По лицу Мэтта пробежала легкая тень.
– Насколько помню, я еще ни разу не использовал в борьбе с тобой этот самый силовой перевес, – сухо проговорил он. – Так что мы с тобой все время сражаемся на равных.
– Какой благородный, великодушный человек! – с насмешливым восхищением пропела Роксана. – Да, Мэтт Флеминг, если бы Господь Бог дал тебе еще хоть капельку здравого смысла, тебе бы просто цены не было!
– Что ты имеешь в виду, черт подери?
Роксана посмотрела на Мэтта с мстительным торжеством.
– Не прикидывайся, ты и сам все прекрасно понимаешь. Ты допустил серьезную тактическую ошибку в поведении со мной. Сначала ты обрушил на меня свои злобные обвинения, начал мне мстить и лишь затем принялся выяснять, а действительно ли я виновата в трагедии, случившейся с твоим племянником. А нужно было сделать наоборот. И теперь ты ужасно злишься на себя за свой промах, потому что, – она ехидно прищурилась, – выглядеть недальновидным болваном в собственных глазах всегда не слишком приятно.
Мэтт окинул ее медленным, тяжелым взглядом.
– Если я допустил ошибку, то исправлю ее. Но даже если выяснится, что я виноват перед тобой, это совсем не значит, что я стану терпеливо сносить твои насмешки и оскорбления. И я очень советую тебе придержать язычок, если ты не хочешь нарваться на новые неприятности.
– На новые неприятности? Интересно, на какие же?
– На какие? Ну например, я передумаю выплачивать тебе компенсацию за моральный ущерб, если все-таки окажется, что ты – ни в чем не повинная жертва. А также не стану платить за работу, благо я не обязан делать это по нашему договору. Как тебе подобная перспектива, а?
– Вполне в твоем стиле, дорогой мой Мэтт, – колко ответила Роксана. – И я совсем не удивлюсь, если в итоге так и окажется. Скорее я бы удивилась, если бы ты поступил со мной по справедливости.
Мэтт тихо выругался и потянулся за сигаретой.
– Ты невыносимое создание, Роксана, – в сердцах бросил он. – Какое-то ехидное чудовище, а не женщина. Честно говоря, я просто не могу понять, почему ты показалась мне милой и обаятельной девушкой в начале нашего знакомства. Наверное, ты действительно хорошая актриса. Прикинулась кротким ангелочком, чтобы вскружить голову состоятельному жениху. А когда поняла, что планы замужества провалились, сбросила маску и стала вести себя естественно.
– Во-первых, я никогда не притворялась кротким ангелочком, – горячо возразила Роксана, – ты же сам заметил еще в начале нашего знакомства, что я чересчур независимая и у меня слишком острый язычок. А во-вторых, как, по-твоему, должен вести себя человек, оказавшийся в моем положении? Может, ты ожидал, что я стану мило любезничать с тобой после всего, что ты натворил, и держаться вежливо и доброжелательно?
– Воспитанная девушка в любой ситуации не стала бы вести себя так, как ты, – с сарказмом заметил Мэтт.
– А я – невоспитанная девушка, – с вызовом заявила Роксана. – И вообще, дорогой мой Мэтт, не надо держать других людей за дурачков. Или ты искренне думаешь, что можно наплевать человеку в душу, смешать его с грязью, а потом сказать: «Ах, извините, пожалуйста, я был не прав!» – и все сразу будет забыто и прощено? Дудки, мой милый!
– Ладно, хватит упражняться в словоблудии, – сердито буркнул Мэтт. – Давай-ка лучше покажи, что ты тут наработала за неделю.
Следующие полтора часа они обсуждали исключительно деловые вопросы. Как и в прошлый раз, Мэтт хвалил проделанную Роксаной работу и искренне восхищался ее дизайнерским талантом. Его комплименты весьма польстили самолюбию Роксаны, но она постаралась выслушать их с хорошо разыгранным равнодушием. Пусть Мэтт не воображает, будто его мнение может что-то значить для меня, упрямо твердила она себе. И не только мнение, но и вся его замечательная, распрекрасная персона.
Когда они наконец закончили говорить о делах, было около девяти вечера. Посмотрев на часы, Мэтт объявил, что пора ужинать, и отдал миссис Прайт распоряжение накрывать на стол. Роксана тотчас вспомнила о своем намерении оставить Мэтта трапезничать в гордом одиночестве и заявила, что она не голодна. Она хотела уйти в свою комнату, но Мэтт непререкаемым тоном потребовал, чтобы она осталась.
– Можешь ничего не есть, если не хочешь, – сказал он, предостерегающе сверкнув в ее сторону глазами, – но тебе придется составить мне компанию за столом. Я не желаю ужинать в одиночестве.
– Хорошо, – покорно кивнула Роксана, – буду сидеть за столом, не притрагиваясь к пище, и смотреть тебе в рот.
– Только не надейся, что мне кусок не полезет в горло под злобным обстрелом твоих прекрасных глазок, – съязвил Мэтт. – Я голоден, как стая волков, потому что ничего не ел с самого утра, и ничто, даже твои ехидные выпады, не может испортить мне аппетит.
Роксана, откровенно говоря, тоже проголодалась. Поэтому она решила плюнуть на самолюбие и набросилась на еду с таким же энтузиазмом, как и Мэтт. В несколько минут обильный ужин был уничтожен, и миссис Прайт подала чай. К досаде Роксаны, он оказался обжигающе горячим, и в трапезе пришлось сделать перерыв.
– Значит, ты была совсем не голодна, да? – спросил Мэтт, закуривая и насмешливо поглядывая на Роксану. – Так, дорогая моя?
Роксана с вызовом посмотрела ему в глаза.
– Нет, не так. На самом деле я тоже проголодалась. И я собиралась поужинать, как только отделаюсь от твоего общества… в своей комнате, где у меня скопился приличный запас печенья, мармелада, шоколадных конфет, а также несколько пакетов с фруктовыми соками.
На какое-то время Мэтт застыл с глуповато приоткрытым ртом. Роксана с удовлетворением увидела, как на его лице начинают проступать красные пятна досады и закипающего, с трудом сдерживаемого раздражения.
– Понятно, – с грозовым спокойствием процедил он, сверля Роксану сердито сощуренными глазами. – Никак не можешь обойтись без своих отвратительных штучек.
– Просто мне неприятно твое общество, Мэтт Флеминг, – пояснила Роксана. – И я не понимаю, почему тебя это так возмущает. Кажется, моя антипатия к тебе вполне объяснима и закономерна. Или ты так не считаешь?
– Я считаю, что дал тебе слишком много воли, – раздраженно ответил он. – Мне следовало с самого начала обращаться с тобой более строго, чтобы ты не забывала, кто хозяин положения.
– О, поверь, дорогой Мэтт, я не забываю об этом ни на минуту! – с прорвавшейся горечью воскликнула Роксана. – Да и как можно забыть, когда ты постоянно мне об этом напоминаешь?
Он посмотрел на нее каким-то странным взглядом, пристальным, хмурым и, как показалось Роксане, несколько расстроенным.
– Неужели тебе так плохо живется в моем доме? – тихо спросил он.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
