Он положил в рот кусок бифштекса. Мясо оказалось жестким как резина. Лиззи сидела рядом с лордом Эндрю – лордом Скунсом. Это прозвище очень подходило ему, даже если не обращать внимания на необычный цвет его волос. Где бы он ни появлялся, за ним тянулся липкий, зловонный шлейф инсинуаций и злобных слухов. Часто он не только распространял небылицы, но и придумывал их. Или еще хуже, был их главным действующим лицом. Далеко не одна ничего не подозревавшая дебютантка была отправлена домой, в деревню, смывать вонючие пятна со своей репутации.
Сейчас негодяй нацелился на Лиззи.
Робби царапнул ножом по тарелке, да так, что подпрыгнула мисс Хайд.
Он выбрал себе место за столом подальше от Лиззи. Почти не спал прошлую ночь. В голову лезли картины из оранжереи, звуки, освещение, фрагменты. Нежная шелковистость грудей Лиззи; насыщенный вкус ее поцелуев и ощутимый привкус сосков; запахи лимона, шелка и кожи; учащенное дыхание и крики, которые она издавала, когда он ласкал ее; его имя, произнесенное с протяжным стоном на пике оргазма.
Если бы сейчас рядом с ним сидела Фелисити и распускала свои шаловливые ручки, как вчера вечером, то обнаружила бы, что пуговицы на его панталонах вот-вот готовы оторваться.
– Довольны ли вы вашим времяпрепровождением здесь, лорд Уэстбрук?
Он повернулся к миссис Ларсон. Она улыбалась ему, но залегшая меж бровей глубокая морщина выдавала ее озабоченность.
– Вполне, мэм. – Некоторые моменты были более чем приятны, отдельные же – просто унизительны.
Он бессовестно использовал Лиззи в оранжерее. По крайней мере сообразил приоткрыть ей часть своей тайны. Услышав это, она была поражена настолько, насколько он и рассчитывал. Теперь-то уж точно отказалась от мысли выйти за него замуж.
Вот и хорошо. Это необходимо было сделать.
Ему стало тошно.
– Вы уверены? – Миссис Ларсон мягко тронула его рукав. – Вы выглядите... ну... – Она вздохнула и обвела глазами стол. Задержала взгляд на Фелисити, прежде чем вновь повернуться к нему. – Приношу свои извинения за события той ночи. Флинт сказал, что вчера дал вашему слуге ключ от вашей комнаты.
– Да, спасибо. Больше не беспокойтесь об этом, мэм. Со мной все в порядке. Жилье вполне устраивает меня.
– Надеюсь, что это так.
Миссис Ларсон повернулась в другую сторону, к лорду Боттону. Робби воспользовался этой возможностью, чтобы снова посмотреть на Лиззи. Есть ли у нее ключ от ее двери? Нужно непременно спросить ее. Ключ очень может пригодиться. Лорд Эндрю определенно запал на нее.
Похоже, он совершил ошибку, сев так далеко от Лиззи. Будь он поближе, мог бы схватить мерзавца за шарф и тянуть, пока у того не посинеет лицо. По правилам хорошего тона, хозяин дома должен был бы обратить внимание на недостойное поведение одного из его гостей. Но Тинуэй был слишком поглощен обедом. Он всполошится, только если лорд Скунс повалит Лиззи на стол, скинув на пол посуду.
– Если бы я знал, что здесь такая очаровательная компания, – говорил в это время лорд Эндрю, – уверяю вас, отказался бы от назначенной встречи. – Он не сводил глаз с корсажа Лиззи.
Лиззи немного отодвинулась в сторону сэра Гастона.
Сегодня хотя бы на ней приличное платье, с высоким, почти до подбородка, воротником. Этот мерзавец не сможет пялиться на ее миленькие грудки. Если ему очень хочется глазеть на молочные железы, пусть смотрит на леди Кэролайн. В данный момент только ее бюст был выставлен на всеобщее обозрение, хотя еще и леди Беатрис, но грудь старой жен-шины... а, лучше вообще не говорить и не думать об этом.
Пожалуй, грудь ледиФелисити была тоже достаточно открыта, но Робби был уверен, что при желании лорд Эндрю мог видеть ее обнаженной в любое время. Фелисити совершенно не стеснялась выставлять ее напоказ, так что он наверняка уже многократно и досконально исследовал эту часть тела леди.
Робби перевел взгляд на мисс Хайд, которая покусывала морковь и стреляла глазками в присутствовавших. Он не собирался завязывать с ней разговор, но каждый раз, когда обращался к ней, в ее глазах появлялось паническое, затравленное выражение. Он решил, что лучше оставить ее в покое, тем более что в этом случае легче было подслушивать разговор, происходивший между лордом Эндрю и Лиззи.
Этот негодяй снова наклонился к Лиззи. Она попыталась отодвинуться дальше, но было некуда. Еще немного, и она окажется на коленях Гастона.
– Так приятно снова видеть вас, моя дорогая. В последнее время наши пути почти не пересекались.
– Очень верно. – Лиззи сохраняла маску равнодушия на лице. Молодец. – И я вам не «дорогая».
– Нет? Вы разбиваете мое сердце. Я так скучал по вас.
Губы Лиззи едва заметно изогнулись в язвительной улыбке.
– Вы лжете, милорд.
– Совсем нет. Я очень рад возобновить наше знакомство. – Лорд Скунс продемонстрировал свою холодную улыбку. – И я не собираюсь проморгать так удачно представившуюся возможность. У нас есть еще несколько дней, для того чтобы наслаждаться общением друг с другом и... мм... углубить нашу дружбу. Я надеюсь узнать вас получше. – Он улыбнулся шире. – В интимном смысле.
Робби привстал. Он готов был убить мерзавца тут же, на месте.
Миссис Ларсон снова положила руку на его плечо.
– Леди, – обратилась она к дамам, – у кого есть желание осмотреть дом?
Тинуэй направился в свой кабинет. Он хотел укрыться от чертовых гостей. Зачем только он пригласил их? Ведь ненавидел эти приемы на дому. Нужно быть идиотом, чтобы устроить это у себя. Безмозглым тупицей. Через сколько же дней он захлопнет наконец дверь за последним из гостей ивернется к налаженному быту? Через четыре? Боже, еще целая вечность!..
Тинуэй замер в коридоре. Чей это голос? Додсуорта? Нелегкая его принесла. Он быстро шагнул за статую Афродиты. Додсуорт бубнил что-то сэру Джорджу о разведении лошадей. Наверное, Нелл упросила баронета составить на какое-то время компанию бедолаге. Она знала, что Тинуэй не станет этого делать, хотя это и были его гости. Он подождал, пока пара скроется за поворотом, и вышел из укрытия.
Наверное, дела уже совсем плохи, если приходится прятаться в собственном доме.
Тинуэй скривился. Он дошел до грани. Почему он решил, что сможет затащить Шарлотту к себе постель? Каким же идиотом он был! А сейчас мучается из-за того, что пригласил кучу болванов в свой дом. Непроизвольно согнул руку в локте. Хотелось ударить кого-нибудь.
Шарлотта игнорировала его. Сегодня за обедом села как можно дальше. Не смотрела в его сторону. Весь обед проговорила, или, скорее, прослушала отчет этого полоумного Додсуорта о его конюшнях. Это была совсем не та тема, которая могла бы увлечь ее. Тинуэй был уверен, что Шарлотте совершенно наплевать на лошадей. И на этого недоноска тоже. Он не был такого уж высокого мнения о себе, но чтобы женщина предпочла ему тучного, старого, занудного мистера Додсуорта – это вряд ли.
