Негр вскочил и поднес пушку к лицу Поттера.
-Сука беложопая, как же ты меня затрахала, - процедил он, сверкая белками глаз. – Как же я охота прострелить тебе глаз. Бля, как охота. Хочешь, прострелю, сука? Хочешь?
-Сэр, не надо, прошу вас, - залепетал Гарри. – Прошу.
На глаза мистера Поттера навернулись слезы.
-Поднимайся!
Гарри повиновался.
Негр быстро прошелся по карманам его куртки, сразу же выудив магловские деньги.
Удовлетворенно хмыкнув, чернокожий спрятал деньги в карман джинсов, и несильно ударил Гарри по почкам:
-Что, сученыш, денег, говоришь, у тебя нет? Сука паршивая.
Пальцы негра проникли в карманы штанов, вывернув их наизнанку. Магические деньги и – самое главное – волшебная палочка, стали добычей грабителя.
Гарри застонал от ужаса и бессилия. Теперь он был не Мальчиком, Который Выжил, а обыкновенным лондонским задротом, нагадившим в штаны при виде дерзкого ниггера.
-Ни хрена себе, - в голосе негра, подбрасывающего в руке золотые монеты, звучал восторг. – Где ты это взял, снежок.
Чернокожий спрятал галеоны.
-А это еще что за говно?
Собственная палочка Гарри Поттера, находящаяся в настоящий момент в грязных руках грабителя, уперлась ему в нос.
-Что это за херня, я спрашиваю?
-В-волшебная п-палочка, - заикаясь, пролепетал Гарри.
Негр расхохотался.
-Ну, ты и тормоз, снежок. Волшебная палочка. И что, ты можешь ей что-то наколдовать, чертов даун? Имбецил, бля.
-Д-да, сэр. М-могу.
Негр несколько секунд смотрел Гарри прямо в глаза.
-Да ты просто сумасшедшее говно.
-Сэр, я не сумасшедший, клянусь вам, - затараторил Гарри. – Клянусь вам! Вы же видели золотые монеты! Таких нигде невозможно купить и вы это знаете! Я могу наколдовать для вас за секунду целую кучу таких монет.
Чернокожий изо всех сил вдавил палочку в шею Гарри и просипел ему прямо в лицо, обдав вонючим дыханием:
-Ты, грязный беложопый ублюдок, держишь меня за барана? Так?
-Нет, сэр! Я клянусь вам! Клянусь своей матерью!
-Что мне твоя мать? Она ведь была грязной шлюхой!
Гарри вдруг вспомнил Годрикову впадину, лицо матери, искаженное лютой болью, Волан-де-Морта, пытающего Лили круциатусом. Слепая ярость заполнила душу Поттера, но… он не мог противостоять этому негру.
Мерлин побери, он сразился бы с тысячей дементоров и с десятком Волан-де-Мортов, чем с таким вот чернокожим ублюдком, таращащим на него свои ужасные глаза!
-Твоя мать шлюха, так ведь? Так? – допытывался чернокожий, тыкая в шею Гарри волшебной палочкой.
-Да, да, это так, - тонко вскрикнул Гарри, желая лишь одного, чтобы боль в шее прекратилась.
Негр отупил на шаг, удовлетворенно улыбаясь.
-Да, снежок, твоя мать – шлюха. А ты – чмо и петух. Держи.
Палочка оказалась в руках Гарри.
-Давай, сучонок, колдуй мне свои монеты. А если не наколду…
-АВАДА КЕДАВРА!
Заклятие расщепило негра, сизые кишки вывалились на пол вагона, кровь рекой хлынула на пол. Ноги Поттера подкосились, он упал на сиденье, глядя, как валится на бок его мучитель.
-Н-да, в какое же ничтожество ты превратился, мистер Гарри Джеймс Поттер. В какое омерзительное ничтожество.
Гарри повернул голову, глядя на старуху, которая приползла в середину вагона из своего угла. В сморщенной руке старухи подрагивала волшебная палочка, а лицо этой ведьмы было мистеру Поттеру смутно знакомо.
Глава 7
Поезд начал тормозить. Ведьма убрала палочку и спрятала в складках поношенного плаща.
-Вставай скорее, Поттер. Или тебе руку надо подать?
Гарри с трудом встал с сиденья, стараясь не смотреть на труп негра.
-Я не понимаю, кто вы, и что вам надо, - простонал он, морщась от резей в шраме на лбу.
-Не узнал? Неужели я так изменилась?
Состав влетел на станцию и начал тормозить.
-Скорее, - ведьма дернула Гарри за рукав.
Они отошли в дальний конец вагона. Двери отворились.
-Не бежать, - процедила сквозь зубы старуха, ее пальцы вцепились в бицепс Гарри и до боли сдавили его.
Быстрым шагом Гарри и незнакомка пошли по перрону к выходу. Позади раздался женский визг и мужские крики:
-Полиция! Полиция, сюда!
-Не оборачивайся.
Гарри и не собирался оборачиваться. Он хотел поскорее вынырнуть из метро, избавиться от этой чертовой старухи и на автобусе поехать к жене и детям в Уотфорд, раз уж на сабвее не получилось.
Когда Поттер и его спутница поднимались вверх по ступенькам, им навстречу пробежали два полисмена. Один мельком взглянул на Гарри: у Поттера чуть сердце не перевернулось.
По Ливерпуль Стрит неслись автомобили. Ночной воздух охладил голову Гарри: боль в шраме притупилась.
Старуха, наконец-то отпустила его руку. Фонарь осветил лицо ведьмы и Поттер удивился, как он сразу не угадал, кто перед ним.
Белатрикс Лестрейндж собственной персоной, сестра крестного, убийца Фреда Уизли и еще многих-многих членов Ордена Феникса. Впрочем, все это – дело давнее и темное.
-Вижу, узнал, - усмехнулась старуха.
Гарри кивнул.
Как, однако, потрепала жизнь эту, когда-то очень сексуальную женщину. Перед глазами Поттера на секунду возник образ прежней Белатриссы со злым, но таким манящим лицом, с большими грудями, торчащими из-под кожаного лифа, с ягодицами и крепкими бедрами, закованными в кожаные штаны. Волан-де-Морт умел выбирать себе спутниц, ничего не скажешь. Гарри вспомнил, как втайне от всех он мечтал о сексе с Беллатрикс и, яростно мастурбируя, заливал спермой хогвартские простыни. Н-да, жизнь не щадит никого и ничто и в первую очередь убивает красоту.
-И не хочешь меня убить? – осведомилась Беллатрисса, закуривая сигарету. – Будешь?
-Да, спасибо, - Гарри взял сигарету, прикурил от зажигалки ведьмы, жадно затянулся. – Убить тебя? За что?
Поттер усмехнулся: Беллатрикс Лестрейндж стоило убить за то, что в свое время она не уничтожила Рональда Уизли и Гермиону Грейнжер, оставив это черное дельце 43-летнему Гарри.
