так случиться, что, когда наладится дело в Лос-Анджелесе, он примется за другое. И так до бесконечности. Нужна ли ей, Джил, такая жизнь, когда у нее нет ни любимого, ни покоя, ни дела?
В субботу вечером в дверь ее комнаты постучали. Накинув халат (Джил только что приняла душ), она бросилась открывать. На пороге стояла Вирджиния, тоже в халате и с кислой миной на лице.
— Джил, — сказала она, — только что звонил Макс. Он не сможет отвезти тебя на вечер, как планировалось. Брат должен быть у Грюннов раньше. Похоже, Питер и еще кое-кто из крупных бизнесменов тоже принимают участие в лос-анджелесском деле. Отец уже там. Тебе придется ехать со мной.
У Джил сердце упало, но она постаралась скрыть свое разочарование.
— Не волнуйся, Вирджи. Ничего страшного. Макс ведь будет там, я надеюсь?
— О да, конечно. Знаешь, ты такая великодушная. Если бы я была на твоем месте… — Вирджиния нахмурилась. — Я люблю своего брата, — решительно заявила она, — но иногда мне кажется, что могла бы убить его.
Джил грустно улыбнулась.
— О, не стоит. Не будут же они совещаться всю ночь напролет!
— Кто их знает, — закатила глаза Вирджиния и, усмехнувшись, добавила: — Если что-то и может оторвать его от дел, так это твое сногсшибательное платье.
— Надеюсь, ты права. По-моему, его все же стыдно носить при людях. Оно выглядит вызывающе.
— Радуйся, что тебе есть, что показать, — резонно заметила Вирджиния. — Кроме того, по сравнению с тем, в чем придут другие, твой наряд годится разве что для монастыря.
Ярко освещенный особняк Грюннов, гордо возвышавшийся на одном из многочисленных холмов города в самом респектабельном районе, сверкал как новогодняя елка.
Привратник в ливрее открыл дверцу машины. Вирджиния взяла Джил под руку и зашептала ей на ухо слова ободрения.
— Тебе нечего волноваться. Ты выглядишь потрясающе!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
