стесняясь завопила:
— А мне? А мне орден? Это же я запустила Жабусика. Да мне самый большой орден положен!
— Мы рассмотрим этот вопрос, — нервно покивал награждающий. — Тем более, что как мне известно, представители нескольких иностранных монархов тоже изъявили желание наградить всех причастных. Так что вопрос еще не закрыт.
Дальше все посмотрели на представителя Благородного Собрания и тот, вытерев пот со лба огромным платком, продолжил говорить:
— Принято решение… да… в свете открывшихся обстоятельств… Да, многие были удивлены, что вы… э-э-э… господин Мухоморов-Мортира, и вы, присутствующие здесь леди, вовремя не уведомили собрание о заключении брака. И уже почти четыре месяца назад. Но нам стало известно, что пять месяцев назад леди Вика была восстановлена в достоинстве княжны Хвостовской.
У меня сразу завертелась куча вопросов на языке, но Вика только улыбнулась краешком губ и сделала знак, вроде как предлагая подождать, и у нее будет, что сказать. А гость продолжил:
— Сегодня собрание решило повысить статус владетельного рода Мухоморовых-Мортира до боярского. Или графского по-новому.
И опять Вика просигнализировала нам не открывать рты. Нет, это не стало тайной для гостей, потому что они тоже смотрели на бывшую принцессу очень внимательно. И у меня стало закрадываться в голову, что все эти решения дворянского собрания наверняка крутятся вокруг неё. Как минимум, очень сильно затрагивают.
Последним из гостей существенную информацию сообщил еще один офицер, меньше всего похожий на строевого, а больше на простого чиновника в мундире. Он покхекал и произнес:
— При осмотре подземелий были обнаружены очень существенные суммы в разных валютах и в золоте. Оценка еще не завершена, но решением командования… Э-э-э… Решено, что часть средств будет пущена на покрытие попутного ущерба от прохода броненосца по городу, а из оставшихся десять процентов по закону принадлежит владетелю, раскрывшему это… прискорбное явление, то есть вам, барон. Простите, граф.
Я уже внутренне потирал руки, но этот военный, а может казначейский чиновник вдруг добавил:
— Правда эти средства будут пока заблокированы, до решения вопроса с контрактом на поставки во флот Его Величества броненосца. А если этого не случится, то и выплаты неустойки.
— Там что-то останется? — буркнул я, внутреннее помахав рукой почти свалившемуся на голову богатству.
— Я не могу ничего утверждать, — развел руками финансист. — Оценка трофеев еще не закончена.
Дальше гости смущенно, только из вежливости, допили кофе и уехали. И похоже они сообщили осаждающим про ожидаемую компенсацию, потому что те все разом снялись и свалили. Только один тип терся у ворот, а когда его спросили, что надо, сказал, что ему надо забрать паровой броневик, который у нас сейчас запирал им же и выбитые ворота. Но я его просто прогнал. Даже не сильно вежливо.
А затем все мы опять собрались за столом, и Вика, выдержав многозначительную паузу, принялась пояснять нам, что же сегодня произошло:
— Когда Андрей позавчера показал в канцелярии бумагу, что он женился на нас всех скопом еще в начале мая, причем обряд провел сам далай-кардинал, моему отцу это сразу же доложили. И он, я уверена, мягко говоря обалдел. И вероятно тогда уже решил вернуть мне титул княжны Хвостовской, причем задним числом.
— Зачем? — нахмурилась Лена.
— В этом случае одной из жен барона Мухоморова-Мортира стала не просто благородная девица Виктория Дубова, а княжна Хвостовская. Титул княжны после брака сразу помахал ручкой, но главное, что я в момент бракосочетания была на пару голов выше Андрея.
— Зачем? — спросил уже я, с трудом припомнив, что у Вики фамилия была Дубова, а то всё принцесса и принцесса…
— А вот тут всплывает что-то мне непонятное. Видите ли, меня фактически признали. Обратно. Не принцессой, но членом княжеского рода Дубовых, а он, кстати, очень маленький. Нет, я сейчас уже графиня Мухоморова-Мортира, но при определенных обстоятельствах могу стать царской наследницей. Открыть путь Андрею на престол.
— Чего? — нахмурилась даже Инна, хотя она почти всю жизнь прожила во дворце и уж о всяких благородных заморочках наслушалась немало.
— Нет, не пугайтесь так, — рассмеялась Вика. — Там путь толщиной с лезвие бритвы. Вот только нафига его было всем показывать?
— А можно поподробнее, как я смогу стать царицей? — усмехнулась Лена.
— Ну царицей вряд ли, — засмеялась Вика. — Принцессой-консорт. Если царь взойдет на трон с пятью царицами…
— Шестью! — поправила Ива.
— Даже с шестью, причем одна дриада, а ещё четыре не благородного происхождения… Нет, девчонки, я ничуть вас не принижаю, но просто поймите, как думают все дворяне.
— Да ладно, мы понимаем, — погладила бывшую принцессу по плечу Инна.
— Хорошо. Так вот, царица может быть одна. Ну в исключительных случаях две. А остальные принцессы-консорт.
— Так как всё-таки я могу стать принцессой? — повторила вопрос бывшая шведская шпионка.
— Ну погнали! Лекция о княжеских домах Руси объявляется открытой, — Вика встала и принялась готовить на всех кофе, явно чтобы показать, что она считает себя равной остальным. А попутно рассказывала. — Все владетельные княжеские, или если хотите, великокняжеские, рода очень маленькие. Это делается специально, чтобы было меньше претендентов на очень серьезную власть. Поэтому уже троюродных родичей выделяют в отдельные вассальные семьи. Вот и получаются все княжеские рода и маленькие, всего несколько человек, и одновременно большие, если вассалов считать за дальних родичей. В случае угасания основной ветви, какую-то из вассальных семей могут принять обратно в основной род.
— Пока понятно, — кивнула Инна.
— Так вот, сейчас в главной ветви семьи Дубовых, князей Тверских, и царей тоже Тверских, осталось очень мало народу. Точнее, люди есть, но большинство неподходящие. А ближайшие вассалы очень далеки от главной ветви. Теперь смотрим на наследников. Точнее, на всех Дубовых. Царь бодр, но что-то у него не ладно. Царица полячка, и однозначно ни о каких её претензиях на престол речи идти не может. Старший сын, тридцати лет, мечтает о троне и конфликтует с отцом. Что того и напрягает, потому что наш отец боится, что его могут просто спихнуть, если старший сынок наберет достаточно сторонников.
— Покушение? — охнула Малина.
— Не обязательно. Мы же… Точнее уже они, без меня, обычный владетельный род. А тот может всегда переизбрать главу. И этот глава что?
Вика усмехнулась, а Алесса выдохнула:
— Станет царем?
— Точно! Но при одном условии. А именно, что он авторитетен. Умен, с хорошей репутацией, и так далее. Иначе Государственная Ассамблея выберет царем одного из трех других князей: Вологодского, Ярославского или Тульского. Внутри рода Дубовы могут выбрать нового главу, но утверждать его царем будет Ассамблея. А ведь может и не утвердить.
— А как могут выбрать? — спросил я.
— Голосованием всех совершеннолетних и дееспособных
