— Сеньор Ло сказал, что хочет собрать узкий круг, — Санчес пожал плечами. — Честно сказать, я не думал, что он и вас позовёт.
— Ну, мы же помогли ему в госпитале, — хмыкнул Кортес. — Да и сестрёнка его выхаживала. А по какому поводу вечеринка, не успели узнать?
В ответ шериф пожал плечами. За него ответил сеньор Корвальос:
— Пока неизвестно. Но ждать осталось недолго. Сейчас подъедут последние гости, и всё выяснится.
Сквозь широкий проход собравшиеся могли наблюдать, как к краю оврага подъехали около двух десятков всадников. Карабинеры окружали двоих подопечных, сеньориту Роберту и Хоакина. Причём последнего весьма трудно было различить среди остальных, потому что он был облачен в форму карабинеров. Больше никто из семейства дель Росарио не пожелал отдохнуть и расслабиться. У них были дела поважнее, в то время как отпрыски Фредерико занимались в Санта-Пуэрто единственным делом — отдыхали.
Дальше происходило всё чинно и благородно. После знакомства горожан с дель Росарио, которых только в окружении карабинеров и видели, Борис пригласил всех в кают-компанию. Вот теперь Кортес в полной мере смог удовлетворить своё любопытство по поводу внутренностей космического корабля. Луис пару раз, когда оглядывался на друга, отмечал у того некое разочарование. Неизвестно, чего ожидал Кортес от всего этого, но увидел он голые стены, покрытые материалом, который всезнающий сеньор Корвальос назвал пластиком. Им же выложены пол и потолок. Луис, ради интереса, провёл по этому материалу рукой. Твёрдый и слегка шершавый. Отличный облицовочный материал выйдет. Из дум его вырвала Луиза, тянувшая Луиса за собой.
Группа прошла на верхнюю палубу, после этого прошла в кают-компанию. Шериф заметил, что Борис Ло успел тут хорошенько убраться. Следов недавнего боя, а, если честно, то просто бойни, тут заметно уже не было.
Неяркое освещение, круглый стол посередине, заставленный угощением, стулья точно по количеству гостей.
— Прошу вас, господа, — сказал Борис. — Честно скажу, что готовить я не умею, так что заказывал все эти яства у ваших мастериц. Думаю, это не омрачит сегодняшний знаменательный день.
— Вы так и не сказали, что сегодня отмечаете, дорогой сеньор, — сказала Роберта, ещё крепче сжимая его руку. — Неужели у вас сегодня день рождения?
— О, сеньорита, этот день ещё не скоро наступит. Тем более мы этот день не празднуем.
— Надо же, как интересно. Позвольте узнать, почему?
— Ну, — Борис замялся и пожал плечами, — когда ты становишься старее на один год, вряд ли это можно назвать праздником. Впрочем, я узнал, что на Эспаньоле по этому поводу существуют свои обычаи, поэтому давайте не будем о грустном. Давайте займём места, разольем бутылочку хорошего вина, и я обо всём расскажу.
Расселись, причём так, что никто не был обижен. Дель Росарио, конечно же, рядом с виновником непонятного пока торжества. Напротив него уместились Санчес, сеньор Корвальос и доктор Хуан, оставив трио молодой компании место в середине. Борис быстро и ловко откупорил запотевшую бутылку с вином, разлил, после чего поднялся и начал говорить:
— Сеньоры и сеньориты… Сегодня не мой день рождения. Как уже сказал, мы эти дни не отмечаем. Но, позвольте объявить о том, что в моей стране отмечают День Династии Чоу. Это семейный праздник и, по традиции, его принято отмечать в кругу семьи. По воле обстоятельств, я оказался в незавидном положении. Наша экспедиция должна была прибыть домой несколько дней назад, поэтому приходится отмечать его здесь. Так что я решил собрать всех, кого могу назвать своими друзьями и, тем самым, не нарушить традицию.
— Почтём за честь, сеньор Ло, — приподнял бокал с вином сеньор Корвальос.
Вместо ответа пришелец опустошил бокал с вином. Дождавшись, когда и остальные пригубят и приступят к трапезе, он продолжил уже не так торжественно:
— Если верить корабельному календарю, сегодня наступил восемьсот шестьдесят четвёртый год правления династии.
— Долго, — уважительно покивал сеньор Корвальос. — И всё это время вами правит одна династия?
— Да, — кивнул Борис.
— Наше королевство, — взяла слово сеньорита Роберта, — не может похвастаться таким долгожительством, к сожалению.
— Неужели всё это время вы прожили мирно? Не было ни войн, ни переворотов, ни бунтов? — поинтересовался сеньор Корвальос.
— Было и то, и другое, и третье, — улыбнулся Борис. — Но Ким Чен Чоу и его наследники, мудро вели наш народ по пути, которым когда-то воспользовались наши предки с легендарной планеты Земля. В давние времена существовало одно государство, которое не допускало к себе чужаков, а, если кого и допускали, то пришелец навсегда оставался в ней, порой до самой смерти. Контакты с внешним миром осуществлялись в нескольких городах, расположенных на берегу моря. Наш народ решил поступить так же, во избежание столкновений с другими народами в космосе. Мы приумножили своё богатство и продолжаем делать это сейчас. К сожалению, находятся люди, которые хотят узнать о наших богатствах и наших чудесах, разрушить всё, что мы построили, разграбить то, что мы накопили. Сейчас ведётся очередная попытка уничтожить империю, но мы этому успешно противостоим.
— Как интересно, — восхищённо воскликнула Роберта.
Луиза заинтересованно посмотрела на сеньориту, пытаясь решить немаловажный вопрос: то ли ту действительно интересуют слова Бориса, то ли это всё напоказ. Пофлиртовать от нечего делать. Санта-Пуэрто для особы, привыкшей цвести в Марадоне на публике, скучно, а тут хоть какое-то развлечение. Саму Луизу всё это волновало не особенно, даже факт нахождения внутри космического корабля. Вот Кортес, тот в полном восторге.
Минут через десять после начала посиделок, как она назвала этот праздник, Луиза заскучала. К тому же настроение портило платье. Поначалу девушка была от него в восторге, чуть позже, когда появилась Роберта, почувствовала, что всё-таки выглядит простушкой на её фоне. Тут оно, как ни крути, а так бы и вышло. Поэтому Луиза пожалела, что не оделась попроще и попривычнее.
Оно сдавило грудь, мешая нормально дышать, давило на живот. Поначалу было незаметно, к тому же и сама девушка не замечала ничего подобного, пока находилась на свежем воздухе. Корсет давил, но было терпимо. Сейчас же Луиза почувствовала, что начинает задыхаться. Ей требовалось немедленно выйти, желательно из корабля, на свежий воздух, вдохнуть полной грудью, если получится. А праздник грозил продолжиться довольно длительное время.
Разговор, тем временем, набирал обороты. Присутствующие что-то рассказывали, задавали вопросы, отвечали на них. Брат и сестра дель Росарио оказались компанейскими молодыми людьми. Вон, Кортес о чём-то болтает с Хоакином, наверное, спрашивает про дирижабль. А тот ему охотно отвечает. В какой-то момент присутствующие, не без помощи настойчивой просьбы сеньориты Роберты, раскрутили Санчеса на рассказ про уничтожение банды Рафаэля. Начало Луиза ещё как-то разобрала, а потом в глазах помутилось, предметы потеряли чёткость, расплылись. Из рук выпала вилка, со звоном ударившись о тарелку.
