и сделано так богато, будто бы ты находишься в спальне самого влиятельного существа во Вселенной. Разные расписанные силуэты с картинами на стене, а по центру стояла высоченная кровать с массивными колоннами. Напротив стоял столик для ухода за собой, а поодаль- стол с шикарным завтраком. Но больной в постели и за столом не было, зато дверь на балкон открыта на распашку, а ветер расправлял легкие белоснежные шторы. Я двинулся туда. Опершись об периллы, стояла хрупкая девушка, любовавшаяся водопадом. Откуда он здесь, на первом этаже- непонятно, но пока этот пейзаж завораживал, вопросы можно было и отодвинуть. Рядом стояли, так же опершись об периллы, костыли. Нога красавицы перебинтована, но на лице виднелась грустная улыбка.
–Чего грустишь?– спросил я, облокотившись об ограду.
Лилия повернулась и засияла. Без лишних слов она прыгнула мне на шею и молчала. А что было говорить?
–Пошли домой?
–Пошли,– девушка улыбнулась шире.
Вот так, после странного, короткого и абсолютно понятного диалога, моя жена собирала вещи. Она выберет тихий дом в лесу, нежели роскошную палату. Я невольно улыбнулся, ведь знал, что все будет хорошо. Но что-то внутри так не думало и предупреждало меня о чем-то худшем…
Глава 12
Все вернулось на свои места. По утрам я видел Лилию на кухне, готовящую завтрак. Она была все с той же очаровательной улыбкой на лице и маленьким пятачком. Правда, теперь моя жена будет несколько недель передвигаться с помощью костылей, ведь кислота, облившаяся на ее ногу и разъевшая кожу до сухожилий, оказалась не простой и очень опасной по своим химическим свойствам. Как мне рассказывала сама пострадавшая, лечила она сама себя, потому что ,,профессиональные” доктора не знали с чем имеют дело. Лилия со смехом рассказывала:
–И представь себе: я, раненная и измученная, ору на ошарашенных медсестер, которые в суете бегают за препаратами, лекарствам и веществами, нужными мне для операции своей же ноги. Когда они все принесли, я ввела в себя слабительное, а все вокруг удивленно вытаращили глаза. Ой, ты бы выдел их лица! На них будто бы снизошел какой-то сорвиголова, орущий на всех и ведущий без посторонней помощи операцию на самом себе.
–Подожди,– я перебил ее,– но разве слабительное не должно вводить тебя в состояние комы или что-то в этом роде?
–Ну, бывает разные дозы и разное содержание слабительного и, следовательно, разный эффект. Я же, рассчитав все, сделала нужный мне экземпляр, который изолирует боль и позволяет спокойно резать, зашивать и приклеивать различные части своего тела. И вот, на глазах всего этого удивленного стада, вывела остатки кислоты, обработала рану, сделала успокоительный вакуум в гипсе и, попросив костыли, отправилась спать.
–Ну ты даешь…
–А то,– Лилия самодовольно подняла голову.
–И это всего лишь за один день с тобой такое случилось… Не думал, что последствия падения буду такие серьезные.
–Ага. Только, если бы еще и доктора нормальными были, то могла бы не пыхтеть над своей ногой, ковыряясь в крови и плоти. Надо бы изменить и улучшить обучения наших докторов в университетах, а то уж слишком слабые знания у них. Поможешь связаться с представителями образования?
–Конечно! Когда собираешься начинать работу?
–Завтра,– устало ответила девушка,– сегодня я слишком устала от вчерашних приключений.
–Это точно…
–Ага! Кстати, чем ты занимался, пока меня не было?
–Ну, в основном спал и наслаждался тишиной,– упоминать о моем странном и внезапном перемещении в Рай и разговоре с Всевышними, разумеется, не стал.
–И все? Скучно как-то.
–Ну а что делать? Я переживал,– взглянул в окно.
Лес тоже был рад возвращению своей музы, и, как только мы приехали, весь живой мир вдруг радостно и триумфально зашумел. Виновница бурного приема не поняла всего счастья происходящего и испугалась. Зайдя в дом, Лилия сразу удивилась порядку в доме, а затем, после принятия душа, предложила сесть поужинать. Я принял ее предложение, и так мы разговаривали о произошедшем с женой. Но в голове моей, во время разговора, все время крутилась сцена встречи с Всевышними и осознания всей трагедии, которая будет со мной после смерти. Так что мне категорически нельзя умирать, как бы не скучал по всем друзьям в Раю.
Но все это будет в будущем. Сейчас, после небольшого перерыва, все вернулось в норму, и уже на следующий день мы снова отправились на прежнюю работу во имя науки. Те же приборы, лимфасты, колбы. За день ничего, естественно, не поменялось, но мне казалось, что я не был в этой лаборатории вечность, а то и более. Описывать этот будний день бессмысленно и скучно, ведь ничего захватывающего или стоящего вашего времени не произошло. Я с Лилией вернулись домой, и, поговорив немного за столом о разной бессвязной ерунде, связанной в основном с работой, пошли спать.
Ночью я проснулся от грома и молнии. За окном был настоящий ураган, и, посмотрев в глушь леса, в голову пришла одна ужасная обязанность, о которой я забыл. Закрыть теплицу. Она находилась рядом с домом в нескольких шагах и уходила в глубь трущоб.
Тихо, чтобы не разбудить Лилию, которая крепко спала в кровати и не слышала урагана за окном, увитая сладким сном, я вышел из спальни. Нужно было лишь спуститься вниз, одеться и пройтись под ливнем. Пустяки! Пол предательски заскрипел, но вряд ли с первого этажа было что-либо слышно. Плащ, высокие резиновые сапоги до колен, грубые штаны и капюшон- вот мой комплект одежды для покорения бури. Я открыл дверь, и ее сразу унесло бурным порывом ветра. Еле удержал! С трудом закрыв за собою, я пошел вперед. Дождь барабанной дробью бил по мне, а его капли были настолько холодные, что казалось, будто бы град вместо дождя осыпался на меня, больно нанося синяки. Все эти твердые холодные капельки стукались об меня довольно сильно. Но я уверенно шел по мокрой дорожке, вымощенной плиткой. Пока пробивался сквозь ливень, вспомнил, что нужно еще найти Мимирона, хотя ему, может быть комфортно и под мокрой свободой. Он же все-таки дикий зверь, несмотря на послушное выполнение всех моих приказов, и песику прежде всего нужен такой же дикий простой. ,,Ай, ладно, пусть гуляет”,– подумал я сонной своей головой.
Вот и кончилась плитка, дальше- размытая и грязная лесная тропа. Не зря я надел высокие резиновые сапоги, пригодились. Ходить по слякоти, да еще и во время непрекращающегося дождя- неприятное дело. Ноги так и соскальзывают в кусты, а выделяющийся живот, как огромный мяч с водой
